Черта

Кэролайн поспешила удалиться с церемонии вручения аттестатов сражу же после ее окончания. Она больше не могла находиться здесь. Среди огромной массы народа, ликующего об окончании очередного периода своей жизни, она чувствовала себя как никогда одинокой. Рядом с ней не было никого. Ее подруга превратилась в бездушную машину, все вокруг крутилось вокруг нее, Тайлер был неизвестно где, Клаус... Она поспешила отогнать подальше от себя мысли о нем, заставляющие ее снова и снова сходить с ума. Это место и эти люди заставляли ее задохнуться, голова пошла кругом, на глаза навернулись непрошеные слезы и одинокая девушка решила прогуляться, чтоб вдохнуть в легкие побольше воздуха. -Что ты делаешь здесь одна, Кэролайн?,- Услышала она позади себя приятный бархатный баритон, заставивший сердце беспокойно застучать от одной его нежной нотки. -Тебя это не должно волновать. Возвращайся к Хейли. Только сначала купи побольше бурбона и подгузников,- цинично отвечает Кэр, все еще не разворачиваясь к нему лицом. -Ты ведь понимаешь, что я не хочу этого. Ты знаешь, что я отдал бы все, что у меня есть и будет за то, чтобы на ее месте оказалась ты,- произносит он, встав перед ней так близко, что их дыхания сплетаются в одно. Кэролайн в оцепенении. Она сражена наповал. Парализована. Его глаза пристально вглядываются в ее лицо, словно пытаясь запомнить наизусть каждую черточку, нарисовать в сознании ее портрет, который никогда не померкнет в его памяти. Больше всего на свете он боялся, что когда-нибудь она превратится лишь в горстку воспоминаний, которая будет согревать его в холодные ночи, проведенные с нелюбимой женщиной. - Я никогда не буду на месте этой шлюхи!,- выпаливает Кэролайн и уже с титаническими усилиями сдерживает непролитую из глаз боль. Злость и нежность к этому мужчине переполняют ее до основания, не оставляя места ничему другому. Она сходит с ума. Противоречивые желания прогнать его или прижать к себе и никогда больше не отпускать затуманивают ее рассудок. - Не говори о ней так! Она носит моего ребенка!,- со злостью кидает он ей и отстраняется. - Да мне плевать и на нее, и на ее ребенка, и на тебя! Катись в Новый Орлеан и продолжай развлекаться с ней! тогда Тайлер сможет вернуться..тогда все, наконец, смогут вздохнуть спокойно!, - уже не в силах сдержать слез, кричит она. - Ты ведь сама знаешь, что это неправда. Хватит уже обманывать себя, Кэролайн. Тебе вовсе не плевать на меня. И ты уже давно не ждешь возвращения Тайлера. Признай же это, наконец! пойми, что это не делает тебя хуже, чем ты была раньше. Ничто не сделает тебя хуже. Я могу сказать это. Я люблю тебя, Кэролайн! Люблю так, как не любил никого и никогда за все 1000 лет своей жизни. До этого момента я тоже думал, что выражать чувства тяжело, но ты показала мне, что это не так. Это просто. Ты многое изменила во мне,- уверенно произносит Клаус, возможно, самые главные слова в своей жизни, и снова приблизившись к ней настолько близко, насколько это было возможно, кладет свою ладонь на ее руку. Кэролайн отвечает дрожью на его прикосновение и жаром, отдавшимся во всем теле. Она забывает, как дышать. Забывает, что жизнь все еще идет своим чередом, что люди продолжают двигаться дальше, что время идет. Ее сердце остановилось уже во второй раз . В этот миг для нее не существовало ничего, кроме него. Он любит. Он действительно любит ее! -Зачем ты говоришь это? Зачем снова мучаешь меня? Ты ведь обещал не причинять мне боль! Ты ведь все равно уедешь! а я останусь здесь одна, одержимая мыслью, что могла удержать тебя, что все могло быть по-другому! - уже переходит на рыдания она и чувствует, как задыхается от слез. Клаус в оцепенении наблюдает за происходящим, не зная, что делать. Смотреть, как она плачет, было выше его сил. Он снова сделал ей больно! Снова заставил ее страдать. -Да, ты