Выбор сердца!

POV Автор       Вам знакомо чувство адреналина? Когда по телу идут мурашки, когда сердце стучит с такой силой, что создается впечатление, что оно выпрыгнет сейчас? И самое главное, ты испытываешь страх? Эти чувства преследуют тебя, когда ты катаешься на аттракционе: он тебя поднимает ввысь и останавливается наверху, а ты висишь вниз головой. Вот тогда ты и испытываешь адреналин вперемешку со страхом, но самое главное, тебя посещают мысли: «А вдруг он сломается?» Что же испытают наши героини?! POV Аня       Прилетев в Россию, в аэропорту мы с Лидой и детьми разъехались по разным городам, договорившись оставить детей у бабушек, а потом уже встретиться в другом городе.       Выезжая с аэропорта, меня окликнул Тэхен: — Мама! — Да, солнышко, — сразу же поворачиваясь в его сторону, ответила я. — А где папа? Почему он не с нами? — спросил с грустью Тэхени~и. — Тэхен, малыш мой, ты ведь знаешь игру «В прятки»? — Тэхен кивнул на заданный вопрос. — Мы с папой решили поиграть: мы с тобой прячемся, а он ищет. Если он нас не найдет, то мы выиграем. Так что, Тэхен, если увидишь папу, прячься! — объяснила я сыну. — Мама, это круто! — воскликнул Тэхен от радости. — А он нас найдет? Мы ведь в другой стране. — спросил меня Тэхен. — Твой папа везде нас найдет, он ведь любит тебя, Тэхен… — развеяла его сомнения я. — Он постоянно ревнует меня к тебе, мама… — с тоской заметил сынок. — Но я ведь тебя тоже сильно люблю и папу, а он – не знаю. — сказал со слезами Тэхен. — Милый, не плачь, понимаешь, твой папа не умеет выражать чувства. Я ведь тоже раньше не могла понять: любит он меня или нет. Я это поняла, именно когда он ревновал, понимаешь? Он тебя сильно любит, просто он — оболтус без мозгов, а вот ты у меня умный, сразу говоришь, что меня любишь. Значит, мои гены, я горжусь тобой, Тэхен-и, — сказала я, вытирая слезы с щек сына. — Да, папа у нас оболтус, — прохихикал Тэхен. — Мам, я люблю тебя. И папу тоже. — Я тоже тебя люблю, и папа тоже тебя любит… — пока мы с ним говорили о Чонгуке и признавались друг к другу в любви, мы приехали в мой родительский дом.       Когда мы вышли из таксти, на пороге нас встретил мой папа. Тэхен, увидев дедушку, кинулся в его объятия. Когда внучек наобнимался с дедулей, я тоже подошла и обняла своего папу. Забрав вещи из багажника такси, я расплатилась и вошла в дом. Дома вкусно пахло, прямо как в детстве. Я зашла на кухню и, увидев маму, подошла к ней и обняла со спины. Мама повернулась в моих объятиях и обняла меня в ответ: — Что случилось? Рассказывай! — спросила мать, все ещё обнимая меня. — Мама, я хотела тебя попросить: ты можешь с Тэхеном посидеть, пока я разбираюсь с Чонгуком? — попросила я маму. — А что с Чонгуком? — спросила мать, но не успела я ей ответить, как у нее зазвонил телефон. — Хмм… Это Чонгук.. — «Вот падла догадливая», — подумала я, а мама уже успела поднять трубку: — Привет, ГуГу, — прощебетала мама. — А ты почему еще не спишь, у вас же там… так, разница четыре часа, — бормотала вслух мама, — значит… Боже, три утра! И что тебе понадобилось в три утра? — не очень хорошо проговорила мать, и я услышала, как он спрашивает, не у них ли мы с Тэхеном, на что маме я шепчу, что меня и Тэхена здесь нет. — Нет, Чонгук-и, а что-то случилось? Опять эта дура что-то натворила? — на что я облегчённо вздыхаю, и, пока до меня доходит, что мама назвала меня дурой, она уже прощается с Чонгуком. — Рассказывай давай, что случилось? — задала мать вопрос, обрывая меня на полуслове, а я ведь целую речь хотела толкнуть, что неправильно родной матери называть дочь дурой. — Ему нужен только секс. Я устала, Лида тоже от своего ушла, ведь у того только работа на уме. Пускай помаются без нас, поищут, а мы ещё и потравим их, найдем способы. Мы оборвали с ними все связи, и найти нас будет не просто, да и соскучилась я по тем временам, когда Чон за мной бегал. Сейчас он даже не говорит мне, что любит меня… Эхх… Так ты поняньчишься с Тэхеном? — спросила я, рассказав суть дел вкратце. — Да, конечно, мы соскучились по нему очень. А ты сегодня уедешь? — спросила меня мама. — Да, пойду с Тэхеном попрощаюсь, — ответила я маме и пошла в комнату, где папа играл в игрушки с сонным ТэТэ, который буквально засыпал в руках деда. — Хорошо, иди. — донеслось вслед. — Папа, скажи Тэхену, когда проснется, что я уехала по делам и приеду скоро, — попросила я со слезами. — Хорошо, скажу, — ответил мне папа. — Чего плачешь-то, не на войну же идешь! — Конечно, — засмеялась я и ещё раз поцеловала Тэ в щёчку. Взяв чемодан с вещами, я ушла.       