Потому что рядом

Уже который раз Хак щипал себя, пытаясь проснуться — ему не верилось, что происходящее на самом деле не сон. Не верилось, что закончилась война. Не верилось, что Йона едет сейчас рядом с ним. Не верилось, что до родной Фууги осталось всего лишь несколько шагов. Не верилось. Ему просто не верилось. «Неужели скоро все будет как раньше?» — осторожно спросил он сам себя, оборачиваясь в сторону ехавшей позади Принцессы. Нет. Не будет. Нет, потому что теперь будет еще лучше. Теперь в их большом доме не будет места раздорам, горю и грусти. Не будет бессонных ночей вне дома в такой родной, но очень тесной палатки. Не будет запаха костра. Не будет стряпни Юна. Не будет, казалось бы вечных, споров с драконами. Хотя, они обещали приехать через месяц. Значит, очередных подколок от Джи-Ха не избежать. Йона перехватила его счастливый взгляд, покрываясь едва заметным румянцем. Эта секундная идилия была прервана появившимися стражниками, что охраняли ворота. Сон устало выдохнул и спрыгнул с лошади — теперь его до вечера не оставят в покое. Стоило помочь Принцессе спешиться, как тут же на него налетели с обьятиями Мундок, Таэ Ву, Аямэ и почти весь клан Ветра. Для этой большой семьи возвращение хотя бы одного человека — настоящий праздник. А едва Мундок увидел осторожно выглядывающую из-за спины своего названного внука рыжеволосую Принцессу, то чуть не задушил обоих от радости. Хак не отходил от Принцессы ни на шаг: может привычка, а может и нет. Ведь едва огненная макушка исчезала из виду, Громовому Зверю становилось не по себе. А еще его начали раздражать скользкие и липкие взгляды доброй половины города, отчего крепкая рука парня не покидала тонкого плеча Йоны ни на миг. Пусть все видят, что она занята. Когда они, уставшие после долгой дороги и столь насыщенного на события дня, сидели в старой комнате Хака; Йона вдруг почувствовала, как по венам медленно тянется приятное чувство спокойствия и чего-то еще. Наверное, потому что рядом был Хак и обнимал ее. Наверное, потому что через месяц он навсегда будет принадлежать ей. — Устала? — сухие губы касаются виска, а пальцы убирают рыжий локон за ухо. Йона тихо жмурится, будто кошка. — Немного, — она кивает головой, сжимая руку Хака. Ладони у него в мозолях, грубые, немного шершавые, а Йоне кажется что они у него нежные. Даже глупые шуточки Сона стали очень дорогими сердцу. Конечно, это был все тот еще неисправимый болван Хак, которого хлебом не корми, а дай лучше как-нибудь поддеть его Принцессу. Йона, как обычно, грозилась ему всеми видами казни, но потом весело хлопала по щекам и легко чмокала в нос, вырывая из груди Сона тихий смешок. Ей нравилось, когда Хак искренне смеялся. — Это еще мелочи! Ты не видела, что тут творится во время чей-нибудь свадьбы! — усмехнулся Громовой Зверь. — Так что, привыкай, женушка! — Дурак, — покрасневшая от своего нового прозвища девушка легонько стукнула своего будущего мужа в бок, на что Хак хитро прищурился. Принцесса знала этот взгляд — он не сулил ничего хорошего. В один миг она оказалась прижатой к футону, а пальцы Сона пробежались по ребрам, заставив рыжеволосую выгнуться дугой и захохотать, почти умоляя прекратить «пытку». — Хак! Пусти! Хватит! Дурак! — все-таки вырвавшись из хватки голубоглазого, она сама повалила его на лопатки. Принцесса прикусила губу — смотреть на Хака сверху вниз было слишком необычно. Она могла разглядеть каждую черточку лица, каждый шрамик. Йона нервно сглотнула подступивший к горлу ком — ее будущий супруг был слишком красив. — Если вы продолжите пожирать меня своими прекрасными глазами, то, боюсь, я на вас наброшусь прямо сейчас, — будничным тоном вещал парень, с хитрецой глядя на Йону. Получив по лицу подушкой, Хак лишь улыбнулся, сгребая рыжеволосое чудо в охапку. Он обнимал ее и не верил в это. Похоже на какую-то сказку. Не может та капризная Принцесска так нежно ему улыбаться. Не может она любить его — простого парня, которому просто повезло. Не может быть, что через месяц она будет только его. Время уже давно перевалило за полночь, а Йона все еще не хотела засыпать. Ее теплая ладошка лежала на его слегка колючей щеке, а глаза смотрели в его душу. Выворачивая изнутри. Видя все его страхи. Видя всего его. — Мне кажется, что я сплю, Хак, — счастливо улыбается она, оглаживая пальчиком его скулу. — Кажется, что это просто сказка… — Мне тоже, — тихо выдыхает Сон, прикрывая глаза. — Я так по ним скучаю. По Юну и драконам, — еще тише выдохнула Йона, тихо зевая. — И по Ао. Мне ее не хватает. Мысль ударила внезапно. Вспомнив свое первое, к досаде, неуслышанное признание, бывший Генерал свернулся клубком — насколько позволяло ему громозкое тело. Уткнувшись в плечо недоумевающей Принцессы, он прошептал: «На что только не пойдешь ради женушки!» — и издал коронный писк всеми обожаемой белки. — Пуккю! — если бы его услышал Джи-Ха, то гореть бы Сону синим пламенем в аду. Губы будущей госпожи Сон растянулись в широкой улыбке, а тонкие ручки сомкнулись на спине. Быстро чмокнув жениха в губы, девушка спрятала лицо, уткнувшись в его грудь. Чтобы он не видел ее пылающие от стыда за прослушанное признание щеки. Прижав Йону к себе и уткнувшись носом в ее рыжие волосы, Хак чувствовал себя безгранично счастливым. Потому что она была с ним. Потому что она рядом.