Чудовища не появляются из ниоткуда

      Время шло. На каждом занятии выбывало по несколько человек. К концу испытательного срока от прошлых тридцати осталось шестнадцать, а сам Нерва приобрел вес и уважение в глазах своих учеников.       Но после второго задания Нерву начало терзать дурное предчувствие. Оно пустило корни и разрасталось с каждым днем подобно сорняку. Заставляло дергаться даже по незначительным поводам и наказывать за малейшие проступки.       И вот, в один не самый прекрасный день чемпионов вызвали на поле для квиддича.       Риасэмус прошел темной лужайкой к стадиону и вошел через арку в трибунах. На поле были выстроены длинные высокие стены, которые шли во всех направлениях и пересекали друг друга.       На входе он столкнулся с Поттером. Мальчишка прищурился и уже было открыл рот, чтобы, скорее всего, вылить ведро помоев — ну, или попытаться вылить, ведь, чтобы это сделать нужно сначала дотянуться — на голову бывшего братца       — Эй, идите сюда! — весело окликнул их Людо Бэгмен.       Он стоял в самой середине площадки, а с ним — Виктор Крам и Флер Делакур.       — Ну, что скажете? — довольный собой, спросил Бэгмен. — Испытание решили перенести на месяц, так что через пять дней встретимся здесь! Кстати, поняли, что это?       — Лабиринт, — озвучил гениальную мысль Крам.       — Точно! Лабиринт! Так что третье задание простое. Кубок поставят в центре, кто первый до него дотронется, тот и выиграл.       — Надо просто проходить лабиринт? — удивилась Флер.       — Тут будут препятствия, — потер руки Людо, раскачиваясь на пятках. — Хагрид приготовит всяких волшебных существ… и заклятия тоже будут, надо будет и их обойти… ну, и все такое прочее. Первым в лабиринт войдет тот, у кого больше очков, — он посмотрел на слизеринца. — То есть Вы, мистер Нерва. Потом мистер Крам. Далее мистер Поттер и мисс Делакур. У каждого из вас будет возможность победить, все зависит от того, как вы справитесь с препятствиями. Что, здорово?       — Ну, ладно, — как-то расстроенно протянул Бэгмен через минуту молчания. — Если больше нет вопросов, тогда пойдемте в замок, что-то стало холодать…       И он поспешил к выходу со стадиона. Чемпионы поплелись следом. Только Поттер обернулся и со злобой и подозрением посмотрел на Нерву. Тот криво усмехнулся и издевательски приподнял бровь. Гриффиндорец сжал кулаки и зубы и, резко развернувшись, быстро пошел к замку.       Риасэмус решил немного пройтись. Что-то манило его в лес, тянуло. Было отчетливое ощущение, что ему важно быть там сейчас.       Идя к кромке Запретного леса и смотря на темное пасмурное небо, затянутое грозовыми тучами, Нерва отстраненно подумал, что ничего нового он, собственно не узнал. Про лабиринт ему давно уже рассказал Барти. Так что пользы в этой встрече не было…       Шевеление в близстоящих деревьях вырвало юношу из прострации. Он резко достал палочку и осторожно начал подбираться ближе. Не успел он пройти и пары метров, как из-за толстого дуба вышел, покачиваясь, Крауч. Старший.       Он выглядел так, будто провел в дороге несколько дней и все время шел пешком. Брюки на коленях были порваны и испачканы кровью, он был небрит, лицо исцарапано и от истощения посерело. Волосы на голове и усы были немыты и давно не стрижены. В общем, видок еще тот.       Крауч размахивал руками, бормотал что-то себе под нос и разговаривал с кем-то, кого видел только он один. Он рухнул на колени прямо у ног молодого человека и вцепился в его мантию.       — Дамблдор! — простонал мужчина. — Мне надо… увидеть… Дамблдора… Я совершил ошибку… Должен сказать… Дамб…       Брезгливо поморщившись и раздраженно закатив глаза, юноша отправил Крауча в небытие пинком ноги.       Аккуратно оглядевшись, Риасэмус наколдовал обнаруживающее заклятие. Убедившись, что никого, кто мог бы что-то увидеть или услышать, здесь нет, Нерва наложил на мужчину дезиллюминационные чары и Silencio и, взяв его за воротник того, что, по всей видимости, осталось от рубашки, осторожно начал продвигаться в сторону леса. Но спустя всего несколько минут от начала пути юноша издалека услышал быстро приближающиеся шаги.       — Риасэмус? — раздался равнодушный, но с проскальзывающими в нем нотками удивления, голос Снейпа. — Что Вы здесь делаете?       — Похоже, профессор, — нечитаемым тоном начал молодой человек, — я нашел великолепный сюрприз для нашего милого Барти.       — О чем?.. — хотел спросить зельевар, но осекся, увидев освобожденного от заклятий Крауча.       — Именно.       — Крауч? Интересно… И что с ним делать? — нахмурился зельевар.       — Не до разговоров, профессор, — твердо произнес Нерва. — Я спрячу его, — юноша критически осмотрел полутруп. — Не думаю, что он долго протянет…       — Ты? — скептически выгибая бровь, поинтересовался Снейп. — Сдурел? Считаешь, что умнее и опытнее взрослых магов?! А не слишком ли ты самоуверен?!       — А Вы, сэр, знаете уже, что делать с этим? — равнодушно парировал юноша.       — Хорошо, — вздохнув и поджав губы, нехотя согласился Северус после длительного молчания.       — Прекрасно.       — И куда ты его потащишь?       В ответ тишина.       Смотря вслед Нерве, мужчина подумал о том, когда это они дошли до того, что студенты прячут тела?       Покачав головой, зельевар зябко поморщился от холодных капель разбушевавшегося дождя, впрочем, даже не пытаясь наложить заклинание, и пошел к замку.

