Фиктивный доминант

Ирэн Адлер не виделась со своими родителями чуть больше месяца, но, почему-то, люди, которые предстали перед ней сейчас, казались девушке абсолютно чужими, незнакомыми. Выглядели они так же, как раньше: темноволосая худощавая женщина в строгом белом костюме, с алыми губами и хладнокровным взглядом, и высокий, статный, в безупречной дорогой одежде мужчина за её спиной. Не смотря на то, что стоял позади, с первого взгляда можно было понять, что какой бы сильной не была женщина, истинный глава семьи именно он. На фоне сгоревшего особняка, грязи, пепла и разрухи эти два человека казались вырезанными из глянцевого журнала моделями, подставленными к пейзажу неумелым фотошопером. «Как, всё-таки, обстоятельства меняют наше отношение к людям», — с неприязнью подумала Ирэн, глядя на своих названных родителей. Раньше она бы неизменно подошла к своим родственникам с искренней улыбкой на лице, обняла бы маму и кротко поклонилась отцу. Однако сейчас доминантка осталась стоять на месте. Её мама прекрасно умела скрывать свои эмоции, но за множество лет совместного проживания с ней младшая Адлер научилась угадывать её притворство. Сейчас женщина улыбалась ей и ждала, пока дочь подойдёт, но за маской обеспокоенной и заботливой матери скрывалась доминантка, готовая сию же секунду отчитать девушку за все её грехи. — Добрый день, мистер и миссис Адлер. Как вы добрались? Не возникло проблем с перелётом? — учтиво начал Лестрейд. — Здравствуй, Ирэн, — проигнорировала приветствие полицейского Вильма. — Тебе не кажется, что не вежливо не поздороваться со своими родителями? Тем более, после стольких месяцев разлуки. — Здравствуй, — сухо ответила младшая Адлер. Вильма вопросительно вскинула бровь и удивлённо взглянула на свою дочь. Она явно ожидала совершенно не такого ответа, однако у Ирэн язык не поворачивался назвать её мамой. Краем глаза она видела проигнорированного полицейского, который просто потупил взгляд и стоял в стороне, боясь ненароком попасть под напряжённые взгляды, которыми перебрасывалось семейство Адлеров. — С тобой разговор будет продолжен позже, — как всегда безэмоционально сказал отец и мгновенно переключился на следователя. — Не утруждайте нас бессмысленными расспросами вроде качества нашего перелёта, будьте добры. Можете не сомневаться, он был первоклассным. Расскажите нам сжато и по существу: что есть, какие улики и кто подозреваемый. Сухо и кратко. Всё в духе её прагматичного доминанта-отца. Немного смутившийся Лестрейд стал спешно копаться в своём блокноте, грозя повырывать страницы — так волновался бедный следователь. Ирэн могла его понять, ведь с её отцом весьма сложно общаться без должной предварительной подготовки. Найдя нужную страницу, Грегори закрылся от Адлеров блокнотиком и, не отрывая взгляда от написанного, монотонным голосом начал излагать информацию: — По предварительным данным, возгорание произошло в гараже и перекинулось в дом. После осмотра места преступления, внутри дома было найдено два трупа. И это странно, потому что пожарных вызвали через несколько десятков минут после начала возгорания, а не при первой же опасности, при чём вызвали соседи, а не те, кто были внутри, возможно, что… — Вы сказали, что было найдено два трупа? — угрожающе повысил голос Гарольд. — Вы их опознали? Где они? — Пострадавшие получили настолько сильные степени ожогов, что опознать на месте их не удалось, но наш судмедэксперт уже работает над этим, — запнувшись, проговорил Лестрейд, словно бы извиняясь. Пока Адлер слушала диалог двух мужчин, холодный пот поливал спину Ирэн противным липким водопадом. Она была уверена, что им уже сообщили о смерти её братьев, однако, смотря на реакцию своих родителей, она понимала, что это не так. Сейчас девушка была не уверена даже в том, что сами полицейские знают об их смерти. До заключения судмедэксперта, во всяком случае. Пока названные родители выясняли детали расследования, младшая Адлер маленькими шажками, в надежде, что никто не заметит исчезновение её непримечательной фигуры в ходе разговора, отходила от места их встречи всё дальше и дальше. Когда