Of the Moon

Римус сжал руку в кулак, наблюдая, как Сириус работает за стойкой бара. Он не понимал, почему его любовник так хотел работать в этом месте. Он мог быть аврором или игроком в квиддич. Он мог бы даже работать в министерстве, если бы захотел, но он выбрал работу, которую некоторые маги сочли бы скучной. И Римус ненавидел Сириуса за эту работу. Его янтарные глаза сузились на женщину, которая сделала непристойные жесты, которые сочетались со знойными взглядами. Он сжал руки в кулаки, пока Сириус неистово флиртовал с брюнеткой-шлюхой. Сириусу было все равно, что он заигрывает с кем-то прямо перед своим парнем? Римус стиснул зубы, когда какой-то мужчина присоединился к паре, загорелая рука потянулась, игриво дергая вьющиеся черные волосы Сириуса. Беззаботный смех Сириуса стал последней каплей, и оборотень подошел к слишком удачному трио. — Вы не возражаете, если я прерву? — спросил Римус, на его лице появилась фальшивая улыбка. Женщина ухмыльнулась. — Я на самом деле возражаю, так что уходи. Мы заняты. Римус посмотрел на женщину. — Ну, извините, что говорю вам, но мне все равно. Я хотел бы поговорить с моим парнем наедине, — он старался подчеркнуть «моим парнем», но парню и девушке, похоже, не было дела до того, что Сириус был занят. Все, что они сделали, это бросили торжественные взгляды на Римуса, отходя от бара. — Ревнуешь, Лунатик? — спросил Сириус дразнящим голосом, усмехнувшись. — Очень, — прорычал Римус. — Извини, но я не хочу смотреть, как мой парень флиртует со всем, что движется. — Я просто работаю, — защищался Сириус, его взгляд заметно потвердел. — Я думал, что твоя работа заключается в том, чтобы чистить бар и делать напитки. Где в описании работы сказано, что ты должен флиртовать с клиентами? Сириус наклонился ближе к Римусу, чтобы никто не услышал их. — Я должен сделать так, чтобы клиенты хотели вернуться, поэтому я делаю свою работу. Тебе нужно расслабиться. Это просто флирт. Он ничего не значит. — Может быть, не для тебя, но для меня — да. Это неуважительно для меня, особенно когда меня заставляют смотреть шоу. А те, с кем ты флиртуешь, думают, что это что-то значит. И я хочу, чтобы это прекратилось. Еще лучше, я хочу, чтобы ты ушел с этой работы. Ты лучше этого. Сириус закатил глаза. — Мне нравится эта работа, и я не уволюсь только потому, что ты недоволен тем, что я заигрываю во время работы. Ты должен доверять мне и знать, что это никогда не выйдет за рамки безобидного флирта. Если ты не можешь доверять мне — доверять нам — тогда мы не можем быть вместе. Так скажи мне. Ты мне доверяешь? Римус выпрямился. Доверять? Это было не о доверии. Речь шла об уважении. — Позволь мне спросить. Я или работа. Какую из них ты выбираешь? — Римус, я люблю тебя, но я тоже люблю эту работу. И я никогда не думал, что найду работу, которую люблю. Я не хочу потерять тебя, но я не уйду. Что будет с нами — решать только тебе, прости. Римус сглотнул. — Думаю, у меня есть ответ. Он обернулся и вышел из бара, не оглядываясь. Его гордость не позволила бы ему оглянуться назад. Сириус принял свое решение, а Римус принял собственное.