Могущество...

«То, что за невозможностью подобрать лучшее выражение я буду упоминать под именем «свалка черновиков Анахиты», на самом деле вряд ли заслуживает столь напыщенного названия. Это всего лишь небольшие заметки, и строки разбросанными с поистине хаотическим пренебрежением к хронологии и в таком порядке, в котором мне, несмотря на длительное изучение содержимого, так и не удалось найти указаний на существование какой-либо заранее продуманной схемы, хотя я сам лорд Хаоса, и кому как не мне уметь все отлично упорядочивать. О причинах, побудивших её все же взяться за труд самоописания своей жизни, мне остается догадываться. (никогда не понимал этих баб).

Несмотря на это обстоятельство, я нахожу данные материалы достойными моего внимания, ибо сам я так хочу, а моя воля закон, для меня и для вселенной. Именно с этой целью я в свободное время редактирую её воспоминания и снабжаю примечаниями с тем, чтобы попытаться сделать его более доступным для вас смертных, кто-то, возможно, захочет самостоятельно почитать её черновики. Но эта дрянная кобылка, судя по всему, не держала в уме никакой общей картины, просто записывая сюжеты своего прошлого в том порядке, в котором они её приходили в голову, и, как следствие, многие эпизоды лишены контекста. Приводит в замешательство её манера начинать непосредственно с касающихся её самой событий и внезапно обрывать многие из отрывков текста тогда, когда его собственная роль в описываемых событиях подходит к завершению. Поэтому я как лорд хаоса, немного пошаманил с инфополем мира, разумами других разумных, в котором сия кобылка обитает, дабы наполнить сей сказ, событиями, не с её участием. Свое желание видеть их там я оправдываю тем дополнительным пониманием этой забавной истории. Прочее мое вмешательство ограничилось немногими редакторскими комментариями там, где мне показалось необходимым поместить несколько эгоцентричное повествование магессы в более широкий контекст; за исключением особо отмеченных случаев, все примечания сделаны мной лично. (Если не расфуфыривать, лучше бы я писал сей сказ, сам, а не пытался разобрать и свести воедино весь этот пиздец, что ниже)». Заметка 1… Всегда не понимал людей, которые говорят — «терпение и труд все перетрут» или «жизнь без мечты и цели — вялое и бессмысленное существование», ну или набившая оскомину — «без труда не выловишь и рыбку из пруда». Я много думал над этой концепцией и пришел к выводу, что утверждение более-менее логично и даже где-то, очень правильно, но также я пришел к выводу, что цели для дебилов, а труд не всегда гарант успеха. Все всегда решало бабло и умственные способности. Впрочем, внимательный читатель заметит, что каким еще может быть главным выводом на тему труда у того у кого, все в жизни сложилось? Впрочем, чего это я вам многомудрым мужам буду рассказывать мои рассуждения. В конце концов я ныне предательница, как собственного гендера, так и собственной расы хомо, это которые сапиенс. Забавно все же иногда жизнь дает свои расклады, а ведь начиналось все вполне себе невинно. Могу даже рассказать, мне не сложно… Вообще, чейго это я вообще за перо взялась? Зуд творческий, видимо, ладно потом сожгу, сие не сложно. *** Черновик Главы первой Все пошло по пизде… Это был худший день в моей жизни. День сдачи последнего магического экзамена и защиты диплома высшей магии в институте. Я защитил диплом на отлично, но, когда вышел из здания, ощутил чудовищную пустоту. Цель, к которой я шёл пять лет, была выполнена, и все… пустота. Я был очень подавлен и вместо того, чтобы отметить получение титула "Архимага", я проревел весь вечер. Может кто-то скажет, что это не по-мужски, однако… Да, наверное, они все же будут правы. Правила, приличия, стереотипы и прочие вещи, придуманные и воплощаемые людьми — говорят, что мужчина плакать не должен и, наверное, они даже правы, вот только… Пошли они все в ту же пизду. Я был опустошен морально и