Маленькая планета большого счастья

- Вить, подожди! – Поляков уже был готов дезертировать на работу, но его планам помешала Лариса, вышедшая из кабинета с сантиметром в руках. - Любимая, я на работу опоздаю… - осторожно заговорил мужчина. - Ничего, у тебя есть ещё немножко времени! – отмахнулась блондинка. - Но дорогая… - Вить, ты что, забыл: мне нельзя нервничать! – Лариса приложила ладонь к немножко округлившемуся животу. Встань ровно! – не терпящим возражений тоном приказала она. Поляков покорно распрямил плечи и чуть выше приподнял голову. Женщина с энтузиазмом, достойным лучшего применения, стала производить какие-то измерения и что-то тихо бормотать. - Ларис… Меня ждут… - подал голос Виктор через пять минут этой экзекуции. - Подожди, скоро закончу! – последовал рассеянный ответ. – всё, сделала! - Я уже могу идти? – с надеждой поинтересовался несчастный подопытный. - Да, теперь можешь! Виктор, обрадованный, уже поворачивал ручку входной двери, как вдруг… - Стоять! Виктор выронил портфель. - Что это на тебе надето! – женщина вперила в Полякова взор гневных очей. - Костюм… - невнятно пробормотал Виктор. - Почему именно этот? – вознегодовала Полякова. - Ларис, это мой рабочий костюм, я всегда в нём хожу в школу, - аккуратно, чтобы не спровоцировать истерику жены, принялся объяснять Виктор. - Я же недавно пошила тебе костюм! Почему ты его не носишь? – тембр голоса уже закипевшей беременной неумолимо приближался к ультразвуку. В ответ мужчина только виновато опустил плечи. А что ему оставалось? Не объяснять же любимой жене, на которую беременность повлияла диким образом, сделав одержимой швеёй, что брюки цвета сочной травы и тёмно-фиолетовая рубашка – не самое лучшее одеяние не то, что на работу, а и вообще, даже для самой отвязной тусовки. - Значит, я стараюсь, хочу сделать приятное любимому мужу, днями и ночами сижу за швейной машинкой, а он… Он, мой бесчувственный, бессердечный, чёрствый супруг этого не ценит! - Ну, что ты… - Неблагодарный!.. Невнимательный!.. Грубый!.. – каждое слово сопровождалось ударом. Лариса уже занесла руку для следующего удара, но Виктор её перехватил и успокаивающе сжал. - Знаешь, что я сейчас сделаю? Я сейчас пойду и переоденусь в твой костюм, только, пожалуйста, не нервничай! - Ты хотел сказать «Не скандаль»! – взвинчено произнесла Лариса. – Ты его оденешь лишь для того, чтобы я успокоилась, а на самом деле, костюм тебе совсем не нравится… - на этих словах блондинка трагично заломила руки и горестно заплакала. Виктор не стал её успокаивать, а просто пулей бросился в спальню и в считанные секунды нацепил горе-костюм. Мужчина вышел в коридор и заметил, что жена перестала истерить и тихонько сидит на табурете, во все глаза рассматривая супруга. - Ты в нём великолепен! – восторженно выдохнула Лариса, целуя мужа в щёку. - Спасибо тебе, любимая, за столь замечательную вещь! – стараясь вложить в голос как можно больше восхищения, сказал Виктор. – Ты была права: костюм действительно шикарен! - Вот! – торжествующее улыбнулась Полякова. – А ты меня не слушал, дурачок! – Лариса чмокнула муженька в нос. - Всё понял, осознал! – Виктор опустил взгляд. -Ну, ладно, иди уже, а то действительно опоздаешь! - Иду. - Удачного рабочего дня! – проворковала Лариса, даря любимому супругу очередной, наполненный вселенской нежностью поцелуй. Садясь в машину, Виктор уже чётко осознавал, что сегодня он на работу опоздает, ведь ему ещё предстояло заехать к Володе, дабы попросить что-нибудь из