***

      — Вы все довольно сносно поработали, — стоя перед учениками, проговорил Нерва, обводя класс своими холодными глазами, — но я не потерплю лени. Не знаю, удастся ли нам еще в этом году собраться. Я лишь смею надеяться, что эти несколько месяцев не прошли для вас даром, и вы не забудете за лето все, что я вам говорил и чему пытался учить. Я был с вами строг и не буду за это извиняться. Но посмотрите, у вас есть прогресс. На каникулах вы должны тренироваться и улучшать свои навыки, иначе я пойму, что мои усилия были напрасны, и из вас вряд ли выйдет что-то достойное…       Раздались аплодисменты. Похоже, речь была хороша…

***

      На стадионе начали появляться зрители. Воздух заполнился голосами и звуками сотен шагов. Небо окрасилось в густой иссиня-черный цвет, и на нем появились первые звезды. К Бэгмену и участникам подошли Хагрид и профессора МакГонагалл, Грюм (который незаметно сделал, казалось бы, только ему понятный жест) и Флитвик. У профессоров на шляпах, а у Хагрида на спине кротового жилета светились большие красные звезды.       — Мы будем патрулировать снаружи, — сообщила участникам состязания МакГонагалл. — Если кто-нибудь попадет в беду и почувствует, что требуется подмога, пошлите в воздух сноп красных искр, и мы незамедлительно придем на помощь. Все ясно?       Чемпионы кивнули.       — Тогда вперед! — весело скомандовал Бэгмен четырем патрульным. Коснувшись палочкой горла, он произнес:       — Sonorus!       И тут же усиленный магией голос Бэгмена пронесся по стадиону:       — Леди и джентльмены, третье и последнее состязание Турнира Трех Волшебников начинается! Разрешите мне напомнить вам турнирное положение участников на сегодняшний день! На самом верху разместился мистер Риасэмус Нерва, представляющий Хогвартс, девяносто три очка! Второе место занимает мистер Виктор Крам, институт «Дурмстранг», восемьдесят два очка! Третье место делят мистер Дерек Поттер, «Хогвартс», и мисс Флер Делакур, академия «Шармбатон», пятьдесят четыре очка!       Риасэмус разглядел на трибуне семейство Поттеров, наблюдающее за своим сыночком и Нервой, и гадко ухмыльнулся им.       — Итак, первый чемпион! По моему свистку! — пророкотал Бэгмен. — Три… Два… Один!       Он резко свистнул, и Риасэмус устремился вглубь лабиринта. Спустя несколько минут все чемпионы оказались внутри.       Юноша осторожно двигался по лабиринту, внимательно оглядываясь по сторонам. Высокие темные стены и неизвестность давили, заставляя прислушиваться к малейшему шороху. На ближайшей развилке повернув заугол, слизеринец наткнулся на…       — Riddiculus, — видение развеялось.       Через несколько минут блужданий, молодой человек столкнулся со странным золотистым туманом. Подумав немного и испробовав на нем пар заклинаний, Нерва прищурился и сделал шаг. Мир перевернулся вверх тормашками. Скривившись, Риасэмус устремился вперед. И вот, спустя минуту все опять вернулось на свои места: земля снова была внизу, а прилившая к голове кровь не заставляла голову пульсировать.       Чей-то крик разрезал тишину. Женский. Значит, выбыла Флер.       Пройдя соплохвостов, а потом и их останки, юноша наткнулся на сфинкса. Когда слизеринец приблизился к женщине-львице, она повернула к нему могучую голову и уставилась на него своими большими миндалевидными глазами.       — Ты близок к цели, — произнесла она низким хрипловатым голосом. — Кратчайший путь лежит именно здесь.       — И что мне нужно сделать, чтобы пройти?       — Отгадай мою загадку, тогда пропущу. Отгадаешь с первой попытки — путь открыт. Не отгадаешь — нападу. Ничего не скажешь — пойдешь назад, восвояси.       — Слушаю.       Сфинкс уселась посреди дорожки и произнесла такое стихотворение:

Мой первый слог проворней всех слывет по праву —

Он очень быстр на руку, ногу и расправу;

Второй мой слог есть плод окружности решений —

Ее с диаметром законных отношений.