очень быстро уснул. Сны мне снились странные, впрочем, как и всегда. Хотя я назвал бы это видениями моей прошлой, наверное, все же жизни или нет? Я был убежден, что сны были из моего, прошлого, так как заклятия из той жизни вполне себе работали, в этом мире. *** Человек в синей мантии, точнее тело в синей мантии лежало, или это был кусок мяса? Ноги сдавлены сразу с четырех сторон, загибая его к, можно сказать пятке и одновременно поджимались мантией прямо с боков. Ногти выдернуты очень небрежно, кости на пальцах сломаны, брюхо разорвано специальным таким кинжальчиком с серпиком на конце, явная работа «Вспарывателя», до сих пор вытекает кровь. Скальп сняли… А двух глаз как не было… На лбу, кровью написано «Зря»! — Учитель! — кричит мое тело, и я подбегаю к телу обнимаю его и плачу, — жабры за ушами нервно бульбулируют. Я плачу, мой хвостик нервно подрагивает. Я плачу, плачу и просыпаюсь. *** Открыв глаза, я с тяжким вздохом попытался встать. Я был еще более опустошен, чем до моего сна, вынужден сказать, что эта часть моих видений давненько во мне не просыпалась. Теперь, у меня до кучи к плохому настроению, прибавился полный разлад мыслях. Тяжко вздохнув, я отправился в ванную, где, принял, холодный и освежающий душ. Не удержался от шалости. Вода пришла в движение, образовавшаяся фигура стала покрываться корочкой льда, и вот прямо в центре ванны, появилась фигурка лошади, с крыльями и рогом. — Воть так как-то, — делаю мысленное усилие. Ледяная фигурка делает шаг, второй, третий. Вылезет из ванны и идет на кухню вместе со мной. Хех, чем я только занимаюсь и трачу свои без сомнения гениальные способности на такую фигню как ледяная фигурка. А ведь многие люди за такие мои возможности продали бы душу дьяволу или демонам, а многие здешние скрытые в магии, очень даже завидовали такой вот моей одаренности. Только я, наверное, не видел в способностях моих большого смысла, точнее наиболее сильной области стихийной магии, к которой у меня был просто нереальный потенциал. Ну вот, что может магия воды, в современной жизни, при соблюдении, общепринятого сообществом подобных мне — «маскарада». Ну разве, что кипятить воду не нужно, щелкнул пальцами и вот тебе кипяток. Эх… обидно на самом деле. Маги огня на печах экономят, маги земли отличные агрономы, да и полезные ископаемые чуят, наверное, только воздушникам, еще больше не повезло, чем нам. Мы-то хотя бы в рыбной промышленности можем попробовать проявить себя, но тут тоже такое себе между нами говоря, жизнюки с разводом рыбок получше справляются. Хитрые морды лучше всех устроились, в том числе и я, вторая моя стихия — жизнь. Я мечтательно зажмурился хорошо, что со второй моей специальностью мне повезло больше. Хотя среднестатистический маг, голодать все равно не будет, так что мои рассуждения лишены смысла. Проследовав на кухню, я без зазрения совести кинул ледяную пони в кастрюлю и взмахом руки, почти мгновенно вскипятил воду, после включил газовую плиту. Хорошо все же жить одному, ну и хорошо, конечно, быть членом ордена магов. Не пробудись мой дар в детстве, так бы, наверное, и оставался обычным ребенком, не посвящённый в мир высокой магии. Впрочем, учитывая, что мне снились сны о моей прошлой инкарнации, то я сомневаюсь в своей возможности, быть обычным человеком в Двадцать втором веке от рождества Христова… Эх… Когда-то давно здешние маги и сверхъестественные расы получили по зубам от простых людей из существующей тогда организации, которая потом превратилась в святую инквизицию, а потом по зубам получила сама святая церковь. В ходе продолжительного конфликта, стороны пришли к мысли, что если так дальше продолжиться, то человечество и нечисть до кучи окончательно исчезнут с лица планеты. Нечисть-то понятно, вампирам кушать и закусывать неким будет, а вот лешие? Вы о леших подумайте, без людей им станет смертельно скучно, и они дружно совершат суицид. Впрочем, люди эту нечисть почти