Глава 17
30 июня 2019 г., 06:32
Узнала, что Мародеры все же вздернули Северуса его же собственным сглазом, летним днем под старым дубом возле озера. Но меня там не было, и потому, он на мне не сорвался и грязнокровкой не обозвал, а к вечеру висели уже сами Мародеры. Поттер, надо сказать, слово держал, и их привычные шутки над Снейпом так и не перешли обратно в травлю и физические увечья.
Я в это время сидела в спальне и собирала сумку, попутно выслушивая восторженный щебет Мэри о великолепном любовнике Поттере. Одним поцелуем у них там дело не ограничилось и она заявилась в спальню только под утро, как и Марлин. А Алиса и вовсе, как только ей в октябре исполнилось шестнадцать, периодически не приходила ночевать проводя время со своим женихом.
Макгонагалл навещала гостиную факультета только раз в день, перед отбоем, свалив все на старост, так что, ночью большинство старшекурсников разбредалось парочками по замку в облюбованные места свиданий. Взятки, чтобы старосты не заметили их при обходе, приносили неплохой доход и являлись стабильным способом заработать. А у кого денег не было платили услугами — писали эссе, приглядывали за первачками, пололи грядки и разбирали травы на обязательных отработках.
Все еще обиженная на Снейпа ехала домой в купе с подругами. Кота за неделю до того отдала Роне, вызвав ее в Хогсмид. Эта рыжая зверюга еще больше выросла, стала просто неподъемной и очень капризной. Мучить его в переноске столько часов посчитала негуманным.
Наконец мы приехали, и слава Великой, потому что девчонки хвастаясь своими победами на любовном фронте повадились меня дразнить. Теперь у каждой появился парень, а у Алисы вовсе жених, и остался только один бастион невинности — я. И каждая, кроме Алисы, сочла нужным пошутить на эту тему.
Надо сказать, что красивых парней в Хогвартсе было много. И я сама пару раз залипала на рослых и эффектных фигурах квиддичных игроков. Но проблема в том, что просто подержаться за руки и целоваться в нишах за гобеленами было уже поздно, да и неинтересно, а занятия сексом в таком замкнутом пространстве, как школа, не привели бы ни к чему хорошему.
Общество магов сильно отличалось от маггловского и современного. Тут было нельзя, просто и без последствий, выбрать партнера и провести время к обоюдному удовольствию, чтобы после не пошли слухи о твоей доступности.
Чистокровные девчонки все давно были просватаны, и если и проводили время, то только с женихами, а магглорожденным приходилось труднее всего. Я за все время обучения насчитала только семь пар, закончившихся браком.
Девчонки, влюбляясь, не могли понять, что парни, даже магглокровки, в стремлении зацепиться в магическом мире на магглорожденных никогда не женятся, а уж местные и подавно, и бросались в любовь с головой. А после разочарования и разрыва отношений находили себе новые. Парни в таком случае становились очень настойчивыми и преследовали добычу, обещая любовь до гроба, пока та не сдавалась. А потом хвастались своими победами друг перед другом.
У популярных парней, таких как Поттер и его компания, девчонки менялись постоянно, даже если сплетни об их победах уменьшить втрое. Особенно отличился Блэк. Этот рослый, и, что и говорить, ну очень красивый и яркий парень, вполне оправдывал свое звездное имя. По нему сохли девчонки даже со старших курсов и он знатно порезвился в этом малиннике лет с четырнадцати.
Люпин в этом смысле был довольно скромен, хотя достаточно красив, из тех спокойных надежных мальчиков, за которых приличные девочки хотят замуж. Хотя, думается мне, что если бы не его «пушистая проблема» он бы составил достойную конкуренцию Поттеру.
Сам Поттер был из тех рыцарей без страха и упрека, что кружат девчонкам головы. Весел, щедр, заботлив, но очень правдив. Делает все для партнерши, пока они вместе. Но если спросить прямо, то он не солжет, и сразу скажет что не женится. Все его отношения длились до этого самого вопроса, и им же и заканчивались. Зато девчонки чувствовали себя с ним королевами. И он не крутил по три романа одновременно, как его дружок Блэк, и начинал новые отношения только когда заканчивались старые.
