What Am I To You?

Чимин бы рад поскорее уйти с очередного собрания студенческого совета — ничего нового они всё равно не обсуждают, а обеденный перерыв не вечный — но перед ним стоит Ким Намджун собственной персоной и рассказывает о следующем выпуске студенческой газеты. Ещё вчера это послужило бы причиной моментального испарения Пака из аудитории, но сегодня он намерен следовать советам своего лучшего друга. — И что мне с ним делать? — вздыхает Чимин. Чонгук вздыхает ещё громче, потому что унылый вид друга высасывает из него жизненную энергию. — Слушай, тебе ведь всё равно нечего терять? — Чимин смотрит на него устало и так, словно убить готов. — Так появляйся в тех же местах, что и он. Разговаривай с ним ненавязчиво, попытайся узнать получше. Может, у вас что-то общее найдётся, и он оттает? Ну, а что ещё остаётся? Успокаивает хотя бы то, что у Намджуна приятный низкий голос и поставленная речь, его правда интересно слушать. Особенно, когда он рассказывает о своих намерениях написать портретный очерк о людях искусства их университета. Чимин вообще не журналист, поэтому не совсем понимает, что за работа предстоит Намджуну, но о том, что это их шанс пообщаться, догадывается. Пак — один из лучших студентов хореографического, не станет же Ким упускать такого персонажа просто потому, что избегает его? — А напиши о нашем Минни? — предлагает Лалиса. Она Чимину нравилась всегда (с точки зрения гея, конечно же): отзывчивая, любит помогать окружающим и очень весёлая. Сейчас она добавила плюсик в свою копилку. Судя по выражению лица Намджуна, который просто застыл, ему эта идея не особо по душе, но Чимин сдаваться не собирается: — Да, Джун, обо мне ещё не писали в газете, — он не знает, откуда у него столько смелости, чтобы смотреть прямо в глаза, ему это даётся с трудом. — Посмотрим, — кивает Намджун и продолжает. — Если есть ещё достойные кандидатуры, присылайте их имена мне на почту. На сегодня всё. — Может, пиццу закажем? — с надеждой спрашивает Лиса. — Ты сегодня выдаёшь одну гениальную идею за другой, — смеётся Чимин, и его настроение подхватывают все остальные. Кроме, разве что, Намджуна.

***

После трёх пар с восьми утра в чёртову пятницу, любой был бы рад уйти домой и подремать пару часов, а потом нехотя заняться подготовкой к семинарам на понедельник. Но у Пак Чимина другие планы: через неделю у их факультета отчётный концерт, на его плечах самостоятельно поставленный сольный номер. Танец сложный, каждое движение нужно оттачивать, природный талант, страсть к любимому делу и растяжка — это ещё далеко не всё, что нужно хорошему танцору.

Taemin — WANT

С самого начала в планах Чимина было не поставить номер с набором сложных па, а поведать историю, рассказать о себе. О двух сторонах своей личности — дне и ночи, как они контрастируют друг с другом, но при этом прекрасно уживаются вместе. Поэтому танец разделён на две части. Чимин медленно поднимается с колен и сгибает корпус в ритм музыки. Главное — снова не забыть порядок движений. К счастью, руки начинают жить своей жизнью, идеально запомнив, что от них требуется ещё с прошлых тренировок. Кисти движутся плавно, даже при резких движениях. Пак всегда делал упор на ноги — они его достоинство, это подмечают все. Присесть во второй позиции, пробежать пару шагов и совершить шпагат в прыжке, плавно опуститься и очертить ногами круг вокруг себя на полу — всё получается легко. Чимин улыбается, сегодня точно его день. Дышать становится немного тяжелее — всё дело в прыжках. Впереди вторая часть танца. Если сначала Чимин показывал человека, что всё время находится в своих переживаниях и упорно трудится, чтобы отвлечься, сейчас в его власти ночь и можно слегка расслабиться. Он представляет себя в центре танцпола. Движется теперь более плавно и эротично, но танцор никогда не опустится в грязь. Он долго искал грань между развязностью и будоражащими в первую очередь сознание движениями, что в полной мере раскроют его натуру — чувственную и обольстительную. Он медленно приседает, разводя колени в стороны, опускает голову, а потом резко её вскидывает. Поднимается, разворачивается и, чёрт возьми, падает. Потому что на него устремлены две пары глаз. И если одна — Тэхёнова — его ничуть не удивляет и не смущает, то стоящий рядом с ним Намджун сковывает дыхание и движения. Его рот немного приоткрыт, а во взгляде… заинтересованность? — Прости, что отвлекаем, — с извиняющимся взглядом подбегает Тэхён и протягивает руку. — Просто Намджун решил о тебе написать. Сам журналист всё ещё стоит со сложенными на груди руками и опирается о дверной косяк. И где присущие его будущей профессии коммуникабельность и рвение получить материал? — Я не против, — поднимается Чимин и пожимает плечами. — Отлично, когда ты свободен? — взгляд у Намджуна снова привычно нечитаемый. В его глазах хочется видеть восхищение танцами Чимина, желание или хотя бы неприязнь. Но в них нет ничего, а безразличие порой ранит сильнее любых грубых слов и насилия. — Завтра. — Отлично, — повторяет он, — я напишу. До встречи. Он разворачивается и уходит. Тэхён обнимает на прощание и идёт вслед за другом.