вывели из этой планеты. Научно-технический прогресс, все дела. Я высыпал в кастрюлю гречку и две сосиски, пускай варится, хм… Господи, сколько дел, сколько забот у меня, оказывается. Первое — это, то что после выпуска с отличием из самый лучшей магической академии земли, я не знал, что мне делать дальше, нет, ну правда. Я могу стать кем угодно, устроиться на любую магическую или не магическую специальность. Меня одного из самых лучших магов этого поколения возьмут куда угодно, и на любую должность по моим специальностям. Вот только, зачем все это? Я не шучу, я действительно не догоняю, зачем все это? Позвольте пояснить. Вот допустим: я поднимаю руки делаю определенный жест и шепчу. — Невидимый слуга! Я только что создал заклинание создающее невидимую, бессознательную и бесформенную силу из своей магии, выполняющую отдаваемые мной простые поручения. Слуга может выполнять простые задачи, доступные человеку, такие как подношение предметов, чистка, починка и складывание одежды, разжигание костра, подача пищи и разливание чая, и этот слуга может быть со мной практически круглые сутки, а еще он может взять в руки магические меч и отдубасить кого-нибудь. Конечно же этот слуга легко рассеется даже от просто толчка, какого-нибудь смертного, даже не мага, но сам факт. Дав указание Слуге подать мне гречку с сосисками, через полчаса я удалился хандрить дальше. В душе моей зияла пустота. Мне тридцать восемь лет и с шести лет после пробуждения своего мощного дара я учился… Учился магии Воды, Магии жизни, Классическому колдовству, Славянскому Ведовству, Волшебству Древних… и прочим разделам и подразделам магии. Я учился как бешеный… я изучал все вдоль и поперек, я не пропускал занятий и не бездельничал (в первые годы правда иногда все же на учебу иногда забивал, но после двенадцатилетия уже нет). Мне нравилось учиться магии. Нет, не ради самой магии или там тайн каких-то чародейских, нет, мне нравилось и до сих пор нравится, то самое чувство превосходства. Причем не только над не магами, но и над менее одарёнными или трудолюбивыми учениками. Нет, я никогда никого не унижал… даже в мыслях не было, после втолковывания еще в детстве от учителя о том, что не нужно показывать свое пренебрежение, и даже нужно жалеть и заботиться о слабых. Меня грела тайная мысль о своем могуществе, о превосходстве над среднестатистическими магами, и даже выше. Грела из года в год, и приятное тепло, излучаемое ею, сопровождало меня все тридцать лет, и продолжало бы греть если бы не выпускной, из академии магии. Мне тридцать восемь, а я уже освоил то, что обычные волшебники осваивают в сто, может в сто пятьдесят лет если не перестают развиваться, как магически, так и в навыках. Мне тридцать восемь, я уже достиг бессмертия. И что мне делать теперь? С бессмертием я, что-то лишку хватил, согласен, но обновлять организм мне вполне по силам. Маги живут довольно долго. Я велик, я могуч, и вообще завидный гений и без всякой скромности сие заявляю, но что мне делать в этой жизни? Я могу трансфигурировать золото буквально из ничего, да это тоже такое себе. Я могу создать пищу и воду буквально из воздуха. Так что проблем не будет абсолютно никаких. У меня не было цели в жизни, за исключением выучиться всему, чему я мог бы выучится в этой жизни, и я как бы выучился, на высшего мага. Да, за тридцать восемь лет. Еще одна ступень отделяет меня от гордого имени собственного «Архимаг», то есть вершина нашей иерархии. Магический слуга принес мне мою тарелку, и я стал кушать. Не вижу смысла описывать этот процесс, после принятия пищи я развеял слугу и вновь стал хандрить. Впрочем хандра моя быстро прошла, после шести часов вечера, от воспоминания, что у меня еще остался еще урок с учителем на сегодня, на который я опоздал. Впрочем, мгновенно телепортироваться к нему я не стал, накажет — и не заметит. *** Первомайская улица, почему-то до сих пор не переименованная, упиралась в