Питер, в отличие от своей киношной версии, был весьма симпатичным и располагающим парнем, разве что невысоким, и тоже пользовался успехом у девушек. Но так получалось, что доставались они ему только после Поттера и Блэка. Благодаря немного детской пухлости, наивной внешности (девчонки считают таких милыми) и большим карим глазам с длинными ресницами, он умел мастерски втираться в доверие к слабому полу, сочувствовать, и все заканчивалось утешающим сексом. Правда утром его сразу благодарили, извинялись, и бросали. Но его это не очень огорчало. Он давно и беззаветно был влюблен в Мэри, ухаживал за ней, дарил приятные мелочи, цветы, конфеты, и даже намекал что готов жениться. И вот, теперь она досталась Поттеру. Следующий учебный год будет явно годом любовных скандалов. Короче, выбрать себе любовника в замкнутом пространстве школы мне не светило. Придется и дальше играть в неприступность, но я планировала найти себе кого-нибудь на каникулах. Если и крутить с кем-то любовь, то, только с французом.
***
Проводив девчонок обернулась к настороженному Северусу. Я уже отошла от его выходки, как и он, от моего отказа и оплеухи, если судить по виноватому виду.
— Ну, что, пойдем домой, Сев? — сказала, протягивая руку. Парень просиял, мы вышли на маггловскую сторону и зайдя в неприметный закуток переместились.
Эти каникулы прошли в точности, как и прошлые. До конца июня провели время дома, а после солнцестояния и обряда перебрались во Францию. Закупилась по полной в магических лавках. Кобуру под вторую палочку которую нельзя обнаружить, уменьшающая коробка для зелий и так по-мелочи. С началом войны моя тревога усилилась и хотелось обезопасить себя от неожиданностей. Все стоило очень дорого, но оно того стоило. Пророк пестрел сводками о новых нападениях, исчезновениях и смертях.
Повидалась с родителями, сестрой, но больше недели с семьей не выдержала, тем более, им не до меня было. Они оформляли опеку над трехлетними близнецами погибших друзей. Мама долго извинялась, жаловалась, что после того как дочки разъехались им с отцом стало очень одиноко в большом доме, а тут такое горе, вот и решились. Ни я, ни Петунья, против не были. Тем более, белокурые мальчишки были само очарование, хотя слишком шустрые и неугомонные, как по мне.
Да и, честно говоря, я странно себя ощущала проживая на маггловской территории, как-будто чего-то не хватало. После обрядов моя магия стала более восприимчивой к таким вещам. Чувствовала легкую усталость и раздражение, словно переобщалась с вредной и занудливой старухой — как незначительный, но постоянный отток сил. Не представляю, как Эйлин выдержала так долго в Коукворте. Не удивительно, что у нее был такой угрюмый и больной вид.
У Снейпов было в разы веселее. Мы купались, загорали, читали, летали, сражались друг с другом. Правда, роман мне завести так и не удалось. Северус не оставлял меня и на минуту, отпугивая всех парней в радиусе пяти метров.
Похоже, парень созрел для отношений и я ему нравилась. Правда он не признавался, наоборот, делал вид что все по-старому. Играл он довольно умело, но его выдавали напряженность тела и глаза. Иногда меня обжигали его откровенно голодные взгляды, который он торопливо прятал под прикрытыми веками, часто его черные глаза темнели еще больше, становясь похожи на пугающие бездны. При простом прикосновении он сначала замирал, вздрагивал и напрягался, словно я его ударила. А однажды, он даже чуть меня не поцеловал.
Мы сидели рядом в саду под старой яблоней и читали. Мне попалась страшно занудная книга, что дал мне на лето Слизнорт с наказом заучить. На пятой странице текст слился в одно полотно непонятных закорючек, и я облокотилась спиной о дерево и закрыла глаза, чтобы дать им отдых. Не спала, и почувствовала, что на лицо легла тень, закрыв мне солнце. Ощутила легкое, словно невесомое прикосновение чужого дыхания к губам, потом его тонкие теплые пальцы очертили скулы, овал лица. Вернулись и пробежались по контуру губ, после некоторой заминки спустились на шею. «Лили, — нежно выдохнул Северус.» Я поняла, что пора прекращать притворяться и пошевелилась. Парень отпрянул и отвернулся, сделав вид что ничего не произошло. Я потянулась, сослалась на усталость и пошла в дом. И что теперь с этим делать?
Если бы он признался мне прямо, то я бы сразу его отшила, сказав, что вижу в нем только друга. Да я, в принципе, и показывала это всем своим видом и не замечая его чувств. Но заводить разговор на эту тему самой было как-то неправильно. Все его действия были вполне невинны, а выражение глаз к делу не пришьешь. Он все так же каждый вечер приходил ко мне с расческой, мы смеялись, разговаривали, и вели себя как брат и сестра. Было жаль терять это ощущение семьи, и, может подсознательно, мне хотелось оттянуть момент расставания. Было страшно остаться одной в этом, все еще чужом для меня мире.
