Снова

Снова этот сон. Снова я просыпаюсь в холодном поту, и тут же хватаю телефон. 5:30. Снова проснулся раньше будильника, но, возможно, оно и к лучшему. Хотя ни черта не выспавшимся ехать на очередной концерт - не самая лучшая затея. Снова босыми ступнями на холодный пол. Снова плетусь на кухню, дабы выпить спасительную кружку кофе. Который снова не поможет.

***

Очередной окурок вылетает из под пальцев прямо в объятия лужи. Вот бы прямо сейчас в этой луже... Неважно. В аэропорту уже ждут ребята, их подводить нельзя. Не снова.

***

Перелет, на удивление, дался легко, хотя и вздремнуть совсем не удалось. Мы садимся в машину почти в гробовой тишине. Каждый из нас знает, что что-то не так, но никто не желает говорить об этом снова.

***

Один из лучших отелей этого города. Теперь мы можем себе это позволить, вместо того чтобы ютиться в копеечных хостелах на окраине. Но почему-то никакой радости не ощущается. Номер встречает меня прохладной пустотой, и я, не желая оставаться в ней один, снова иду к остальным, в надежде хоть немного расслабиться перед концертом.

***

Я стою возле бассейна, как и несколько десятков других постояльцев, следящих за картиной, открывшейся на балконе шестого этажа. Мужчина стоит на перилах, глядя куда-то вниз с явным намерением прыгнуть. Все перешептываются так тихо, словно боятся спугнуть самоубийцу. Как будто он их слышит. Криво усмехнувшись, разворачиваюсь спиной, и уже собираюсь вернуться в номер, как вдруг оборачиваюсь. Внезапно идиот всё же прыгает, и все, затаив дыхание смотрят на то, как тело летит вниз. Кто-то достает телефон, чтобы заснять это, а кто-то, чтобы вызвать скорую, но тот с криком "бомбочка" плюхается в воду, забрызгивая всех вокруг. Некоторые облегчённо смеются, а некоторые, подхватив весёлый настрой, прыгают в бассейн следом, прямо в одежде. - Дебилы. Бурчу себе под нос, как вдруг замечаю в толпе знакомую шевелюру. Это точно он! Я начинаю расталкивать зевак руками, стараясь пробраться к стремительно удаляющемуся мужчине, но толпа не позволяет. Вытянув руку, будто это поможет, кричу вслед как можно громче - Арс! Но он, не заметив, уходит. Снова.

***

Подскакиваю на кровати, как ошпаренный, и трясущимися руками вытираю капли со лба. Снова придется замазывать синяки под глазами перед выступлением..

***

Концерт прошел неплохо, но в зале все равно висело какое-то напряжение. Они знают. Они чувствуют. Каждый из нас знает и чувствует, но никто не хочет снова тревожить только начавшую затягиваться рану.

***

Почему в прошлый раз я отказался от пустоты своего номера? Она ведь так прекрасна. Никто не помешает, и никто не узнает.. Рука ныряет в карман, как по привычке снова вытягивая оттуда небольшой прозрачный пакетик с нарисованным на нем Айболитом. Или кто он там? Плевать, лишь бы хоть немного помогло. Я лежу на кровати и тупо пялюсь в потолок. Сколько прошло времени? Пять минут? Десять? Полчаса? Мысль улетает из головы так же внезапно, как и появилась в ней. Вот за это я и люблю наркотики. Алкоголь никогда не подарит той легкости, которую дарят спасительные таблетки. Улыбка сама по себе растягивает лицо, но пропадает сразу же, как только я слышу шаги неподалеку. Лениво приподняв голову, гляжу на ночного гостя, пока сердце угрожает сломать рёбра. - Ты пришёл.. Снова улыбаюсь. Черт, эта дрянь кого угодно заставит давить лыбу на постоянной основе. Наверное, выгляжу как дебил. - Как видишь. А ты, я смотрю, времени зря не теряешь. Мужчина кончиками пальцев цепляет уже пустой пакетик, демонстративно фыркая. - Ты снова начал? Он делает упор на втором слове, а голубые глаза буквально сверлят во мне дыру, заставляя сгорать от стыда. - Да. Мне тяжело, и ты знаешь об этом. Могу я хоть иногда отвлекаться от происходящей вокруг хуйни?! Почти кричу, чувствуя, как где-то в груди начинает болезненно колоть и сжиматься, а в глазах чуть мутнеет. - Антон, это не выход, пойми. Рано или поздно об этом кто-нибудь узнает. Он садится рядом, продолжая смотреть глаза в глаза, и я понимаю, зачем снова начал жрать эту гадость. Истеричный смешок соскальзывает с губ. - Кто? Кто узнает? Я ведь нахожусь в этой комнате один. - Ты так уверен в этом? Арсений чуть наклоняет голову, слабо улыбаясь, и глядя на меня снисходительно, будто на ребенка. Так тепло и по-доброму, почти как раньше. - Да, уверен. Ведь дверь в мой номер закрыта... Я перевожу взгляд в пол, не в силах больше смотреть на эту улыбку, пока из глаз одна за одной катятся слезы. - ...а ты уже месяц как мертв. Снова этот сон. Снова я просыпаюсь в холодном поту, и тут же хватаю телефон. Как же надоело просыпаться на мокрой от слёз подушке. Снова.