заброшенный стадион бывшего мясокомбината. Точнее, заброшенный мясокомбинатом, поскольку спорткомплекс не умер, а продолжал более или менее успешно существовать. Клуб «Золотая цепь», зарегистрированный как спортивно-реконструкторский, и располагался в упомянутом комплексе, из которого неведомым образом испарились все тренажеры, но зато сохранились пять прекрасных залов для занятий и несколько административных помещений со старыми письменными столами и даже одним холодильником. Именно в кабинете с холодильником сидел мой учитель, по прозвищу Филин, — улыбчивый в летах уже мужчина с длинными, седыми волосами. Имея рост чуть выше полутора метров, объемный животик и странную привычку сидеть на корточках, наблюдая за тренировками или разъясняя что-либо, он порою и вправду напоминал большую птицу — особенно, когда склонял набок голову и удивленно вытягивал бесцветные губы. Свободные рукава рубашки не могли скрыть, насколько ссохлись за годы конечности на самом деле старика, но он был отнюдь не так слаб, как казалось на первый взгляд. Филин умел стремительно двигаться, наносить точные, неожиданные удары, а ножом, мечом и топором владел просто виртуозно. Однажды, изрядно перепив — что со стариком иногда случалось, — он смеха ради подбил нас учеников на поединок мечами и больше получаса успешно отмахивался полупудовым мечом один против трех. Широкий клинок на протяжении большей части схватки лежал у него то на плече, то на боку, то на колене. Старик не держал меч руками — отбиваясь, он подбрасывал его ногой, толкал всем телом, позволял падать в нужном направлении… В итоге молодые здоровые любы вроде нас выдохлись первыми и предпочли отступить, растирая уставшие мышцы. — Здравствуй, Филин. — Своего имени учитель почему-то не любил, а потому знающие люди звали его только по прозвищу. — Сегодня я немножко опоздал. Я потер левой рукой голову – при появлении Филина заклание обнаружения сверхестественного сигнализировало, что оно чуяло нечто ужасное, — потом открыл свой тубус и вытряхнул на стол пиво (Следует пояснить, что маги этого мира обычно всегда держали заклинание обнаружения сверхъестественных созданий, на себе, дабы знать с кем говоришь) — Грубый и бессовестный подкуп, — обрадовался учитель, — знаешь, чем порадовать старика, токма ты забыл, что теперь в свободном плаваньи. Нет, если хочешь, могу тебя и дальше учить, но дык, токма в свободное время. (На самом деле, Филин говорил, на старо славянском, однако, дабы не усложнять, я пишу типо, в староречном сленге) Он поставил бутылки на стол себе. Я ошеломленно застыл, пытаясь, осознать сказанное. — А вот эго тебе не надобно, — ловко выхватил Филин бутылку из-под моей руки и поставил в холодильник. Потом открыл другую, сделал большой глоток и сообщил: — Раз места не можешь себе найти, иди в третий зал, там группа второго курса. У них сегодня по теме сеча с водниками. От и объясни отрокам что к чему, и не забудь про подраздел «Дороги хлада». — Яволь, Филин, — с сожалением проводил взглядом пиво я. Ничего не поделаешь. Платы за обучение Фили с меня не брал, но в обязанности входило заменять учителя на занятиях, если такая необходимость возникнет. Раз Фили сказал — значит, надо заменить. — Щит свой каставать, али сам сделаешь? — Сам. *** Вообще, обучать молодое поколение мне не нравилось. Точнее не так, мне не нравилось, что я передаю свои секреты абсолютно чужим мне людям, ну как секреты? Просто знания о волшебстве, ну вот не нравилось, мне когда меня буквально вынуждали, кому-то что объяснять и рассказывать. Как и сейчас я завел вновь шарманку о скажем так, магии воды и конкретно более опасной разновидности этой магии — Креомантия, или как мой учитель называет: «Дорога хлада» Не буду приводить это в своем рассказе, данный отрывок в моей жизни, потому как обучать чужих я терпеть до сих пор не могу. Продолжу сразу после занятий. — А все-таки, Учитель, вода как магия для боестолкновения — полная дрянь. — Хочешь попробовать? — вытянул губы в трубочку гопниковидный мужчина, склонив голову набок. — Против тебя? — я покачал головой. — Не. Ты и со шваброй против мага запросто драться можешь. Это не показатель. — Ладно. — Он открыл холодильник и достал пиво. — На, охладись. Заслужил. — Хорошо… — обрадовался я, сковырнул крышку телекинезом и тут же сделал несколько глубоких глотков. — Знаешь, я в последнее время начинаю думать: а все наше колдовство — вот зачем оно? Вот допустим ты? Ты ведь город этот смять можешь, как я подозреваю силой своей мысли? И что? Нет реально что? Что это тебе дает? Или вот смотри: я стал сильным магом, даже с среди нашего общества, с твоей помощью, академии и собственного потенциала. С одной стороны, это хорошо, с другой: я ведь не знаю что делать с той мощью, что мне дана! — Дык, — пожал плечами Филин, — бросить-то никогда не поздно. Не магичь и все! Будь как все. Я поморщился и прихлебнул пива. — Как все не хочу. Да и нравится она, да только магия не может быть самоцелью. — Э-э, бродяга, да ты совсем плох. — Он взял меня своими пальцами за подбородок, повернул к себе лицом, пристально вглядываясь в глаза. — Яду в сердце капнули. Без злобы, без жестокости. Но попали на старые раны. Не научил я тебя процессу жизни, и сам ты её не приобрел, дакма на цели своей и держался. Потому и не держишься ново. — Старик отпихнул меня от себя, недовольно фыркнул: — Сорок лет тебя знахарству да ведовству учу, а тебе все няньки нужны. А ну, отвечай: кто знания хранит? — Гад ползучий, — буркнул я. — Кто знания стережет? — Филин лесной. — Так почто спроситься не можешь? Вот тебе мой сказ, бродяга. Ты знать хочешь, в чем смысл или ответ на вопрос? Так найди этот ответ! Есть ритуал один тайный, знамый только мне, ну и моим друзьям, я когда-то через него и обрел свой процесс… Сейчас я тебе о нем и поведаю… *** При наличии необходимых ингредиентов выполнение любого обряда — занятие элементарное, как кованый гвоздь. Тушку гадюки, похожую на длинную палку ветчинной колбасы, я порубил на куски, завернул в фольгу и сунул в духовку. Потом взял пчелиный воск, купленный на рынке, десяток красных декоративных свечей из хозмагазинчика, все вместе кинул в металлическую миску и поставил на малый огонь. Пока составляющие растапливались, в несколько раз обернул фольгу вокруг ручки от швабры, пропустил через полученную трубку обычную нить, смял фольгу с одной стороны, зажав нитку в ней. По квартире пополз соблазнительный запах жаркого, естественно я достал мясо, сделал в свертке небольшое отверстие и аккуратно слил в миску вытопившийся жир. Тщательно перемешал получившуюся розовую вязкую жидкость, поймал хвостик нити одной рукой, а другой — через тряпку, естественно, — взял миску и вылил состав в алюминиевый цилиндр. Подождал несколько минут, пока смесь начала загустевать, отпустил нитку. Все, свеча со змеиным жиром была готова. Знали бы люди, как просто изготавливаются атрибуты для самых сложных заклятий черной магии! На три свечи ушло всего полчаса, после чего, я вестимо отнес запеченное мясо вниз и выложил горкой у подвального окна, представляя, какое пиршество начнется сегодня вечером у местных представителей кошачьих. Теперь оставалось самое трудное — ждать. Ждать полуночи. И маяться от мысли: получится, не получится? Едва часы показали одиннадцать, я начал одеваться. Форменные милицейские ботинки, теплые шерстяные штаны, поверх них — плотные джинсы. Чистая футболка под шерстяным свитером, а сверху — верная «косуха», закрывающая грудь двойным слоем толстой кожи. Кистень я засунул в карман куртки, на ремень повесил саблю, в поясную сумку положил пакет с молотым перцем, перемешанным с табаком из дешевых сигарет, два мелка — обычный и «черный», пропитанный крысиной желчью. Со стороны могло показаться, что это я так собираюсь к битве, а не к ритуалу «По обретению смысле», как его назвал учитель, но я то знал: во