Фиктивный доминант

— Привет, мам. «Боже, девочка моя! С тобой всё в порядке?!», — мама Ирэн говорила настолько громко, что шедший рядом с девушкой Шерлок отчётливо слышал каждое сказанное ею слово. — Не кричи, пожалуйста. Всё… всё нормально, — дрогнувшим голосом ответила Адлер. Она пыталась придать своему тону уверенности в собственных словах, что, впрочем, оказалось непосильной задачей. «Мы с отцом вылетим к вам, как только нашему самолёту дадут разрешение на взлёт!» — К нам?.. — еле слышно прошептала Ирэн, затуманенными глазами уставившись в пустоту. Они не знают. У девушки от паники задрожали руки. Тот факт, что родители не знают о смерти Артура и Марду, поверг её в неподдельный шок. Неужели они знают лишь о том, что особняк сгорел? И что они вообще знают? Какую версию случившегося им рассказали? Ирэн знала, что непременно придёт тот момент, когда им сообщат, ведь всё-таки клан Адлер — не последние люди в Англии. Она знала, что родители вернутся в Лондон. Просто не ожидала, что это случится настолько быстро. Когда они приедут, то узнают обо всём: что Артур и Марду мертвы, что это их единственная дочь убила собственных братьев, поймут, что она знает о своём удочерении. От подобной вереницы мыслей Адлер начало мутить. Они посчитают её чудовищем и навеки запрут гнить в тюрьме. «Ирэн, ты меня слышишь?», — донеслось до девушки спустя несколько десятков томительных секунд. — Что? Я слышу тебя, но плохо, — без зазрения совести соврала доминантка, дабы отвести от себя какие-либо подозрения о своём реальном состоянии. «Я говорю, что наш самолёт уже готовят к вылету в Лондон. Как же вы там живёте? Мальчики позаботились о месте проживания? Вы поехали к тёте Фелиции?», — миссис Адлер отставила телефон и прокричала куда-то в сторону. — «Гарольд, напомни перевести Фелиции деньги за приют наших детей». — Мамочка, что ты. Не нужно в такой спешке приезжать, — мысли совершенно путались, пока Ирэн в судорожном темпе пыталась подбирать нужные слова и складывать их в адекватные предложения. — Всё нормально, меня приютил друг. Она осеклась, но уже слишком поздно. Что сказано, то сказано, и слов обратно не вернёшь. Сердце доминантки пропустило удар по длительности равный той паузе, что повисла сейчас в трубке. «Что я наделала?» «Друг?» Главный орган жизнеобеспечения и кровообращения пропустил два глухих и очень тяжёлых удара. Настолько напряжённых, что Ирэн не смогла нормально вдохнуть. После сказанного она просто не могла принять в себя новую порцию воздуха, внутри всё спёрло. Из сказочного множества, из миллиона возможных вариантов для лжи она выбрала именно «друг». Она могла соврать, что они сняли гостиничный номер, что поехали в загородный дом, в конце концов, просто согласиться, что они поехали к тёте Фелиции, но нет. Нет. Ирэн просто сказала правду. «Какой, к чёрту, друг?! Я не имею права на друзей». — Н-наш общий знакомый… — сердце, что до этого еле подавало признаки жизни, забилось с такой неистовой скоростью, что бедную девушку начало трясти. «Кто?», — голос строгий, безэмоциональный. — «Ирэн Адлер, я спрашиваю тебя, кто?» Зловещее спокойствие её матери придавало ситуации вдвойне жуткий окрас. На заднем фоне послышались невнятные вопросы отца про причину такой резкой смены настроения своей жены. Старшая Адлер просто молчала, давя этой паузой на свою дочь и ожидая от неё хоть какого-то адекватного ответа. Сейчас вечное заключение в тюрьме не казалось девушке таким уж страшным. Большей трагичности ситуации добавлял ещё и тот факт, что