права... Наверное, мне действительно лучше уехать и больше никогда не появляться в твоей жизни. Я приношу тебе только боль. Прости за то, что наговорил. Я не хотел тебя обидеть,- с горечью в голосе тихо отвечает Клаус и наклоняется, чтоб поцеловать ее в щеку. Боль разрывает его душу на клочья. Это последний раз, когда он может видеть ее, может прикасаться к ней. В этот легкий невесомый поцелуй он вкладывает всю любовь и нежность, накопившиеся в нем за долгие столетия, наполненные одиночеством и злостью на самого себя. Все. Пора уходить. Кэролайн обдает дрожью, когда его горячие губы чуть ощутимо касаются ее щеки. Все внутри переворачивается и под прежней жизнью проводится жирная черта, которую никому и никогда не удастся стереть. Она понимает, что все это время чувствовала к нему то же, что и он к ней. Что хотела, чтобы именно он был с ней, когда ей было до дрожи в сердце, до скрежета зубов, одиноко. Что именно она должна заставить его забыть века боли и отчаяния, страданий и безысходности. Он медленно разворачивается к ней спиной, в последний раз окинув ее пронзительным, полным любви и грусти, взглядом, который так давно сводил ее с ума. Она чувствует, будто мир рушится, время упрямо останавливается, не желая ни на секунду продвигаться дальше без него. Ей кажется, что если он сейчас уйдет, земля провалится под ногами, а небеса обрушатся ей на голову, и этот бессмысленный мир, опустевший без него, навсегда перестанет существовать. -Нет!,- кричит она ему вслед и срывается с места, чтобы удержать его. Она резким движением разворачивает его к себе и обнимает так крепко, что им обоим становится трудно дышать. Да это и не нужно. Катастрофа миновала. Хотя бы еще секунду он останется с ней. Еще секунду он будет принадлежать только ей. А она - ему. Еще долгую, бесконечную секунду она позволит себе быть слабой. Быть любимой. -Раньше ты не причинял мне боли сильнее, чем причиняешь сейчас. Ты прав во всем. Во всем, кроме того, что приносишь в мою жизнь только страдания. Если ты уйдешь, мне будет в сто раз хуже. Потому что я хочу быть с тобой, - сквозь рыдания, все еще прижимаясь ближе к груди Клауса, хотя ближе было уже некуда, почти кричала девушка, не в силах совладать со слезами, которые безжалостно душили ее. Она не могла смириться с мыслью, что сейчас ей придется отпустить его навсегда. Только не сейчас, когда вся ее жизнь сосредоточилась в нем, выместив все остальное куда-то в пустоту. Клаус, недоумевая, сжимает ее смертельно крепко, гладит по голове, по спине, целует в макушку, в надежде хоть как-то ее успокоить. Сейчас он забывает, что не имеет права и прикасаться к ней. Ему невыносимо больно видеть ее такой и знать, что ему все же придется оставить ее здесь одну. По-другому просто нельзя. Он связан по рукам и ногам. так странно… Он всегда думал, что все в его жизни зависит исключительно от него самого, что ему по силам изменить ход вещей, что все всегда будет так, как он решит. Но судьба упорно доказывает ему обратное. Сначала он полюбил Кэролайн, но она не отвечала ему тем же, а сейчас, когда она говорит, что хочет быть с ним, они снова не могут быть вместе. "Ты ничтожество, Клаус", - думает он про себя. Отец был прав, когда показывал ему, что он круглым счетом ничего не значит, когда снова и снова втаптывал его в грязь, когда заставлял чувствовать себя пустым местом. Сейчас он думал, что заслуживает этого. -Ну тише, тише, милая. Не плачь. Все будет хорошо. У ТЕБЯ все будет хорошо, ты слышишь? Только успокойся, я прошу тебя! - умоляющим голосом произносит Клаус, целуя немного взъерошенные вьющиеся волосы любимой. -Дай мне закончить, - твердо заявляет она,- Если ты сейчас уедешь, я хочу, чтобы ты знал все. Я, действительно, хотела бы оказаться на месте Хейли. Ждать тебя сейчас в Новом Орлеане, в окружении музыки, живописи, танцев и прочих богатств