Да я может и рискнула попробовать с ним встречаться, да только меня беспокоило это его — Всегда. Если по канону у них с Лили ничего не было и он всю жизнь ее помнил, то отвязаться от него после более близких отношений будет нереально, учитывая, какой он собственник. С таким не прокатит простой флирт и интрижка. Так что, лучше держаться от него подальше и делать вид, что не замечаю его симпатии. Так будет правильней. Хотя мне он нравился, пусть и не в этом смысле.
Северус, признаться, вырос в довольно привлекательного парня. На актера, что его играл подростком, не похож совсем. Скорее на того, кто играл дракона в каком-то нашем фильме под старину. На лицо конечно совсем не красив, но тело вполне себе ничего. Высокий, жилистый, угловатый, с таким чисто мужским острым кадыком.
На него тоже начали заглядываться девчонки последние два года, когда он стал прилично одеваться и выглядел уже не таким худым и угрюмым. И он бы мог, при желании, стать популярным, но его тяга к Темным искусствам, вздернутый подбородок, презрительный прищур и спесь, портили всю картину. Не говоря уже, что специфическая репутация факультета этому не очень способствовала. Короче, чистокровным девушкам он был не интересен, а магглорожденные от него шарахались, как и от остальных парней из их компании.
Самой мне всегда нравились мужчины постарше. В Хогвартсе была увлечена профессором Гиллом. Этот немолодой жесткий вояка может и не был образцом красоты, зато весьма мужественен, и, честно признаться, единственный подходящий под объект моей привязанности мужчина, в этом сонном царстве полу-гоблинов и пенсионеров.
Этим летом по уши влюбилась в Жоржа — папиного друга. Это был просто обалденный сорокапятилетний француз. Веселый, обходительный, остроумный. С ним было легко общаться и флиртовать. Ему нравились мои юность, дерзость, внимание, но он, как и я, не воспринимал всерьез наш невинный флирт, потому, наше недолгое общение оказалось необременительным и весьма приятным для нас обоих.
После Лугнасада провели во Франции остаток лета. Вернулись в Англию только за неделю до школы, и я взвыла. Нас ждали письма из Хогвартса, а меня, в довесок, значок старосты. Директор все же навязал мне свою волю.
Долго думала зачем ему это нужно, и пришла к выводу, что он хочет взять контроль над талантливой ученицей. Вокруг меня много слизеринцев и я, в отличие от других, не делаю из этого трагедии. А дар Слизнорта всем известен, и раз уж он снизошел до ученичества, да еще так радовался, значит во мне что-то есть. А отдавать неизвестную силу врагу не стоит. Тем более, я не учитываю авторитеты, и не поддаюсь на его привычные манипуляции. Короче, он меня подловил. Ладно, порадуюсь отдельной спальне, ванне старост и личному домовику-стукачу.
В поезде мы с Севом расстались. Он ушел к своим, а я в купе старост. Потом мы с Люпином — вторым старостой Гриффиндора, сидели в отдельном купе и болтали, периодически патрулируя вагон с новичками. Я сразу предупредила, что большую часть работы свалю на него. Просто не успею с такой нагрузкой. Он был не против, но напомнил, что во время его «болезни» мне тоже придется его заменять. В общем, нашли компромисс, который всех устроил.
Часа через два в купе приперлись Мародеры, Марлин и Мэри. Все расселись. Сразу стало тесно, шумно и весело. Почти всем. Мест не хватало и девчонки уселись ухажерам на колени, и, изредка перебрасываясь со всеми фразами, стали жарко целоваться со своими парнями и глупо хихикать.
Блэк гнусно ухмылялся глядя на меня, пока вызывающе шарил по телу Марлин, а Поттер целуясь бросал на меня поверх волос Мэри проникновенные взгляды. Питер нервно хихикал, но глаза были холодными, кулаки под столом сжаты — он сидел рядом со мной, а губы белыми от напряжения. Не удивительно, что он сдал Поттера лорду. Джеймсу нужно было сто раз подумать, прежде чем начать встречаться с девушкой, которая нравится его другу, даже, если она сама на него вешалась.
Люпин сидел с постным лицом уткнувшись в окно, изредка морщась и бросая на меня короткие извиняющие взгляды, когда дружки совсем распоясывались. Похоже, ему было реально стыдно за поведение друзей. Потом шутки стали более сальными, девчонки вовсю разошлись и принялись меня дразнить. Этого я уже не выдержала. Встала и мило улыбнулась присутствующим.
— Римус, — впервые по имени обратилась я к Люпину, добавив в голос тепла, — пойду проверю новичков.