она навлекла беду на Шерлока, потому что по приезду родители точно узнают, кто такой этот «друг». Не находя себя от паники и не зная, как поступить, и что ответить, она просто бросила трубку, так ничего и не сказав. Просто отключилась, оставив свою матушку в неведении, и, наверняка, приведя тем самым последнюю в ярость. Подойдя к краю берега, Ирэн, совершенно без размаха, выпустила из рук свой телефон, дабы тот преспокойно отправился на дно реки, чем вызвала у Шерлока неподдельное удивление. Проводив взглядом идущий ко дну телефон, она перевела глаза на свои руки, и ей стало казаться, что с её ладоней и пальцев стекает ярко-алая кровь убитых ею братьев. Кровь, которую она никогда уже не сможет смыть. То, что Шерлок сильно тряс её за плечо, она почувствовала лишь спустя несколько длинных секунд, которые для неё самой казались непреодолимой вечностью. — Ирэн, что там случилось?! Почему ты повесила трубку? — он развернул подругу к себе и заставил посмотреть ему в глаза. — Что сказала мама? — Она была весьма… — промямлила девушка в ответ, замолчав в поиске подходящего слова. — Она была весьма зла, но, кажется, даже не догадывается, что мои братья мертвы. Я даже больше скажу, они и не догадываются о том, что это моих рук дело, — с отсутствующим выражением лица опустошённо подытожила Ирэн. Шерлок обратил внимание на то, как по её пальцам пробежала мелкая дрожь, которая вскоре от рук разошлась по всему телу. Сейчас доминантку сковал истинный животный страх. Такой, который человек испытывает, когда точно знает, что его жизни грозит неизбежная опасность, и так же уверен в том, что ничего не сможет с этим сделать. Признаться, младшего Холмса и самого начинала охватывать паника, ведь он, как никто другой, причастен к произошедшему. Однако он прекрасно понимал, что сейчас два паникующих человека решить ситуацию никак не смогут, поэтому приложил все силы, чтобы держать эмоции в стальном капкане. Шерлок, желая хоть как-то поддержать подругу, накрыл её руки своими, в надежде немного унять подступившую дрожь. — Это наших рук дело, — как можно увереннее произнёс парень. Она с благодарностью посмотрела на друга, а её губы изогнулись в подобии улыбки. Впрочем, вышло это вовсе неправдоподобно. — Шерлок, господи, прости меня. Ты не представляешь какой опасности я тебя только что подвергла. И самое худшее, что я ничего не смогу с этим сделать. Она сказала, что они с отцом прилетят, как только самолёту дадут разрешение на взлёт… А если они всё узнают, если они всё поймут?! Родители сделают всё, чтобы вычислить, кто так жестоко поступил с их сыновьями. Они же упекут меня в тюрьму, — стала тараторить девушка, и голос её был на грани истерики. Сейчас ей казалось, что если она выговорится, то таким образом сможет выгнать панику из своей головы. Только вот от озвученных вслух страхов стало ещё хуже. — Пожалуйста, перестань думать хотя бы обо мне. У меня же есть Майкрофт, а он почти что британское правительство. Уж как вытащить меня он точно придумает, — попытался пошутить младший Холмс. И хотя это вышло как-то скомкано, подобная информация, кажется, действительно немного успокоила Ирэн. Шерлок посерьёзнел. — Слушай меня внимательно. Они ничего не узнают. Ты максимально стёрла все следы, когда сожгла особняк. Так что даже самый придирчивый сыщик ничего там не накопает на тебя. — Только если это будешь не ты, — с тенью улыбки ответила девушка. Адлер высвободила свои руки из рук детектива и направилась в сторону дороги. — Пора идти. Солнце давно зашло.