***

Чимин в последний раз поправляет футболку и волосы, откидывая чёлку назад. Достаточно много времени он провёл у зеркала, пора уже вздохнуть и успокоиться. Он хватает куртку с вешалки и выходит из квартиры, крикнув Чонгуку, чтобы закрыл за ним дверь. До кафе, где он встречается с Намджуном, несколько остановок на автобусе, и он на месте. В заведении очень людно, Пак с трудом находит свободный столик и спешит его занять. Симпатичная официантка приветливо улыбается и протягивает меню, но Чимину сейчас не до этого. Он нервно кусает губы и выбирает, что заказать, хотя аппетита совсем нет. Намджун заявляется с идеальной укладкой, в чёрном пальто, что визуально ещё больше вытягивает высокого парня. Следом за ним заходит ещё один человек и берёт Кима за руку. Чимин глазам своим поверить не может. — Привет. Знаком с Хосоком? — садится Намджун напротив. — Да, привет, Хосок-и, — парни пожимают друг другу руки. Конечно он знает Хосока. Они хорошие приятели ещё со времён первого курса. Вместе по-дружески соревновались на танцевальных баттлах, готовили совместные номера, пили пиво на выходных за приставкой вместе с Чонгуком. Хосок замечательный, но что он тут делает? — Мы встречаемся, — как бы невзначай говорит Намджун и достаёт из сумки блокнот с ручкой. Пак переводит свой шокированный взгляд с предмета своих сердечных терзаний на Хосока, который будто бы извиняется своей улыбкой. — Очень рад за вас, — бросает Чимин и поднимается с места. — Сейчас вернусь. — он даже не пытается выдавить из себя улыбку. Спокойствие, только спокойствие, говорит он сам себе, своему отражению в зеркале. Ну ты и мудак, Намджун. Твердить всем о том, что тебе нахуй не нужны отношения, что они лишь усложняют жизнь и не имеют смысла, а потом приводить на встречу своего парня, серьёзно? Кто вообще так поступает? Чимину дико обидно. Что такого есть в Хосоке, чего Намджун не видит в Чимине? — Ну, конечно, — усмехается Чимин и опускает голову. Хосок много шутит и заразительно смеётся, он добрый и дружелюбный, а когда танцует (в десяток раз лучше Чимина, как ему самому кажется), заряжает всех вокруг энергией, и способен возбудить даже самого гетеросексуального натурала. Чувства чувствами, а вернуться и стойко держать лицо парень просто обязан. Когда он возвращается в зал, видит, как Намджун улыбается своему парню, к слову, его улыбку редко кто видел. — Я тебе молочный коктейль заказал, ты же не против? — отвлекается от него Хосок. Чимин ему кивает и садится обратно на своё место. — Ну что, приступим? — и пусть никто не знает, каких моральных усилий стоит сейчас улыбаться.