Я пришла по твою душу, бака!

      Жизнь очень странная штука. Когда в ней нет лучей счастья, она тянется долго, словно намекая на то, что лучше не будет. Но когда ты счастлив, твоя жизнь проходит быстрее, чем этого хотелось бы.       Казалось, ещё вчера, Шисуи нёс Сару на руках, отчего девушка дико смущалась. А уже сегодня, пара просыпается в одной кровати и первое их действие - это утренний поцелуй, а уже потом, обычно мужчина, идёт проверить детскую комнату, в которой мирно спит черноглазая девочка…       Прошло шесть лет с того времени, как пара поженилась. Тихая и размеренная жизнь, прерывалась лишь волнениями Сумико по поводу того, что Шисуи отлучался на миссии. Брюнет всё же до конца не смог оставить свою работу шиноби и время от времени покидал Юту, дабы выполнить некоторые заказы, коих на его таланты было предостаточно.       Событий за это время было столько, что хватило бы написать книгу, но если вкратце: Шисуи и Сумико поженились, через два года, мечта Сары исполнилась и на свет появилась чудная девочка Кейко, так назвал её Шисуи. Роды были крайне тяжелыми, Сумико сложно пережила их, так как оказалось, что девушке без чакры сложно родить ребёнка, который с рождения был наделён силой. Сам же отец вёл себя более чем достойно, он помогал маме, чем мог, во время родов и сам лично перерезал пуповину, таким образом давая его доченьке оторваться от мира матери и увидеть другой мир.       Папина копия, так можно было назвать крошку. Сумико даже немного было завидно, что ребёнок и внешне и характером похожа на Шисуи. Казалось, что она совершенно не принимала участие в создании этой крохи. Конечно же девочка была красивым ребёнком и миловидной, как девочка. Но что глаза, что цвет её волос были тёмные, как у папы. Да что там глаза и волосы, когда Кейко улыбалась, казалось, что она полностью копирует улыбку папы.       Естественно, для Шисуи, девочка была настоящим чудом, он баловал её. Когда Кейко была новорожденной, он не упускал возможности побаюкать крошку, вставая без лени к её кроватке. Она очень любила засыпать на папиной груди. Сначала он носил её на руках, затем, на плечах. Говорят, материнская любовь самая сильная штука в мире, но каждый день Сара понимала, как умеет любить Шисуи, не сможет полюбить ни одна мать. В его взгляде и действиях было столько нежности, что, казалось, будто бы Кейко находится в постоянной заботе, которая словно вата не давала ей упасть и замёрзнуть.       Конечно же, хоть девочку и окружала забота, но всё же мама и папа занимались её воспитанием. Девочка уже в раннем возрасте помогала по дому, а также тренировалась вместе с папой. Сумико не сильно хотела делать из Кейко куноичи, но всё же когда в возрасте двух лет ребёнок проявил интерес к миру шиноби, мама сдалась. Сейчас же юная воительница могла похвастаться прекрасной растяжкой, имела хороший баланс, а также училась контролировать чакру. Конечно в столь юном возрасте Кейко ещё не была способна ходить по деревьям, но стоять очень сосредоточено на воде, уже могла. Для ребёнка, который ещё и не достиг четырёхлетнего возраста это были большие успехи. Шисуи поощрял её во всём и хвалил. Говорил, что у неё всё хорошо получается. Хотя скрыл факт, что в её возрасте, он уже с первого раза попадал в цель кунаем. Но разница поколений чувствовалась, ведь Шисуи был ребёнком войны, а Кейко воевала только с мамой, когда отказывалась доедать обед.       Что касается Сары, то она также смогла себя реализовать. За эти года, она из слабой, нежной девушки, превратилась в умную женщину, которая всё же освоила ботанику и смогла смело назвать себя лекарем . Она занималась лечением местного населения. К талантливой травнице приезжали даже с соседних селений. Конечно же, ей было куда расти и развиваться, но успехи были колоссальные.       К сожалению, господин Сато умер пару лет назад, но даже с его смертью, покой в Юте был не нарушен. Старостой стал старший сын старика — Юрай. Поистине талантливый человек, с современным взглядом на жизнь, он начал развивать границы Юты.       