***

Дорога домой не занимала много времени, ведь лес находился не так далеко от особняка Холмсов, Ирэн всё равно казалось, что они ехали целую вечность. С одной стороны, это было не так уж и плохо, потому что поездка — отличный повод, чтобы обдумать всё ещё раз. С другой — именно мысли сейчас стали её главным врагом. Они съедали её здравый смысл, лишая девушку рассудка. Но, не смотря на то, что голова раскалывалась на миллион частей, не смотря на то, что сердце разрывалось от боли и страха, она заставила себя принять очень важное решение от которого, возможно, зависело всё её будущее. Все мысли сейчас занимал один вопрос: что же ей предстоит, когда её названные родители вернуться домой? Первое: они узнают про Шерлока, что само по себе уже плохо, не говоря о вытекающих далее последствиях. Вместе с этим вскроются все их долгие годы общения, ночные встречи, прогулки, приключения. Ирэн не имела права на такое счастье, как дружба, потому что её родители считали, что дружба — это слабость, а слабость — это не про их клан. Сильные и могущественные Адлеры просто не могли позволить себе дать слабину. После их приезда про семью друга-детектива можно будет забыть, ибо могущественный клан просто вытеснит их, стерев фамилию Холмс из верхних слоёв общества. Второе: родители узнают о смерти своих родных сыновей, мать будет убита горем, а вот отца непременно охватит дикая ярость. Ирэн застала его в таком состоянии лишь один раз в своей жизни, но этого хватило, чтобы понять то, когда Гарольд Адлер приходит в гнев, тому, на кого он разозлился, просто не жить. При чём и в прямом, и в переносном смысле. После этого, родители, наверняка, узнают о том, что это сделала она. Хоть Шерлок и убеждал её, что узнать это почти нереально, сейчас девушка была почти уверена, что она сама не выдержит сковывающего страха и сделает чистосердечное признание. Тогда её уже незамедлительно упекут за решётку. Хотя сейчас, после всех своих мыслей и душевных метаний, она подумала, что тюрьма — это самое мягкое, что отец может сделать с ней, ведь он же глава могущественной семьи чёртовых доминантов. В этом месте заключения, по крайней мере, никто из них не сможет ей навредить. — Ты в порядке? — поинтересовался Холмс, не сводя взгляда с дороги. Привыкнув к тишине, Ирэн вздрогнула от неожиданного вопроса. В порядке ли она? Совершенно нет. Морально она была совсем убита и абсолютно не готова к встрече с родными. Они уже въехали в черту города, а доминантка, будучи погружённой в собственные мысли, даже не заметила этого. — Ш-шерлок, мне нужно тебе кое-что сказать, — дрогнувшим голосом произнесла Ирэн. Детектив, нахмурившись, в недоумении взглянул на свою подругу, однако сразу же вернул взор к дороге. От такого напряжённого тона ему стало не по себе. — Слушаю, — робко произнёс он в ответ. — Я не хочу, чтобы эта встреча состоялась, — уверенно сказала Адлер и выровнялась на сидении, всем видом убеждая Шерлока в решительности намерений и непоколебимости своих слов. — И она не состоится. Шерлок молча переваривал и анализировал полученную информацию, внимательно следя за происходящим на дороге. Молчание затягивалось, а Ирэн, смиренно ожидавшая хоть какой-то реакции от своего друга, начала нервничать ещё и из-за этого. Сделав глубокий вдох, что вышло у неё не с первого раза, ведь лёгкие всё ещё были сжаты от сильного перенапряжения, она было решила поторопить его с реакцией, но сдержалась. Наверняка, сейчас он взвешивал все «за» и «против» её чумовой идеи и искал выход, как бы правильнее поступить и уладить столь плачевную ситуацию с наименьшими потерями. А уж в этом плане с его могучим разумом не сравниться никто, значит, отвлекать его просто не логично. — Хорошо, что ты предлагаешь? — спросил он ровным тоном, даже немного отчуждённым, как ей показалось. Она сглотнула ком, подступивший к горлу. Весь его вид излучал сосредоточенность и серьёзность, от чего ей было немного не по себе. — Я хочу скрыться. Забрать от тебя вещи, купить билет на ближайший самолёт и просто улететь. Скрыться и больше никогда не появляться в жизни моих родителей, Лондона… — «в твоей жизни», — продолжила она мысленно, так и не сумев произнести эту страшную фразу вслух. Осознание того, что её план пророчит вечное расставание с Шерлоком, с её лучшим и самым верным другом, пришло к ней только сейчас, и на секунду она даже засомневалась в своём решении. Девушка взглянула на Холмса с грустью, как в последний раз, пытаясь навсегда запечатлеть в памяти его образ: непослушные тёмные