На одну ночь

      Джон взял на руки Вейверли, тут в палату зашёл медбрат, который услышал крик Миссис Эсмонд. Он увёл Джона с Эрп на руках из палаты. Хот испугалась за девушку, и посмотрела на бабушку, которая посмотрела на неё. — С ней всё будет хорошо, не переживай.       Сказала Элизабет, видя переживание в глазах внучки. Потом она посмотрела на Мишель строгим взглядом. — Как ты посмела сюда явиться? Тебе здесь не рады.       Девушка сделала непонимающий взгляд, и посмотрела на Николь, которая тоже с вопросительным взглядом, посмотрела на бабушку. — Что ты такое говоришь? Что значит тебе здесь не рады. Это моя девушка, как ты можешь, быть так груба.       Миссис Эсмонд смягчила взгляд посмотрев на Николь, она взяла её за руку. — Ох, милая, она давно не твоя девушка. — Что?       У Хот округлились глаза, она посмотрела на Мишель, казалось её только что очень сильно укололи. Голова закружилась, стало трудно дышать. — Она бросила тебя. — Бросила?       У Николь по щеке скатилась слеза. — Мишель, это правда?       Девушка посмотрела на Хот, потом на Эсмонд, немного помолчав, она снова перевела взгляд на Николь. — Твоя бабушка заставила меня так поступить с тобой. Я никогда себе этого не прощу. Ведь я люблю тебя до сих пор. — Что?!       Закричала Элизабет на всю палату, с возмущённым голосом. — Как ты смеешь, так нагло врать ей в лицо! Ещё и меня поливать грязью.       Николь потерянным взглядом, смотрела на них двоих и ничего не понимала, её глаза наполнились слезами. — Что происходит?! Я не понимаю!       Мишель взяла за руку Николь и легонько её сжала, другой она вытерла слезу, которая скатывалась по щеке рыженькой, посмотрев ей в глаза. — Твоя бабушка никогда не признает, как она не оставила мне выбора и заставила отказаться от тебя.       Хот смотрела на Мишель, доверяющим взглядом и тут Миссис Эсмонд взорвалась. — Да как ты смеешь!       Элизабет встала с постели внучки и влепила пощечину наглой врунье. Мишель вскрикнула и схватилась за лицо, прикрывая место удара, из её глаз потекли слезы, она испуганно посмотрела на Николь. Которая в свою очередь была ошеломлена, она увидела, как её девушке причинили боль, заставили слезы идти из её прекрасных глаз. Она моментально вскипела и свирепо посмотрела на бабушку. — Уходи!       Миссис Эсмонд сразу же пожалела о содеянном, но реакция Николь её повергла в пух и прах. — Что? — Я не хочу тебя видеть! Никогда, слышишь, не смей к ней прикоснуться ещё раз! Уходи! — Милая, она обманывает тебя. Ты ведь ничего не помнишь.       Взмолилась Элизабет, пытаясь успокоить внучку. — Знаешь что я помню? Что мы с Мишель любим друг друга, а тебе это так и не нравится! Смирись уже! Забыла, чем всё закончилось в прошлый раз? Так что уходи, пока я прошу. — Николь. — Закрой дверь за собой!       Закричала Хот на свою бабушку, которая вздрогнула от неожиданности и заплакала. Николь перевела взгляд на Мишель, она прикоснулась рукой к месту, по которому прошлась Эсмонд. Хот стала его поглаживать, параллельно вытирая слезы девушки. Элизабет взяла сумку и вышла из палаты, пройдя коридор она бухнулась на скамейку и опустила голову, пытаясь переварить происходящее в своих мыслях. — Вот вы где. — Что?       Едва слышно ответила Элизабет, Джону, который её искал. — Где Николь? — Что? — Вы в порядке? Николь нет в палате и её вещей тоже.       Эсмонд закрыла глаза руками. — Джон мы потеряли её. — Как потеряли?! Что случилось? — Мишель, она воспользовалась моментом и теперь Николь на её стороне.       Джон тяжело вздохнул и присел рядом с Миссис Эсмонд. — Всё очень плохо. — Ты даже не представляешь, Джон насколько. Я влепила пощёчину ей, для Николь это стало решающим аргументом.       Джон с удивлённым лицом посмотрел на Эсмонд. — Ого, вы снова покорили моё сердце. Долго же мы этого ждали. Жаль я джентльмен и сам не могу поднять руку. — На неё кодекс джентльмена не распространяется. Кстати.       Эсмонд схватила Джона за руку. — Как там Вейверли? — С ней всё хорошо, пришла в себя. Из-за недосыпа и голодания, была слишком истощена. Потеряла сознание, ничего серьезного не обнаружено. — Пошли, я хочу её увидеть.       Элизабет зашла в палату, где на кровати лежала Эрп, как только она увидела женщину, резко встала, но голова моментально стала тяжелой и брюнетка начала терять равновесие. — Вейверли, осторожно.       Джон подхватил девушку и усадил на постель обратно. — Как ты?       Спросила Миссис Эсмонд, поставив стул рядом с кроватью и взяв брюнетку за руку, села на него. — Всё хорошо, просто немного кружится голова. Как Николь? Что вообще там произошло?       Элизабет переглянулась с Джоном и тяжело вздохнула. — Николь в порядке. — Она не вспомнила?       С надеждой в глазах спросила Эрп. — Нет, Вейверли, память к ней не вернулась. Что последнее ты помнишь?       Брюнетка задумалась, прокручивая в голове свои воспоминания. — Я смотрю на неё, а она на меня, мне показалось, что она меня вспомнила, потому что её глаза, снова смотрели с любовью. Но, эта любовь была адресована не мне, девушка прошла мимо меня, эта девушка.       Вейверли закрыла глаза, пытаясь вспомнить её лицо. — Мишель! Это была Мишель!       Закричала Эрп, широко раскрыв глаза. — Мишель Гордон, первая любовь Николь.       Сказала Эсмонд и встав со стула, подошла к окну. Вейверли смотрела на спину женщины, пытаясь принять информацию, в быстром потоке мыслей. — Не правда. Вы меня разыгрываете. Не может судьба быть настолько жестокой. Мишель Гордон, фотограф, которая собирается проводить выставку у меня в галерее. Николь даже никогда не упоминала о ней. Это бред.       Эрп стала мотать головой, отрицая складывающийся пазл в голове. — Мишель, запретная тема для Николь.       Сказал Джон. — Мы договорились, что больше никогда не будем о ней вспоминать и тем более разговаривать.       Вейверли посмотрела на Джона, который сел на диван, напротив её постели и посмотрел на Миссис Эсмонд, стоящую спиной у окна. — Я думаю, пора рассказать Вейверли, про неё, согласны?       Элизабет лишь слабо кивнула, тем самым отвечая на вопрос Джона. — Ну тогда начну историю с самого начала. Первая любовь Николь — Мишель Гордон.