одежды. Лариса выглянула в окно, и увидела, как отъезжает от подъезда автомобиль супруга. Удовлетворённо улыбнувшись, блондинка отошла от окна. «Ну, что, вперёд, на баррикады!» - воинственно подумала Лариса. Гардероб Виктора обещал в ближайшем времени пополниться ещё одной экстремальной полосатой рубашкой. «…А меня не волнует, как вы решите свои проблемы!» - именно это услышал Земцов, входя в кабинет жены. «Послушайте, вы томограф обещали установить ещё на прошлой неделе! У меня очередь на год вперёд!» - разорялась в трубку Филатова. Очевидно, ответ собеседника не удовлетворил женщину, потому что её глаза опасно сузились, а лицо покраснело. Увидев это, Платон спешно приблизился к супруге и выхватил из её рук телефон. «Вам перезвонят позже», - быстро сказал Земцов и сбросил вызов. - И что это было? – недовольно поджала губы Лиза. - Освобождаю тебя от лишних стрессов, - непринуждённо ответил Земцов, усаживаясь прямо на рабочий стол. - Вообще-то, это моя работа, - недовольство от телефонного разговора ещё не покинуло Филатову. - И что? - А то, что не станешь же ты каждый раз… Как ты там выразился: «Освобождать от ненужных стрессов?» - Надо будет - стану, - спокойно заявил Земцов. – По крайней мере, ближайшие несколько месяцев - точно. Глаза Лизы округлились. - Так ты уже знаешь? - Угу, - хитро улыбнулся Платон. - Но откуда?.. - А ты догадайся! – с лица доктора не сходила плутовская улыбка. - Опять твоя пресловутая интуиция? - Лиза сияла не менее счастливой улыбкой. - Не-а, На сей раз всё гораздо прозаичней! - И что же? – Лиза была явно заинтригована. - Поцелуешь – скажу! – красивые глаза Земцова откровенно смеялись. - Эх, - Филатова притворно вздохнула. Бескорыстие в наше время не в почёте!.. И за кого я замуж вышла?!! - За самого бескорыстного, доброго и скромного! – Платон выпятил грудь. - Вымогатель! – бросила Лиза и прильнула к губам супруга. Сколько длился поцелуй, никто из них сказать бы не смог. Пара тонула в любви и нежности друг к другу… И слов не нужно было… - Как же я тебя люблю! – проникновенно шептал Платон, оторвавшись от любимых губ. Первым порывом Лизы было ответить нечто похожее, но вместо этого она коварно прищурилась. - Любишь, значит! Тогда, может, раскроешь информатора? – ласковый тон Филатовой не мог обмануть её благоверного. - А как же бескорыстие? – попытался увильнуть от ответа Земцов. - А я – образец меркантильности, так что говори! Мне нервничать нельзя! - Послушай, любимая, ну какая разница, кто мне сказал, ведь главное, что я очень рад тому, что скоро у нас появится малыш, и я тебя очень люблю! – так и эдак крутился Земцов. - Платоша, дорогой, я тебя тоже очень люблю, но для меня узнать имя болтуна – дело чести. - Да я вообще случайно услышал! – предпринял очередную хилую попытку извертеться врач. - А от кого услышал? Неизвестно, чем бы закончился этот допрос с пристрастиями, но в кабинет к Лизе неосторожно заглянула Вита. - О, так вы уже разобрались! – непосредственно выдала она. - С чем разобрались? – Лиза, похоже, начала что-то подозревать. - Да ни с чем… - Вита попятилась к двери. - Та-а-ак! – протянула Филатова, волком глядя на старшую медсестру. От неминуемой расправы Полупанову избавило чудо. - Платон Ильич! – в кабинет начмеда без стука влетела молоденькая медсестра. – Там Вашу пациентку по скорой привезли: преждевременные роды! Пойдёмте скорее! Платон моментально посерьёзнел и быстрым шагом пересёк кабинет, собираясь немедленно выйти. Вита Игоревна бросила на него