Трудности воспитания эльфят

— Какое у тебя сейчас главное желание? — прошептал дроу на острое ушко, покрытое румянцем.       Диппер лежал на его груди, а кончиками пальцев выводил разные узоры на подтянутом животе со старыми шрамами. День было решено провести в постели, выходя из одеяльного плена только за едой. Шатен всё ещё страдал от боли в пояснице, но стойко терпел каждый раз, когда её простреливало болью — всё же Билл явно перестарался. Сайфер пытался держать себя в руках, потому что смотреть на страдания своего мальчика он уж точно не хотел. Пока что они не спали всего два часа и чувствовали себя самыми ленивыми созданиями на свете. — Даже не знаю… — тихо ответил ему шатен, прикрыв веки. От пальцев Билла в своих волосах по телу юноши часто бегали мурашки — до того прикосновения Сайфера были приятными, что Диппер готов был мурлыкать. — Это должно быть осязаемое или неосязаемое? — Неосязаемое, — улыбнулся блондин. — Тогда я хочу, чтобы мы называли друг друга совершенно по-глупому и говорили всякие милые бредни, — произнёс эльф, остановившись и просто положив ладонь на теплую голубоватую кожу. — М-м-м… Что-то вроде «самый сладкий в мире пирожок»? — засмеялся Билл. Диппер чуть приподнялся, дабы лечь на подушку рядом и посмотреть в тусклые глаза напротив. — Для начала неплохо. Ты — мой воздух, — прошептал юноша. — Я не знаю, что должно произойти, чтобы я перестал дышать тобой. — Зато я знаю. И я этого не допущу, — нахмурился дроу. — Ты — мой лучик солнышка. Пусть для меня первое время солнце было практически убийственным, но ты сам мне тоже много хлопот доставил. — Как закрутил-то, — улыбнулся Диппер. — Хорошо. Ты — моя причина просыпаться по утрам. Я десять лет мечтал о том, чтобы каждое утро видеть тебя рядом с собой в постели и целовать тебя с первыми лучами восхода. — Мой маленький мальчик, ради которого я готов разрушить всё вокруг. — Билл обвёл указательным пальцем созвездие на лбу, осторожно огладил нос, а затем коснулся шрама под левым глазом. — Ты для меня важнее всего остального мира. — Я надеюсь, что твоё имя отпечатается у меня на сердце и будет поддерживать во мне жизнь. — Эльф поправил белоснежные мягкие пряди, лезущие Сайферу в глаза, заправил их за острое ухо. — Моё любимое созвездие, которое я не хочу возвращать на небо. — Дроу придвинулся чуть ближе, обнял юношу за талию. — Ты сам как небо. — Диппер чуть нахмурил брови от боли, но всё же сделал усилие над собой, перекинув ногу через Билла и уложившись на него сверху. — Вот я и на небе. — Такой расклад мне уже нравится, — засмеялся блондин, обняв своего любимого покрепче, чтобы тот случайно не свалился обратно на простыни. — Я хочу чаще видеть на твоём личике улыбку, хоть жизнь со мной и не такая веселая, как хотелось бы. — Пусть ты и серьёзный бука со своими трехвековыми тараканами в голове, но мне нужна только твоя любовь, чтобы улыбаться. — Эльф обвёл большим пальцем губы дроу, прикрыл веки. — Я так долго грезил о тебе, что теперь не могу поверить в правдивость происходящего. Чувство, будто я вижу счастливый сон. — Это не сон, Сосенка, — мурлыкнул Билл. Он положил одну руку на лопатки шатена, стиснул талию покрепче, а после быстро поменял положение. Голова Диппера коснулась подушки, послышался тихий смех от щекотных поцелуев в шею. — Сейчас как съем такую ореховую булочку! — Блондин пощипывал губами шею и плечи, пробегался пальцами по чувствительным рёбрам и слушал смех своего мальчика с не меньшим удовольствием, чем стоны. — Съешь! — еле произнёс юноша. — Так я стану только ближе к тебе.       Сайфер поднялся к его приоткрытым устам, накрыл их своими и зажмурился. Эльф обнял его лицо тёплыми ладонями, сделал глубокий вдох. Разве могло быть что-то лучше, чем ленивые деньки в объятиях своего избранника?

***

      Билл сосредоточенно держал пляшущую иголочку в руке и смотрел на бархатную кожу спины Диппера. Он поставил перед собой несколько баночек с краской, тяжело вздохнул. Шатен уж очень легко согласился на предложение дроу исписать всю спину рунами от всех проклятий и страшных заклинаний. Сайфер даже выписал руны от яда на отдельную бумажку, чтобы не забыть. Потом его должен был расписать юноша. Занятие на вечер они себе нашли.       Каждую новую буковку на теле эльфа блондин ласково целовал и облегчал и без того слабую боль. Диппер вообще практически спал, доверившись Биллу полностью. Пусть тот хоть анекдот рисует — шатен был не против. Надписи переливались всеми цветами радуги, блестели и сияли. Сайфер определенно был доволен своей работой. Чуть позже юноша любовно поглаживал плечи дроу и выводил руны на его ребрах. Тайком он по линии позвоночника провёл заклинание на соединение душ, и об этом он собирался сказать совсем чуточку позднее. Надписей становилось всё больше и больше, иголочка скакала без устали.       Краска кончилась как раз на последней руне. Игла легла на тумбочку, розовые земляничные губы прижались к загривку Билла, чуть прикусили кожу. Сайфер в шутку зарычал, слегка обернувшись, и шатен подхватил его рык, прикусив кожу чуть сильнее. Влажный язычок пробежался по посиневшему месту от зубов, будто убирая едва ощутимый дискомфорт. — Какой опасный котёнок, — мурлыкнул дроу, прищурившись. — Я не котёнок. Я дракон. Р-р-р! — И в следующую секунду зубы прикусили бок блондина. — Я заберу своё золото!       Билл утробно рассмеялся, но решил не мешать своему грозному дракону и дальше кусать себя. Это стоило того, чтобы переступить через свои принципы. И стоило того, чтобы разрушить старую реальность…

***

      Сероватая кожа блестела в свете осенней луны, лиловые глаза с тоской смотрели на яркое созвездие в ночном небе. Арнольд крутил в пальцах золотое колечко и кусал нижнюю губу чуть ли не до крови. Он знал, что кольцо однажды взялось на его тумбочке не из воздуха. В груди его была пустота, вторую ночь подряд его донимали странные сны… У него было чувство, будто у него забрали нечто важное и до дрожи дорогое, и он должен был разобраться в этом. В конце концов, амфибии единственные наравне с демонами и ангелами чувствовали колебание времени. Что-то явно было не так…