Он был похож на горький вермут, На радость сладостных убийств. На дне зрачков игра стихий И тихий шорох серых перьев.
Он был источник кислорода Во мраке города-болота. Король дышал и задыхался, И жадно губ его касался.
Он светом стал в конце тоннеля. Пьянил в разы сильнее хмеля. В огне войны и листопада Он стал проводником из ада.