огонёк надежды на побег отсюда уже начал уверенно разгораться в её душе, недоверчивая матушка решила всё узнать из первых уст, то есть из уст своей дочери. И в этот момент тот маленький тлеющий фитилёк ложной надежды словно окатило водопадом по имени Вильма. А это значило, что придётся врать про Шерлока, про её «алиби» на тот вечер и про всё остальное, начиная с того злополучного утра, когда Артур поцеловал Шерлока на её глазах. Слишком много переменных для её уставшего мозга. «Боже, проще было застрелиться или сигануть с крыши Тауэра и утонуть в Темзе», — подумалось Ирэн, когда она услышала мамино «Ирэн Кимберли Адлер, а ты куда собралась?». Младшая доминантка ненавидела в мире две вещи: когда её несправедливо наказывали и когда её звали полным именем. Известно оно было только четверым людям на планете, не считая её, и даже Шерлок не знал его полностью. Он как-то пытался выведать его у девушки, однако последняя шантажировала друга тем фактом, что ему придётся взять её замуж, чтобы узнать полное имя, и парень почему-то сразу тушевался. — Я осматривала окрестности, — прошипела младшая Адлер, невольно вздрогнув от реплики женщины. — Ирэн, невежливо уходить, когда люди разговаривают, тем более, когда это напрямую касается тебя и твоей семьи. «Ага, а игнорировать приветствие Грегори было очень вежливо, да, миссис?» — съехидничала у себя в голове девушка и развернулась к женщине лицом. — Я не считаю, что поступила невежливо по отношению к кому-либо из присутствующих. Если вы считаете по-другому, то прошу прощения, — на деле слова получились более резкими, чем прозвучали за секунду до этого в голове. Ирэн прикусила язык. Она не в том положении сейчас, чтобы дерзить. — Прошу прощения. Сказывается длительное нервное напряжение, — извинилась она уже искренне. Мама, кажется, поверила ей, от чего подошла к дочери и ободряюще обняла за плечи. Чего нельзя было сказать о Гарольде. Мужчина лишь закатил глаза, не оправдывая слова Ирэн усталостью. По его мнению, умение сохранять самообладание должно присутствовать даже в те моменты, когда ты на грани нервного срыва. Это невежливо, грубить людям. — Твои братья, кажется, спустили на «нет» твою дисциплину и давненько не напоминали тебе о правилах поведения в обществе и общению с людьми. К слову, где они сейчас? Почему вы не сообщили им, что мы приедем сегодня? — вопрос был адресован уже непосредственно Грегори. Казалось, что вся предыдущая реплика прозвучала чисто риторически, и ответа на неё глава семьи не ждал. — Дело в том, что сколько раз мы не пытались связаться с Вашими сыновьями, ни разу ни один из них не вышел с нами на связь. Я предполагаю, что их телефоны могли сгореть при пожаре, и я надеялся, что госпожа Ирэн знает об их местоположении. В одну секунду взгляды всех присутствующих стали устремлены прямо на неё. Выжидающий подтверждения своей теории Грегори, требовательный взгляд отца и, пожалуй, единственный выражающий беспокойство — мамы. Их взоры, словно тысяча острых ножей, буквально резали её душу на куски. Неприятный ком в горле напомнил о себе, и в этот момент ей показалось, что вся кровь в один момент отхлынула от мозга и исчезла в неизвестном направлении. Ещё никогда она не была так близка к полному провалу. Сделав вдох поглубже, девушка начала осторожно пересказывать ещё раз всё, что отложилось в памяти после последнего допроса Лестрейда. Как ушла из дома в три часа дня, как шла по набережной Челси и гуляла по Гайд-парку, умело обходя упоминания о Шерлоке. И это хорошо у неё получалось, пока в один момент, слишком внимательный к деталям следователь не вспомнил: — Ах да, потом же вы направились к вашему другу, не упускайте не единой детали, прошу Вас. Шерли Хлом… Шарлотт Холст… Как же его звали?.. — Шерлок Холмс? — удивлённо уточнила Вильма Адлер. — Да-да, точно, именно к нему, — следователь перелистнул пару страниц своего блокнота назад и на уничтоженных водой страницах дописал недостающие буквы в его имени. — Шерлок Холмс. Казалось, что раскалённый взгляд Ирэн сейчас просто испепелит нерадивого полицейского. Как же в этот момент она