Персиковая любовь

POV Юнги. Я провел рукой по его спине, ощущая мурашки по телу от одного прикосновения к его коже. Он расслабленно улыбается, смотря на меня, время от времени большим пальцем поглаживая мою руку. Мой взгляд устремлен только на него. Один его взгляд, и появляется ощущение, будто внутри меня взрывается нечто гораздо сильнее, чем некогда извержение всем известного вулкана в Помпеях. Я целую каждую родинку на его шее, водя носом по коже, вдыхая его сладкий запах, который стал мне таким родным. Временами кажется, что я пахну им, что я стал неотделимой частью его. И только ему решать: аппендицитом или сердцем. Он шумно вдыхает, заставляя меня дрожать от одного осознания того, что он рядом. Я крепко держу его в объятиях, уткнувшись в его нежные, мягкие волосы, перебираю их, зарываюсь пальцами, нежно смотря в глаза и посвящая монологи о том, как я его «очень». Ты греешь меня осенью, укрываешь пледом, согреваешь чаем, а я заставляю тебя смеяться и улыбаться, радоваться каждому дню. Симбиоз двух близких людей. Мне кажется, что ближе меня человека у него нет, что совсем чуть-чуть и я прикоснусь к его душе, безумно нежно и аккуратно проводя подушечками пальцев по сокровенному, что он так тщательно прячет от окружающего мира. Он стал для меня всем. Все говорят, что человеку нужен человек — мне нужен он. Целую его в губы властно, страстно, плавно превращая наш поцелуй в пламенный танец языков, руками водя по его телу, ощущая наше желание. Наше хотение быть друг для друга больше, чем «всё». Я близко, спускаюсь поцелуями вниз, ощущая, что совсем скоро я буду в эдеме, в собственном раю, в собственном мире. Конец POV Юнги.  — Чиминни… — шепчет альфа сидящему Чимину на руках.  — М? — отвечает омега, слегка посмеиваясь от прикосновений Юнги за ухом.  — Давай навсегда?  — Что ты имеешь ввиду, милый? — в глазах младшего виднеется непонимание, когда его садят на стол. За окном зимний вечер, невероятно загадочный закат пурпурного цвета. Съёмная квартира этих двух очень уютная, хоть и не очень большая. Альфа достаёт из заднего кармана домашних штанов бархатную коробочку.  — Знаю, это не лучшее место, — ставая на одно колено перед любимым, произносит Юнги. — Но, Чимин, я очень сильно тебя люблю и не хочу отпускать ни при каких обстоятельствах, — вздыхает альфа и смотрит в глаза Чимину, у которого в уголках глаз скапливаются слёзы, а маленький тигриный носик, который Юнги так обожает чмокать утром, подрагивает. — Пак Чимин, ты выйдешь за меня? — завершает ход своих мыслей Юнги и с огромной надеждой смотрит в глаза напротив, ожидая ответа.  — Юнги, я...я… Конечно же, согласен!— пищит омега, когда его незамедлительно поднимают на руки и кружат в воздухе. — Пусти, меня стошнит ещё, — смеётся омега. — Плюс, мне нельзя делать таких резких движений, — усмехаясь, произносит Чимин.  — В смысле? — не понимает Юнги.  — Теперь моя очередь тебя удивлять, — вздыхает Чимин и берёт огромную ладонь Юнги, кладя её себе на пока что плоский животик. — У нас будет ребёнок, Юнги, — шепчет омега так, чтобы было слышно только им двоим.  — Мин Чимин, я так счастлив, — оголяя десна, лыбится Юнги. — Я счастлив, что ты счастлив, — Чимин повторяет слова, сказанные альфой три года назад, и чмокает того в щёку.