Острая боль

      Реальны только мы, здесь и сейчас…

***

      Вязкая темнота понемного рассеивалась, оставляя только небольшую головную боль и жжение вокруг непонятной раны, внезапно появившейся после ухода Вулфарда. Темнота сменялась серостью, а серость сменялась ярким светом люстры в ванной. Я пытаюсь почувствовать хотя бы руку или хотя бы фалангу пальца, но мои попытки тщетны. Спустя какое-то время у меня получается побороть непривычность к резкой перемене света и, я открываю глаза. Во время моего временного отсутствия ничего не изменилось, все тоже: белая плитка, сильно слепящая глаза, чёрная плитка на полу, на которой я вполне удобно восседал, чёрная раковина, белая ванная и святая всех святых унитаз.       Я смог только тихо прохрипеть, испугаться от непонятного звука и остаться неподвижно сидеть. Таким беспомощным я себя никогда не чувствовал. Да и мама, как назло не возвращалась домой.       Резкая, острая боль снова пронзила и так настрадавшиеся тело. Я сожмурил глаза и сквозь зубы тихо прошипел: –Чёртов, Финн!

Я снова потерял сознание

***

      Снова тьма сменяется серостью, а серость сменяется ярким светом. Уже намного легче, чем в первый раз. Ничего не болит, нигде не колит и не сжет, только голова даёт знать, что не все так прекрасно, как хотелось бы. Я опираюсь руками о ванну пытаясь подняться с полу, уже что-то. Я встаю и быстро падаю на раковину, чудом удержавшись на ногах и опираясь руками о неё опустив голову. –Видок у меня не очень, – томно протягивая я, оглядывая себя в зеркале.        Темно синие, почти чёрные синяки под глазами. На голове что-то непонятное. Кожа ещё бледнее, чем была раньше. Пить хочется. Ужасно хочется пить, в горле пересохло настолько, что было трудно дышать, но это я понять только спустя пару минут.       Я открыл кран и начал жадно глотать воду из ладоней. Уже намного лучше.       Спустившись в зал, я упал на диван, распластавшись на нем звёздочкой. Коричневый кожаный диван был сейчас как нельзя кстати. Я положил руку на футболку и почувствовал что-то мокрое. Точно! Царапина, она же кровоточила, и, немного болела.       А вот это уже интересно, – я поднял футболку. – Что значит «Ф?»       Посверлив букву, я обвел её пальцем, а потом провел по ней, сжав зубы и зашипев. Больно. Я по натуре, довольно таки любопытный и выносливый. Была не была.       Я сильно стиснул зубы морально подготавливая себя «что сейчас будет больно, очень больно». –Десять, девять.. – глубоко дыша, считал я. – восемь, семь, шесть..       Я водил пальцем вокруг раны. –Пять, четыре, три, – страшно если честно, очень страшно. – два, один..       Тремя пальцами я надавил на царапину, похожую на ту, что сделали ножом, будто эту букву вывели аккуратно ножом. Я не почувствовал почти ничего, кроме лёгкого покалывания в той области куда давил, но похоже что только я.       Откуда-то раздался громкий крик и какие-то слова, я с трудом их разобрал. –Джек Грейзер, я убью тебя, убрал руки от буквы быстро. – гласил чей-то голос.       Повернув голову в сторону дома Вулфарда и посмотрев в его окно, я опешил. Финн стоял возле подоконника, держась за окровавленное место рукой.       Я встал с дивана, так же держась рукой за больное место и подходя к окну. Оказавшись возле окна, я убрал руку показывая алое пятно и поднимая футболку с чёрной от запекшийся крови буквой «Ф». Финн поднял свою майку, открывая вид на прекрасный пресс, который бросился в глаза первым, а потом уже и ещё не зажившая буква «Д». –Прости, –прошептал я, смотря на прилично помучившегося Финна. – я не знал.