хотела впиться ногтями ему в глотку и заставить молчать этого болтливого болванчика. Именно сейчас, именно в этот момент он подверг опасности её любимого человека. Того, кого на протяжении многих лет ей удавалось скрывать от своих родителей. Именно в данную секунду, многолетние изящные планы по скрытию факта присутствия Шерлока в её жизни сыпались словно карточный домик по время мощнейшего урагана. Обычно в такие моменты появлялся Шерлок и всё разруливал, однако теперь… Она была вообще не уверенна, что он когда-либо ещё появится в её жизни. — Что? Шерлок Холмс? Следователь, вы что-то путаете. Разве стала бы Ирэн Адлер иметь какие-либо отношения с сыном главных конкурентов клана Адлер — Холмсами? — с насмешкой спросил тёмная лошадка сегодняшнего утра Мориарти, не понятно откуда взявшийся за её спиной. Он поравнялся с доминанткой и поклонился её родителям. — Господин Гарольд, госпожа Вильма, прошу прощение за то, что встреваю в разговор, однако я не мог не вмешаться, когда мисс Ирэн клеветали самым наглым способом. Никогда ещё девушка не хотела обнять его так, как сейчас. Помощь и поддержка пришла совершенно с неожиданной стороны, и она была бесконечно этому рада. — Что вы имеете ввиду? — после еле заметного кивка спросила женщина. — В уничтоженных записях следователя Грегори мало что можно разобрать, но я могу вас уверить, что этот «друг» это был точно не Шерлок Холмс, — с непоколебимой уверенностью продолжал Джим. — Но… — удивлённый до безобразия Лестрейд стоял и, от незнания что сказать, хватал ртом воздух, как выброшенная на берег рыбка. — Как же вы можете это утверждать, когда мы буквально вчера с вами находились в доме того самого Холмса, и я проводил допрос? — Вы безусловно правы, — взгляды троих наблюдателей — Ирэн, Говарда и Вильмы — перескакивали с Мориарти на Грегори и обратно, словно бы они следили за партией в пинг-понг. — Однако вчера представитель клана Холмсов проявил невиданную «милость» и приютил Госпожу Ирэн на время, пока не вернуться её родители. — С какой это стати, если вы утверждаете, что Холмсы и Адлеры — конкуренты? — не унимался полицейский. — Что же тут не понятного? Следите за моей мыслью, — Мориарти стал нарочно говорить медленнее: — Вышеупомянутый Шерлок втирается в доверие к Госпоже Ирэн, помогает ей в трудную минуту, а после, когда поместье моих господ будет восстановлено, и они вернуться в прежний ритм жизни, использует её слабость против неё же самой и станет шантажировать компанию родителей Госпожи, чтобы выкупить у них часть акций и стать на их место в бизнес иерархии Лондона. Тут дар речи потеряла даже Ирэн, не то, что Лестрейд. Она просто стояла и, не мигая, смотрела на этого человека. Он всё больше и больше открывался ей с другой, «тёмной» стороны. И это в нём не могло не привлекать, но и пугало одновременно. Джим Мориарти не просто наивный сабмиссив, живущей только своей работой. Он обладает острым умом, сильным характером и устоявшимися идеалами. Ирэн была уверенна, он себя ещё покажет и не один раз. И что с этим человеком нужно быть максимально осторожным. — А теперь, — продолжал Джим, — госпожа, кажется, хотела осмотреть окрестности. Я прав? Младшая Адлер, всё ещё находясь в ступоре от недавно услышанного, лишь молча кивнула головой. Трудно было сказать, кому поверили её родители — Грегори или Джиму, ведь речь Мориарти была убедительна, но всё же, Лестрейд — полицейский, и факты с уликами на его стороне. Однако, во всяком случае, это помогло отсрочить неизбежное. Грегори, словно очнувшись, прочистил горло и, вернув себе самообладание, сказал: — Уважаемые мистер и миссис Адлер. Я осмелюсь взять на себя смелость отвлечь Вас от Ваших дел и попросить пройти со мной чтобы заполнить необходимые бумаги и документацию. Отец коротко кивнул ему в ответ, и они с Вильмой направились за следователем, оставив молодых людей ждать их на месте. Когда же они скрылись из виду, Ирэн едва сдержала себя, чтобы не накинуться на него с объятьями. — Как ты это выдумал? — восторженно спросила она. — Чистейшей воды импровизация, моя Госпожа, — было видно, что он явно доволен