Выйдя из дома, я позвонила Лиде: — Да, Аня, ты где? — спросила Лида. — Из дома вышла, а ты? — задала вопрос я, подходя к таксисту, что стоял неподалеку. — Я уже у поезда стою. Мы с тобой едем на юг, усекла, на море, поезд через час выдвигается. Я билет тебе купила, у тебя час, чтобы успеть приехать на вокзал! — протараторила Лида. — Я поняла, уже еду, — сказала я Лиде и, диктуя адрес таксисту, отключилась.       Через полчаса я уже приехала к вокзалу и побежала искать Лиду. Я не находила ее, пока она сама же меня не шлепнула по заднице. Я аж от испуга ойкнула на весь вокзал, все люди сразу посмотрели на Лиду, потому что я спряталась за нее. — Вот овца тупая, сама ойкнула, а виновата я осталась! Я тебя утоплю в море, когда приедем! — идя к поезду и таща меня за руку, ворчала Лида. — Я тоже тебя люблю! — смеясь, ответила я. — Держи свой билет уже, любит она меня, ага. От твоей любви я уже поседею скоро, хотя мне только двадцать пять… — с сарказмом говорила Лида. — Вся в Юнги пошла, что тот ворчит, как старый дед, что это, как бабка старая, — ответила я Лиде с ухмылкой. — Сейчас допиздишься! — рявкнула Лида. — Не, точно копия Юнги. Походу, подхватила заразу от его ворчливости, — уже садясь в купе, ответила я. — Зато ты, я смотрю, подхватила у Чонгука доебываться до всех. Нам ехать только 2 дня, но мне кажется я реально поседею, — в отместку мне улыбнулась Лида. — Я тебя поняла, я заткнулась, больше не потревожу, — сказала я, запихивая чемодан под кровать и беря в руки книжку, начиная читать. Спустя 2 дня       Приехав в Адлер, мы вышли с поезда. Мы так и не разговаривали эти 2 дня, я не знаю, что с ней. Не сказав ей ничего, я двинулась со своим чемоданом на выход из вокзала. Судя по чуть слышным шагам позади, она пошла за мной. Пройдя весь вокзал, я нашла выход, и, открыв дверь, меня встретили яркие и теплые лучи солнца, я улыбнулась им и вышла полностью. Идя по тропинке, я увидела такси, подошла к нему и попросила нас отвести в отель, находящийся ближе к морю. Он кивнул в знак согласия и пригласил в машину, мы сели и тронулись с места. Все 30 минут мы ехали в тишине. Заплатив таксисту, я вышла из машины и направилась на ресепшн, чтобы забронировать 2 номера. — Простите, нам один номер на двоих, — подбежала Лида и сказала парню за стойкой, он кивнул и, заполнив некую анкету в компьютере, дал ей ключи, а я развернулась и пошла в направлении номера. Подождав, пока Лида закроет дверь, я зашла в сам номер и почувствовала, что меня обнимают со спины. — Прости, я сорвалась, просто Херин ревела, когда я уходила, прости! — Хорошо… — идя в направлении моей, как я сама решила, кровати около окна ответила я. — Аня? — позвала Лида. — Ты должна была не на меня срываться. Мне тоже хреново, я ушла и ничего моему маленькому ТэТэ не сказала, потому что он заснул, а ты хоть смогла объясниться с дочкой, — высказала я Лиде со слезами на глазах. — Я уже жалею, что мы решились устроить вот это вот все. — Прости меня, я больше так не буду, — обнимая, сказала Лида. — Дурында, — я улыбнулась. — Я тут придумала кое-что, пока в поезде ехали: давай мужьям письмо отправим и сфотографируемся. Покажем, как нам хорошо без них, а отправим через твоего брата, мы же сейчас не в России, а за границей, как тебе? — спросила я у Лиды. — Ну что, оторвемся, как в старые времена? — вопросом ответила мне Лида. — Это значит «Да»? — я лишь улыбнулась; все-таки Лида не изменилась, и я рада этому.