затравленный взгляд. - Вита Игоревна, пойдёмте! Мы без Вас никак не справимся! – Земцов пришёл на помощь бедной женщине, а Лиза раздосадовано вздохнула. - Вита Игоревна! – окликнула уже собиравшуюся выбежать медсестру Филатова. – Мы потом обязательно договорим! Заворачивая за угол коридора, Земцов услышал где-то в отдалении: «Чтобы томограф был завтра же установлен!» Вера дважды постучала в кабинет врача. «Проходите!» - донеслось из-за двери. Вера послушно вошла в кабинет, и её взору предстала миловидная доктор приблизительно того же возраста, что и сама Вера. Присмотревшись к врачу повнимательнее, Назарова с удивлением поняла, что врач пребывает в интересном положении. «Интересненько!» - подумала Вера. - Присаживайтесь, рассказывайте, что беспокоит! – улыбнулась пациентке Марина. - Двенадцатая неделя беременности, токсикоз, муж отличается потрясающей невнимательностью к беременной супруге! – последнее Вера и сама не знала, зачем сказала, возможно, почувствовала в Марине родственную душу, потому как она была не просто врачом, а беременным врачом – в общем, могла понять. - Двенадцатая неделя – это замечательно, токсикоз скоро должен пройти, а вот муж… - Марина в задумчивости закусила губу. – Вот Ваш муж кто по профессии? - Учитель математики, - чуть растеряно ответила Вера. - Во-от, матиматик, - назидательно протянула Марина. – Это значит, что ему свойственна некоторая рассеянность. - Но это же не повод! – вознегодовала Назарова. – Представляете, этот… Этот… В общем, Кирилл до сих пор не заметил, что я беременна! До сих пор!!! А если бы был повнимательнее, то уже б увидел намёк на живот! А когда я спросила у него, кого он хочет: мальчика или девочку, он ответил… Знаете, что? - Не-ет, - теперь растеряться пришла очередь Марине. - Он сказал, что ему всё равно-о-о! – последнее слово сопровождалось всхлипом. - Что, так и сказал? – удивилась Савина. «И бывают же такие?» - подумала она. - Да, именно так! Потом, конечно, он лепил какие-то оправдания, мол, имел ввиду совсем другое… Врал! – истерично закончила Вера. - Ну, тише-тише, успокойтесь… - Марина протянула рыдающей Назаровой стакан воды. - Вот скажите, - не желала успокаиваться Вера. – Неужели они все такие? - Не знаю насчёт всех, но мой, хоть и гинеколог, и должен знать, что любые волнения мне вредны, всё равно жару задаёт! – понимающее улыбнулась Савина. – Ну покаталась я пару месяцев назад на байке, так зачем истерить-то? Сам разнервничался, меня встревожил! Это нормально вообще?!! А сегодня, - продолжала изливать душу Марина. – Ну, подумаешь, изъявила я желание научиться фехтовать, так нет, чтобы поддержать жену, он стал убеждать меня в моей глупости… - в кабинете стало на одну плачущую пару глаз больше. - Тяжела наша женская доля… - сквозь глухие рыдания выдавила Назарова. - Ничего! – Марина вытерла слёзы и решительно встала с подоконника, на который взгромоздилась, посчитав, что это лучшее место для жалоб на судьбу. Она подошла к большому шкафу и вытащила оттуда коробку конфет, банку с чаем и пару чашек. - Знаешь, что это? – Марина расставила конфеты, чай и чашки на столе. - Конфеты… - Да нет же! – махнула рукой врач. – Это – оружие массового поражения. Сейчас посидим, хлебнём зелёного чайку, насытим мозг шоколадом и обязательно придумаем, что делать с твоим Кириллом и моим Альбертом. А пока наши беременные кипятят чайник, нам остаётся только молиться за бедных мужчин, которых, судя по коварству этих двух бестий, ожидает далеко не райская жизнь.