Похищение

Под дождём, в слякоти и громком грохоте, нёсся мешок с обездвиженной тушкой. Каждый такой гром имел оглушающую силу, настолько, что заставляло остановиться и на секунду забыть кто ты и что ты делаешь. Ещё пару десятков метров, и совсем скоро они придут к цели. Чтобы отнести нацисту такую массивную плоть в дом и при этом не упав лицом в грязь, ему нужно потратить немало усилий, что он, собственно, и старается сделать, чуть ли не спотыкаюсь на каждом шагу. Он бы мог спокойно донести своего врага как ни в чём не бывало, если бы не погода. Идя вперёд и еле таща за собой гостя, Рейх погружался по колено в грязь и воду. Вокруг никого, даже признака жизни, но немцу это только на руку. В воздухе стоял запах сырости, что, видимо, был ему не по душе. Также мужчину смущало то, что плащ промок до последней ниточки. Но весь этот путь будет пройден не зря, отнюдь нет. Скоро будет весело. Очень. Коммунист, открыв глаза, увидел перед собой... Ничего. Всё было во мгле, но догадаться что происходит не составило труда: привязанные руки к стулу, завязанный тряпкой рот и ощущение чьей-то сущности в этой комнате. Смахивало на пытки. СССР не боялся пыток, ведь у него большой болевой порог и сам по себе он очень живучий. Внезапно в глазах зарябило и очи начали заполняться слезами от такого яркого света. Прищурившись, Союз увидел перед собой Третьего Рейха. Его всегда холодные глаза сейчас отблескивали каким-то новым оттенком, стоя улыбаясь и обнажая все свои клыки, в своей привычной форме и дубинкой с хлыстом, немец не внушал доверия, как и вся данная обстановка. Стенки были с опавшей штукатуркой, света не хватало на углы и пахло сыростью, всё это указывало на то, что местонахождение СССР – подвал. – Guten tag, mein Freund. Добро пожаловать в игру! – наконец прервав тишину, торжественно сказал Рейх. Но в ответ он получил лишь мычание, – Ох, точно, – мужчина одним движением руки убрал изо рта русского мокрую тряпку и откинул её в сторону. – Так вот, ты попал в мою игру. Ты будешь отвечать на мои вопросы, и если ты ответишь на все вопросы правильно, я тебя возможно выпущу. Но за каждый твой неправильный поступок ты будешь наказан. – Как именно? – Узнаешь, – лукаво улыбнувшись, пролепетал фюрер, – Итак, первый вопрос: Что из этого всего – фрукты? Помидор, горох, кукуруза. – Пха, ничего! – забил победные фанфары Союз, но тут же пожалел что сделал это. Хлыст ударил по спине с молниеносной скоростью рассекая кожу до крови и заставляя выгнуться со стоном русского. Мазохист, чувствуя, как по его спине стекает кровь, смотрел на садиста с желанием большего. Нацист заметил искру второго, и это лишь больше подзадорило его. Но спешить ударять его он не смел, ибо тогда игра будет не по правилам. – Не правильно, всё это – фрукты. Следующий вопрос: во сколько лет умер Александр Македонский? – Мх... В 26 лет, – специально говоря неправильный ответ, сказал Союз, от чего получил желанный удар по спине. В штанах коммуниста сильно заныло. Да, ему нравилось такое. Его заводило такое. – Nein, в 32 года. Хм... – протянул нацист, осматривая свою жертву и придумывая вопрос, – Какое из этих чисел простое: 17, 53 и 10. – 10, – опустив голову вниз и немного улыбаясь сказал СССР, ожидая соответствующего удара фюрера. Но колено Рейха упёрлось в бугорок русского, тем самым возбуждая его ещё больше, и нацист поднял подбородок Союза, смотря ему прямо в глаза – Тебе же нравится когда тебя бьют, верно? – Да... Очень. Другого ответа садисту и не нужно было. Вцепившись в коммуниста и кусая его за нижнюю губу, фюрер всё сильнее и сильнее давил на член СССР, пока тот не развёл колени в стороны. Это был как сигнал для нациста, и он усадил Совка себе на колени, попутно снимая с него и себя бельё. Наконец он зашёл. Союз с облегчением застонал, всё также без возможности пошевелить руками. Рейх не оценил узкую обстановку внутри пленника. Уж слишком сжатое у него колечко. Он конечно рад, что у него первый, но знаете, не весело смотреть за экстазом напарника когда у тебя такого же нет. Недолго подвигав членом внутри русского, Рейх вышел и застегнул штаны. – Ты слишком узкий, – послышался огорченный вздох мазохиста – Попробуем в следующий раз, а пока, – фюрер достал свою биту и бесцеремонно засунул её в анал СССР. Разогнувшись в спине со слезами, русский простонал и сам начал насаживаться, без помощи похитителя. Последний укусил своими не иначе как лезвиями плечо коммуниста и получил одобрительный стон со стороны, в котором он собственно и не нуждался. Теперь это его ручной русский, и он может делать с ним что захочет, и пленник не будет против, а наоборот, даже за.