собой, однако у девушки закрались определённые подозрения. — Ты же понимаешь, что ты только что объявил Лестрейду войну? А если он начнёт копать? А он начнёт, я уверена, — паника начинала подступать новой волной. — У нас есть факты, подтверждающие это? — Если Вы про выдуманное алиби и Вашего «друга», то нет, фактов на это у нас нет. Ирэн вперилась в него взглядом, готовая сейчас сожрать его заживо. Медленно приближаясь к парню, доминантка из последних сил сдерживала себя, чтобы не взорваться от гнева. — Джеймс Мориарти, — зашипела она, выделяя каждое слово многозначительной паузой. — Ты понимаешь, что если дотошный Лестрейд начнёт искать подтверждения твоей теории, а он начнёт, ведь ты здорово опустил его перед моими родителями, то он засыплет нас, и мы не выберемся из этой погребальной ямы? — Ирэн Адлер, — ответил он ей той же монетой, недовольно закатив глаза. — Я только что не дал Вашему смазливому личику удариться в грязь. Мы отстрочили это наказание на какое-то время, и за это время мы сможем придумать что-то ещё. Доминантка сделала глубокий вдох и собралась с мыслями. Действительно. За время, пока следователь будет искать как опровергнуть теорию Мориарти, они смогут придумать что-то ещё. Единственное, чему она пока не находила решение — это что делать и как вести себя, когда судмедэксперт определит, что два найденные трупа — никто иные как Артур и Марду. До этого момента ей нужно успеть узнать информацию о своём настоящем прошлом и объясниться со своими названными родственниками. Поэтому нельзя было терять ни минуты. — Хорошо, извини, я была не права, — немного сконфуженно произнесла девушка, в обычный расклад жизни которой извинения зачастую не входили. — Что-что? — съязвил Джим и, получив в плечо хрупким кулачком Ирэн, рассмеялся. — Ладно-ладно. Какой у нас план? — Нам нужно пробраться в уцелевший подвал и винный погреб. — Вы уверенны, что там можно что-то найти? — скептически спросил Джим, явно не видя смысла в том, чтобы рыться в грязном и пыльном подвале. — Я никогда ни в чём не уверенна, но сейчас нужно хвататься за любую возможность, — твёрдо произнесла Ирэн, но, заметив недовольство Джима, добавила: — Если хочешь, мы можем забрать оттуда парочку коллекционных вин. — Хорошо, если Вы так хотите, то пойдёмте, — в миг повеселел парень и пошёл вперёд. — Мне кажется, что сейчас самое время, пока наш мнительный следователь не хватился нас с Вами. Осторожно ступая по обломкам в прошлом величественного особняка клана Адлер, Ирэн и Джим медленно подходили к тому самому месту, где под землю уходила кованная винтовая лестница ведущая в подвалы. Проинформированные о том, кто такая Ирэн Адлер, полицейские, которые шныряли туда-сюда, уже не обращали на неё внимание, во избежание перейти дорогу наследнице такого влиятельного клана. Этим они автоматически облегчили молодым людям их расследование. В остатках бетонного фундамента, заваленная пеплом и обломками, виднелась увесистая дверь, которая уцелела только благодаря тому, что была большой и железной. Не стыдясь запачкать руки в золе, Ирэн принялась разгребать завалы и, вскоре, добралась до ручки. Джим же, в свою очередь, стоял рядом и ждал. — Ты не хочешь мне помочь? — недовольно возмутилась младшая Адлер. — Госпожа, простите конечно мою дерзость, но я стану копаться в этой грязи только если Вы мне прикажете, — с отвращением сказал Мориарти, всем своим видом показывая нежелание марать руки. — Порой ты мне отвратителен, — прошипела Ирэн в ответ и со всей силы потянула за толстую металлическую ручку. Вопреки всем приложенным усилиям и ожиданиям дверь не поддалась. И даже после того, как пристыженный госпожой Мориарти принялся помогать ей, ситуация абсолютно не изменилась. Это не на шутку разозлило Адлер. Как же так? Возможно, до разгадки ей остался один шажок, и сейчас их разделяет эта проклятая дверь. — Да иди ты к чёрту! — в сердцах выкрикнула девушка и что есть мочи ударила дверь ногой. Прошло всего пару секунд после всплеска её эмоций, после чего деформированные после пожара петли не выдержали натиска разгневанной доминантки и, всё-таки, сдались.