Мой третий слог — абстрактно названный мужчина —

Ни цвета кожи, ни фамилии, ни чина.

Сложив их вместе, существо ты образуешь,

Какое ты скорей умрешь, чем поцелуешь.

      Помолчав несколько секунд, Риасэмус нетерпеливо произнес:       — Скорпион.       Женщина-львица благосклонно улыбнулась ему и посторонилась.       Пройдя один поворот, Нерва увидел ЕГО. Метрах в трехстах от юноши на невысокой тумбе сиял Кубок. Риасэмус торжествующе усмехнулся. Вдруг из кустов слева, немного опережая Риасэмуса, выскочил Крам. Болгарин не заметил противника и резво побежал к добыче. Но добраться он не успел.       — Stupefy, — равнодушно произнес слизеринец, направив палочку в спину Виктора.       Крам рухнул как подкошенный. Хмыкнув, молодой человек прошел мимо дурмстранговца, направляясь к призу.       До Кубка оставалось пройти всего несколько метров, как откуда-то сверху на молодого человека напрыгнуло что-то большое и очень тяжелое. Мохнатое нечто сбило слизеринца с ног и протащило по земле, прочертив в ней приличную борозду. Юноша сжал зубы от боли и попытался вывернуться, но существо заработало огромными жвалами и засучило лапами, вставая. Огромный паук поднялся, избавив Нерву от своего веса и, заметив Риасэмуса, взревел и, подскочив, попытался еще раз вдавить человека в поверхность под собой и укусить. Слизеринец быстро перекатился, уклоняясь от удара. Паук с громким шлепком ударился о мокрую почву, подбрасывая комья грязи. Молодой человек быстро встал на ноги и отбежал подальше. Акромантул увидел, что наглый человечишка еще не размазался по его панцирю, а вполне еще себе живой. Существо, немного увязая лапами в рыхлой земле, развернулся и с клекотом устремился к юноше. Молодой человек не растерялся и поднял палочку.       — Seco! — юноша вложил в заклинание достаточно много силы, поэтому паук лишился нескольких лап.       — Avada Kedavra!       Акромантул, подобравшийся совсем близко, вновь сбил с ног молодого человека и придавил своей тушей к земле. Брезгливо поморщившись, Нерва попытался вылезти из-под трупа, но чуть двинувшись, зашипел от боли. Похоже, чертов паук сломал ему пару ребер. Слизеринец вдохнул и рывком выбрался из-под мертвого акромантула и, чуть морщась, направился к Кубку, но вдруг остановился, растянув губы, и обернулся назад…

***

      Дереку Поттеру не попалось на пути ни одной преграды, что, несомненно, радовало его. Так мало этого, кто-то еще и проложил ему дорогу: небольшие красные стрелки указывали направление. Правда, пришлось попотеть над загадкой сфинкса, но и ее он тоже в конечном счете решил. И вот, осталось всего пару сотен метров до его мечты! Поттер уже представлял, как он хватает Кубок, поднимает над головой, а толпа кричит, поднимает его на руках и просит дать автограф и…       — Эй! — Дерек только сейчас заметил стоящего около Кубка человека. Подойдя ближе, Поттер узнал в нем… — Крам!       Виктор не ответил, все так же стоя спиной. Гриффиндорец подбежал и хлопнул Виктора по плечу.       — Эй! — четверокурсник развернул болгарина лицом к себе и недоуменно отступил.       На лице бледного Крама играла совершенно сумасшедшая улыбка, остекленевшие темно-карие глаза были распахнуты.       — Ты чего?.. — спросил Поттер.       Он сделал несколько шагов назад и неожиданно уперся во что-то твердое. Дерек ахнул и дернулся, но обернуться не успел. Горло обхватила ледяная жесткая ладонь, а в спину уперлось что-то холодное и очень острое, оставляя на смуглой коже кровавые струйки. Гриффиндорец вскрикнул.       — А ты еще глупее, чем я считал, — раздался над головой такой знакомый и ненавистный до зубовного скрежета голос. — Неужели у тебя не вызвало подозрение, то, что на всем пути из всех препятствий тебе попался лишь сфинкс? Что все так просто? Разве это не должно было насторожить?       — Так это ты?! — искренне удивился Поттер, все еще не оставляя попыток вырваться.       — Похоже, что «Гриффиндор головного мозга» не лечится, а в сочетании с фамилией Поттер…       — Заткнись! — Золотой Мальчик, удваивая усилия.       — Тихо, маленький, не нужно, — надавливая лезвием на позвоночник мальчишке и сжимая костистые, но удивительно сильные сильные пальцы на шее бывшего брата, угрожающе прошептал Риасэмус.       — Тебя упекут в Азкабан! Мерзкая подстилка Того-Кого-Нельзя-Называть! Пусти меня, слизеринская тварь!       — Похоже, мы заболтались. Пойдем, нас уже заждались, — с этими словами Нерва схватил Кубок.       В следующее мгновение за пупок будто дернули огромным крюком. Мир завертелся, а в следующую секунду их выкинуло уже в другом месте…