время обряда или ритуала может случиться все что угодно. Филин говаривал, что иногда появлялись духи шайтанов, с которыми приходилось рубиться насмерть и после этого адепт приобретал смысл жизнии в уничтожении сих тварей, что призываются древние, мертвецы, зачастую отвечают на вопросы могильным холодом, покрывающим инеем кожу и вымораживающим целые дома и после этого маг жизни становится некромантом, и живет себе в удовольстве обретя свою цель или процесс в жизни. И что рассчитывать нужно на лучшее, но готовиться ко всему, но ритуал как говорил учитель помогал всегда. За десять минут до полуночи я телепортировался в небольшой лесочек при Москве. Ночные ритуалы данного типа, всегда следует исполнять в местах, куда падает свет луны. Опустившись на корточки я «черным» мелом, который после себя оставлял огонь, после которого, оставалась выжженная земля, нарисовал колдовской треугольник, но углам которого установил свечи. Поверх, уже обычным мелком, нарисовал треугольник «чистый», перевернутый одним из углов к себе. Получилась так называемая «звезда Давида», в которой на самом деле представлял ценность только внутренний шестиугольник — место скрещения миров обычного и магического. Завершив приготовления, я закрыл глаза, сосредоточился. Я сделал несколько глубоких вдохов и полных выдохов, представляя себе, как внешний мир проникает в мое тело, заполняя все до кончиков пальцев, волос, ногтей, до последней жилочки и клеточки. Выдохнул «мир», вдохнул, снова выдохнул. Голова слегка закружилась: мировосприятие расширилось за пределы видимых пространств. Придерживая в себе это ощущение колдовского взгляда, я достал из кармана зажигалку, щелкнул ею, зажег свечи, затем опустил ладонь в центр звезды, сделал мысленный «выдох» через руку, заливая внутреннее пространство магической фигуры пропущенной через себя «чистой» составляющей, и начал четко и раздельно произносить обычную формулу: — Orantes autem nolite stare sum. Et egredietur non beatus. Domus et eius quod erat separatum, non est ex ostium portae de — ad iter ex animo, essentia pretiosa… — Одной рукой я достал перо филина, положил его в центр фигуры, между большим и указательным пальцем, щелкнул зажигалкой, превращая перо в трескучий огонь: — Dic mihi sapientiam et avem, et de significatione vitae. Aperi pectus autem scientiam, subtemen fati turbine fusum, et dicit quod fatum meum et vita mea significatione of Ninorh! — выдохнул я и неожиданно ощутил, как в лицо пахнуло болотной затхлостью и слабым грибным ароматом, который столь часто витает холодным и дождливым летом в подтопленных березняках, я ощутил головокружения и тошноту. Я почувствовал, что чьи-то астральные руки аккуратно берут меня и прикрывают разум, вводя его в состояние ничего, а потом ваяют входят в тело и… я отключился. Мгновение или все же вечность. Я открыл глаза. — Пиздец… — По спине, между лопаток, пополз холодок. — Только этого мне и не хватало. Я осторожно, одними глазами, покосился по сторонам. Пока ничего не происходило. В мертвенно-желтом свете луны мелко дрожали березовые листья, подмигивая серебристыми изнанками; радостно орали лягушки; между бело-черными стволами неторопливо расползался туман. «Туман. Полнолуние. Болото. Я в нечеловеческом теле, как будто под заклинаним превращении, да и превратился естественно будто в копытное какое-нибудь. В них я конечно превращался, но превращения мои так или иначе были временными, на постояные изменения, не только тела, но и ауры мне сил не хватало, а тут мне не только тело поменяли, но и саму ауру, и еще что-то, что-то очень для меня важно и ценное, странно. Да еще и… — мысленно отметил я отсутствие нужно для любого самца органа. — Тройное «ква» в одном флаконе. При таком раскладе без неприятностей не обойтись». И они не заставили себя ждать… (Чет я заебался в воспоминания тысячи существ копаться. В общем, это все, пока… Посмотрим на реакцию неблагодарных смертных)