этого насыщенного искусствами города. Я бы хотела, чтобы ты заботился обо мне, не позволяя никому и слова сказать в мою сторону. И, да, я больше всего на свете хотела бы иметь от тебя ребенка. Держать его на руках и смотреть в его глаза, так похожие на твои, видеть его улыбку и твои ямочки на щеках, любить его больше жизни и знать, что ты так же сильно любишь нас обоих. Я мечтала о настоящей семье и лишь недавно поняла, что хочу завести ее с тобой... Прости меня! Прости за то, что все это время мучила тебя. Господи, какой же я была дурой! Все ведь могло быть не так. И мне бы не пришлось сейчас умирать от мысли, что ты должен уйти! Прости меня, Клаус!,- Задыхаясь отвечает она, произнося эти слова словно на исповеди. Осознание действительности больно бьет в голову, рассекая жизнь напополам. Она все испортила. Как всегда. Это Она позволила ему забыться с Хейли, пока сама думала, что страдает по Тайлеру. Она разрушила его и свою жизнь. - Моя девочка... Это ты меня прости. Тебе не за что извиняться. Не кори себя. Пойми, что я должен защищать ее не потому что хочу заботиться о ней, а потому что так нужно. Она ничего не значит для меня. И я никогда не буду с ней. Все только из-за ребенка. Я не могу отказаться от него. А ты навсегда останешься в моем сердце. Ты самая светлая, добрая, любящая, самая лучшая девушка, которую я когда-либо встречал. И ты достойна счастья. Подожди, пока все немного уляжется. Побудь наедине со своими мыслями. Успокойся и еще раз все хорошенько взвесь. Если ты захочешь, то ты можешь в любое время приехать ко мне. Только не торопись. Я знаю, что на тебя слишком много всего навалилось. Подумай. Но знай, что то я всегда буду ждать тебя. Где бы я ни был, - ласково произносит он, заставляя ее отстраниться и посмотреть ему в глаза. Он аккуратно стирает слезы с щек девушки, ненароком вздрагивая от боли, которую он видит в ее глазах. Он сказал ей все, что так долго копил в себе. Теперь она знает все и сама решит, как ей поступить. Главное, что теперь он точно знал, какой жизни она на самом деле хочет и он сделает все, чтобы она ее получила. Кэролайн нерешительно приближается к до безумия желанным губам Ника и через мгновение они растворяются в их первом долгожданном поцелуе, о котором каждый из них тайком мечтал, оставаясь один на один со своими мыслями. Она запускает руку в его бронзовые спутанные волосы, наслаждаясь тем, как его руки в ответ крепко сжимают ее талию, исследуют тело с нежностью и требовательностью одновременно. В поцелуе он повторяет контур ее губ, то нетерпеливо впиваясь в них, то ,наоборот, легко и невесомо касаясь своими. Он не может поверит своему счастью. Голова кружится от эйфории, дыхание становится сбивчивым и частым, он каждой клеточкой своего тела чувствует свое сердцебиение у нее на губах. Она уже сходит с ума от невероятно нежных, и в то же время удивительно страстных, прикосновений его губ, забывая, что существуют рамки приличия, да и вообще, время и гравитация. -Мне пора, малышка. Мы с тобой еще увидимся, обещаю. Не скучай тут без меня,- шепчет он, с трудом отстранившись и легко улыбается сквозь боль, разрывающую сердце. где взять сил, чтоб оставить ее хотя бы на несколько секунд? -Нет. Я буду очень и очень скучать,- проведя рукой по его волосам и плечам, отвечает она напоследок и тоже улыбается. Он уходит. Но это не конец. Не крах всего мира, как ей казалось недавно. Люди продолжат дышать, ходить по улицам, и она научится жить вместе с ними. Они оба будут ждать. В один прекрасный день череду событий нарушит звонок телефона, и она услышит его голос на том конце трубки. Он позовет ее к себе, чтобы больше никогда не отпускать. Однажды он распахнет двери своего дома и увидит ее на пороге, счастливо улыбающуюся ему, держащему прекрасного малыша на руках. Это лишь начало новой, счастливой, истории.