кудряшки, которые так и манили взъерошить и без того беспорядочную капну, бездонные светлые глаза и такие выразительные скулы. Казалось, стоит прикоснуться к ним, и порежешь палец. Со всем этим ей вскоре придётся попрощаться. Навсегда. — И куда ты отправишься? — в его голосе Ирэн услышала грустные нотки. Или, может, ей просто хотелось их услышать? — Я думаю, в Америку или в Канаду. Потрачу последние деньги, сменю имя, и никто в мире больше никогда не узнает о том, кто же такая Ирэн Адлер. Но самое главное, — она протянула руку и положила её на рычаг переключения скоростей, поверх его запястья, — этим самым я уберегу тебя и твою семью, ведь если я исчезну, родители никогда не узнают о наших с тобой отношениях. Шерлок резко свернул в неприметный поворот, который заканчивался небольшим тупиковым двориком, скрытым от любопытных глаз, и, припарковавшись, заглушил мотор. Доминантка недоумённо взглянула на своего друга, явно ожидая объяснений такому странному поведению. — Твой план вполне логичен и имеет место быть. Однако ты не учла ещё одну фигуру на этом поле битвы. Озарение пришло мгновенно. — Джим… — прошептала Ирэн, мысленно хлопая себя ладонью по лбу. — Именно он. Я уверен, что если твои родители заплатят ему кругленькую сумму, а они заплатят, то он выдаст нас с потрохами и даже глазом не моргнёт. Вы не настолько с ним сблизились, чтобы ваши отношения пропитались преданностью и доверием. Он был как всегда прав. Планы, которые родились в голове Ирэн за те несчастные двадцать минут, что они ехали в город, только что обрушились словно карточный домик на сильном ветру. К голове снова подступила паника от страшной неизвестности и ответственности за принятие важнейших жизненных решений. Как можно было упустить такой значительный факт из поля зрения? — Тогда я должна забрать его с собой. Он же мой сабмиссив, и будет подчиняться моим приказам. — Пока ты ему платишь, — с укором произнёс Шерлок. — А с этим, насколько я понимаю, скоро будут проблемы. Да и тем более, ты ведь ещё не стала его полноправной госпожой, ведь так? — Шерлок развернулся и посмотрел ровно ей в глаза. В его взгляде ярко выражалась надежда на то, что его слова правдивы. «Он переживает из-за того, спала ли я с Джимом? По-моему, кто-то слишком хорошо осведомлён о традициях моей семьи», — немного недовольно подумала девушка, поражаясь, как в такой ситуации он вообще может думать о её половой жизни. — Да, ты прав, — она отвела глаза и уставилась в окно. Слишком уж личные вопросы задаёт этот несносный мальчишка. — Но, как я успела заметить, он будет выполнять мои приказы, даже если я пока не вступила в полное владение его жизнью. А учитывая то, что родители не знают о произошедшем, они всё ещё перечисляют на его счёт деньги, — самоуверенно произнесла Адлер, ведь её слова казались ей очень логичными. — Мне никогда не нравился этот тип, вечно путается под ногами, — недовольно пробурчал Шерлок себе под нос. — Так говоришь, будто вы знакомы с ним несколько лет. — В последнее время у меня всё чаще возникает чувство, что так оно и есть. Этот человек точно сыграет не последнюю роль в моей жизни, я это чувствую, — в пустоту проговорил Шерлок и, отбросив надоедливые мысли о Мориарти, вдруг посерьёзнел. — Ирэн Адлер, — девушка содрогнулась от такого официального обращения. — Я готов одобрить твой план только при одном условии. — При каком же? — не выдержала доминантка, когда Шерлок замолчал. — При условии, что я улечу с тобой. И это не обсуждается. Холмс, не дав Ирэн и слова вставить, выскочил из машины и мигом закрыл за собой дверь. Не с первого раза справившись с дверной ручкой, девушка всё-таки вырвалась на улицу следом за ним. — Шерлок, нет! Тебе нельзя, — она подбежала к нему и схватила за рукав, насильно останавливая парня. — Это будет слишком подозрительно, ты понимаешь? Если ты уедешь, то подвергнешь опасности всю свою семью. — Это последнее, за что стоит переживать. У них есть Майкрофт, а меня тут, кроме тебя, ничего не держит, — он выдернул руку и молча направился к выходу из дворика, оставив Ирэн ошарашенно смотреть ему вслед. «Ничего, кроме меня?» — И-ирэн… — услышала она тихий зов и вздрогнула. Непривычно было слышать напуганный голос Шерлока. А сейчас он был именно таким. Она подошла к застывшему на повороте парню и моментально застыла рядом с ним, не понимая причины такого его состояния. Проследив за его взглядом, она увидела то, что напрочь выбило воздух из её лёгких. Весь дом Холмсов был окружен полицейскими машинами. — Мы опоздали…