Шисуи после гибели клана немного переждал и позже начал действовать. Во-первых, он смог вычислить, куда делся Итачи после кровавой бойни. Его новым пристанищем стала некая организация, которая называлась Акацуки. К сожалению, Шисуи не рискнул близко подбираться к ним, так как в ней были действительно сильные нукенины, которые могли выйти на Шисуи. Чего только стоил один Орочимару или двое жутких типов в масках на пол лица. Ими оказались некий Какудзу, про которого Шисуи не смог накопать информацию, второй же был Сасори Акасуна, с этим было проще, ведь он был достаточно известен в разных кругах. Психопат с манией величия, который к тому же из людей делал кукол и использовал их в бою. Жуткие типы…       Про остальных мечников тумана, головорезов и т.д. Шисуи даже думать не хотел.       Кто же был вторым убийцей Учиха Шисуи так и не смог узнать. Он видел этого человека, он был высоким и всегда носил маску, более того, вёл себя очень странно.       Лишь единожды Шисуи смог увидеть лидера Акацук и странного типа в маске. Но этого раза ему хватило понять: Итачи ему пока что не доступен… Ведь официальный лидер организации был носителем редчайшего додзюцу — Риннеган, а не официальный лидер был из клана Учиха, вот только кто, этот вопрос мучил Шисуи…       Брюнет также не забыл и про Саске. Сведения о том, что мальчик жив подтвердились, это дало Шисуи надежду о том, что Итачи не сошёл с ума и всё же в нём ещё остался старый названный брат.       Шисуи немного проследил за Саске, после чего узнал две вещи: во первых, Саске также нужно спасать, как и Итачи. И если Итачи нужно спасать от жуткой организации, то Саске нужно было спасти от самого себя… Второе, что понял Шисуи, старший брат должен был открыться младшему, а иначе, ненависть, что живет в младшем Учихе, поглотит мир в пучину. Саске желал смерти когда-то самому родному человеку. Цель убить старшего брата, стала для Саске идефикс, он жил этим…       Мир шиноби ещё не был потерян, но многие битвы уже были проиграны. Шисуи знал, что будет война, которая изменит этот мир раз и навсегда. И лишь одно решение покажет, каким будет дальнейшая жизнь…

***

      — Папуля! — звонкий голосочек папиного смысла жизни оторвал брюнета от тренировок. — А, ты тренируешься, прости, — давила черноглазка, и, притоптывая ножкой, начала выжидать, пока папа оботрется полотенцем и посмотрит на неё.       — Я уже почти что закончил, а что ты хотела? — Шисуи посмотрел на девочку и сел на пень, открыл бутылку с водой.       — Я проголодалась, а у мамы мальчик на приёме. Представляешь, он сломал руку, а наша мамочка ему её вправит. — Боготворяще сказала Кейко, считая своих родителей чуть ли не супергероями. Ещё бы: папа - супер шиноби, которому всё по плечу и нет никого сильнее его в целом мире. Примерно так описывала девочка Шисуи, хвастаясь перед другими детьми. Ну, а мама может спасти любого человека от лютой болезни и даже перелом руки ей был ни по чём. Конечно же, для Кейко, перелом руки и разбитая коленка была самой страшной проблемой со здоровьем. Мир ребёнка отличается от взрослого. В нём нет быта и проблем, а есть лишь мечты и чудеса.       Шисуи еле заметно улыбнулся, видя горящие глаза дочурки и встал со своего места, сказал:       — Ну тогда пойдём кушать, раз наша мама спасает твоего друга от перелома.       — Нет, пап, он мне не друг. Он же мальчик, — развела руками Кейко, так, словно возмутилась, о том, что папа не понимает, что мальчик не может быть компанией девочек — подружек. Шисуи сделал серьёзное лицо, еле сдерживаясь, чтобы не засмеяться от огромных глаз ребёнка. — Мальчишки гуляют отдельно, а мы отдельно. Они же хулиганы, и не любят играть в доктора.       — Прости, я не знал, — с улыбкой сказал Шисуи и добавил: — но знаешь, мальчики не всегда хулиганы и часто ещё и защищают девочек, а также помогают им во всём.       — Ха, я сама могу себя защитить! — гордо сказала Кейко, - я ведь «куничи»! — не верно произнесла малышка.       — Куноичи, — поправил её отец — Но всё-таки дай мальчикам шанс, возможно, чуть позже, им всё же понравится играть в доктора.       — Пап, — уже идя в дом, отозвалась задумчивая Кейко. — А когда я вырасту, у меня тоже будет муж? — Шисуи немного смутился вопросу дочки, но это лучше, чем она бы спросила про «откуда берутся дети».       — Конечно, солнышко, ты обязательно встретишь человека, которого полюбишь и выйдешь за него замуж. А почему ты спрашиваешь? — брюнету действительно стало интересно, откуда в столь маленьком человеке взялся такой вопрос.       — И что, мне придётся с ним целоваться? — почти что пискнула кроха, а Шисуи не сдержался и засмеялся.       — Ну, это уже, как ты пожелаешь, — сдерживая смех, сказал Шисуи. Девочка что-то тщательно обдумала и снова прервала тишину:       — Пап, а можно я останусь жить с вами и ни с кем не буду целоваться, кроме тебя. — Брюнет подумал в шутку, что это звучит как угроза, но в голове пролетела мысль, что он и вправду не смог бы доверить свою дочку другому мужчине.       — Малыш, когда ты вырастешь, тебе будут открыты все пути в жизни. Ты станешь тем, кем сама захочешь и какие бы препятствия ни были у тебя на пути, знай, ты можешь всегда положится на меня и маму. Двери нашего дома будут всегда открыты для тебя. Так что ты можешь смело жить и мечтать, но если тебе потребуется просто поддержка, мы с мамой будем тебя ждать.       Девочка шла молча, обдумывая, что ей сказал папа.       Зайдя на кухню, Кейко тут же побежала доставать кастрюльки с едой.       — Пап, я уже всё приготовила, но мама не разрешает мне это разогревать и кипятить чайник. Поэтому это сделаешь ты, — улыбнулась малышка и пошла сортировать стол.       Шисуи в свою очередь занялся подогреванием обеда. Он знал запрет Сумико о том, чтобы малышка не подходила к плите, дабы не обжечься и его радовало, что их кроха такая послушная и сознательная.       — Папуль, — малышка аккуратно начала нарезать хлеб. И хоть нож до недавнего времени тоже был под запретом, но когда Шисуи начал тренировки с кунаями для Кейко, запрет отошёл на задний план. — У моей подружки Минэ появился братик. — Шисуи замер, представляя, что сейчас спросит Кейко.       — Да, я об этом слышал.       — А нам нельзя нигде взять братика или сестрёнку для меня? — Шисуи улыбнулся наивности вопроса ребёнка. Конечно, это же почти как принтер работает.       — Думаю можно, но для этого нужно спросить у мамы. А ты хочешь братика или сестричку?       — Хочу. Я бы за ним ухаживала, игралась и сильно-сильно любила бы! — мечтательно сказала Кейко.       — Я поговорю с мамой, хорошо? — девочка довольно кивнула головой.       Шисуи хотел второго ребёнка, или даже третьего, но после того, как родилась Кейко, Сумико чуть не погибла во время родов. Она практически всю беременность падала в обморок и Шисуи ни на миг не оставлял её одну. Он тогда чуть с ума не сошёл, так волновался за жену. Именно поэтому он даже боялся намекнуть Сумико о втором малыше, не хотел её подвергать опасности. Ведь что может быть страшнее, потерять любимую жену во время родов?       Мысли Шисуи перенеслись в те приятные времена, когда он впервые занялся любовью со своей женой. Через год их прекрасной жизни, Сумико забеременела. Шисуи, узнав об этом, готов был горы свернуть, он не мог ещё долгое время стереть с лица улыбку, которая шла теплом от самого сердца. Ожидание Кейко, хоть и проходило болезненно, но Шисуи, засыпая, представлял себе каждый миг с его ребёнком…       — Я вернулась! — послышалось с порога и в кухню зашла Сумико. Малышка тут же бросилась её обнимать и тянуть за стол, который уже практически был накрыт.       — Привет, — Шисуи нежно поцеловал жену в щеку и поставив чайник на стол, затем сел напротив.       Вся семья была в сборе…