— Я с тобой, Лили, — подорвался парень, но я легонько толкнула его обратно и придержала на месте.
— Не нужно, Луни, общайся с друзьями, вы ведь давно не виделись и вам есть о чем поговорить, — сказала, и нежно провела ладонью по его по щеке, чуть дольше задержавшись на шраме в уголке рта. — Жду тебя в нашей гостиной. Мне бы хотелось с тобой кое-что обсудить перед сном. — С этими словами захватила сумку с перекусом, и под гробовое молчание вышла из купе, тепло улыбнувшись обалдевшему Люпину, прежде чем закрыть дверь.
Проверила первоклашек, и заняв купе где сидели только двое новичков уткнулась в книгу, всю дорогу периодически улыбаясь своим мыслям. Ошарашенное выражение лиц этих придурков весьма забавляло. Особенно радовал злой и отчаянный взгляд Поттера. А Мэри больше нужно думать как удержать своего ухажера, а не о моих делах трепаться. Тоже мне подруги. Воистину женской дружбы не бывает. Люпина, конечно, я подставила, да ничего, как-нибудь выкрутится. Извинюсь потом.
В карете ехала со слизеринцами и довольным Северусом, мельком словив растерянный взгляд Люпина и досадливый Поттера.
После распределения и пира начались наши обязанности. Старосты проводили учеников в гостиную. Люпин и я представились, произнесли приветственную речь, и определили новичков в спальни. После их ухода гостиную наполнили старшекурсники на обязательную вечеринку в честь начала учебного года. Я немного посидела со всеми, посмеялась, пообщалась, и приветливо кивнув бедняге Люпину ушла к себе, скрывая ухмылку над взбешенной рожей Поттера. Они похоже поцапались с Мэри, и теперь она дулась напоказ в надежде на его извинения.
Дверь в спальню старост находилась рядом с выходом из гостиной. Комнат было две, каждая со своей ванной, а гостиная общая. Считалось, что так старостам после трудового дня будет удобней обсуждать планы на следующий день. Увидев уютную комнату с ковром, столом, и собственным камином, немного примирилась с навязанной повинностью, и даже порадовалась, что не придется общаться с подругами. Видеть их после произошедшего не хотелось.
Позвала домовика, попросила чаю, и вернувшись в гостиную провела пару часов за чтением. Благо, патрулировать коридоры нам сегодня было не нужно.
Около часа ночи меня разбудил Люпин — я незаметно прикорнула на диване. Мы выпили горячего шоколада, обсудили и распределили завтрашние обязанности, и около двух разошлись.
— Лили, скажи, ты ведь все это не серьезно? — смущенно спросил он перед уходом, растерянно водя руками, видимо наглядно демонстрируя масштаб трагедии.
— А что, ты против? — лукаво усмехнулась я.
— Нет, — неожиданно серьезно ответил он, — но Джеймс мой друг, и я бы не хотел портить с ним отношения.
— Мне нет дела до душевного комфорта Поттера, — отрезала я, — но обещаю больше тебя не втягивать. Прости, мне просто стало скучно и я решила немного пошалить. Ладно, пора на боковую. Не забудь поставить будильник, завтра твоя очередь вести молодняк в Большой зал.
— Хорошо, — согласился Люпин, — доброй ночи, Лили.
— Доброй ночи, Лу-у-уни, — нежно протянула я, и смеясь ушла в спальню под его укоризненный, но весьма довольный взгляд.
Утром перед уроками нас вызвали к директору, выдали свиток прав и обязанностей старост, и план внешкольных занятий, снабдив все прочувствованной речью о долге, чести, и объединении усилий в это смутное для всех время. Очень хотелось вцепиться старику в бороду, когда приветливо сверкая очками и расточая улыбки он меня поздравил, пожав руку, как и остальным. Утешила себя только тем, что это ненадолго, всего на год-два, и ссориться с таким человеком неразумно. Пусть думает что я друг, мне и одного врага за глаза хватит.
Потекли привычные дни учебы. Люпин оказался очень полезен и ночные патрули полностью перекинула на него. Со своей стороны, я установила на спальнях с первого по четвертый курс сигнальные чары, чтобы малышня по замку ночами не бродила. Первое время, когда она орала каждые полчаса, взвыли все, а потом сами разобрались между собой, вздули кого нужно, и наступила благословенная тишина.
Недели за две первоклашки научились хорошо ориентироваться в замке и стало полегче. Хотя помощь с домашкой после уроков никто не отменял, но тут меня часто подменял Люпин. Спустя месяц мы со всем разобрались и привыкли к нагрузкам. И начались привычные школьные будни.
