Birthday Boy

Rae Sremmurd - Black Beatles

Ура, наконец-то, родненький шкаф! Я вскочил с кровати радостный и собрался броситься в объятия Джи, но... Так тихо. И он просто стоит неподвижно. — Малыш? — я помрачнел и положил ладони ему на щёки. Он смотрит в пустоту и не двигается. Раньше он меня не разыгрывал — чего вдруг решил, да ещё и так странно? — Солнышко... — я провёл рукой у него перед глазами. Никакой реакции. Стоит он не в очень удобной позе: одна нога слегка приподнята, будто он собирается сделать шаг. Мышцы не дрожат — он просто застыл. С кастрюлей и черпаком в руках. Я обнял его, и стало спокойнее, хоть он и не обнял меня в ответ. Я слегка потянул его на себя, но он словно приклеен и к полу, и к воздуху. — Час от часу не легче, — пробурчал я, поцеловал его в щёку и вышел из комнаты. В тёмном коридоре застыл Спенс. Прямо в процессе ходьбы. Он слегка озабочен, видимо, на завтрак не хватает. На улице дует лёгкий ветерок, облака, вроде, плывут, причём довольно быстро. Девочка-ангелок тоже застыла и стоит нерушимо. Вряд ли они все сговорились. Очередная ерунда, с которой мне придётся разбираться! Картина везде одинаковая — все застыли. Казалось бы, кругом должна быть разруха, катастрофы и несчастные случаи, но всё на удивление спокойно. Даже слишком. Эскалатор работает, но на метро не поедешь. И на автобусе, и на такси — я снова застрял! Это было бы мне даже на руку, если бы я смог добраться до площади, найти того парня, начальника Хелен, и пошариться у него в телефоне, например, но имеем, что имеем. Брожу, хлопая в ладоши то перед собой, то за спиной, и нервно хихикаю. Тучи сгущаются. Что произошло? Где искать ответы? Единственный выход — сигануть с крыши, как обычно, но что если это — последняя жизнь? В последнее время я и так очень злоупотреблял своей способностью. С прошлого раза меня мучает изжога и тошнота, а с позапрошлого — ужасно болят шея и спина. Мои приключения не проходят бесследно. Почему-то меня тянет в театр. Вдруг там какие-то подсказки? Вряд ли, конечно, но что мне ещё остаётся... В конце концов, именно после той вечеринки меня впервые убили. Какие-то первокурсники репетировали здесь постановку и застыли прямо в процессе. Одна девушка замерла с открытым ртом и хмурыми бровями, а её волосы так и остались висеть в воздухе после того, как она ими взмахнула. Её партнёр присел и поставил руки перед собой, приняв оборонительную позу. Выглядит красиво и немного сюрреалистично. Странно... То есть люди по всему миру, ну, минимум по всему кампусу, просто застыли в один миг, одновременно, что бы они ни делали, просто потому, что меня убили? Может, я потратил свою последнюю жизнь, и это — ад? Меня очень пугает то, насколько этот ад мастерски подобран. Я даже себе не признаюсь в том, что ужасно боюсь одиночества и того, что меня никто не услышит. Правда, в этом аду есть Джи, и от этого легче. По логике, я бессмертен. И еда мне не нужна, и сон, скорее всего. Можно делать, что хочу. Никто больше не будет пытаться меня убить. Что ж, и на том спасибо. На стенах висят фото нашей труппы во главе с Совой, Совы с преподавателями, Совы в образе, Совы после спектакля... Это действительно очень много для неё значит. Если бы у меня была возможность всё исправить, я бы никогда больше не пропускал репетиции. Я улыбнулся со слезами на глазах и шмыгнул носом. На полочке стоит альбом, который мы все вместе клеили. На обложке — всякие сердечки, звёздочки и гитарки, изнутри торчат вырезки, и сам альбом толстый от клея и апликаций. Я аккуратно взял его с полки и открыл. О, тут мы ещё совсем мелкие! Это наш первый спектакль... а вот я, Ромео! Это Спенс обиделся из-за того, что ему дали второстепенную роль, а вот Сова плачет из-за того, что платье порвалось, а Бесси её успокаивает. Блин, как же классно было... О, музыкальный раздел! Если бы можно было, я бы пошёл в него. И пофиг, если не получалось бы, если бы я играл хуже других, пофиг, что голос у меня не такой хороший — я же от этого такой кайф ловил! Если бы... Вон Ури поёт своим шикарным голосом, такой весь из себя красивый. Я всегда так ему завидовал! Идеальный голос, играет на стольких инструментах, ещё и сцены не боится — не то, что я! Я бы всё отдал, чтобы так петь. На его фоне я чувствовал себя последним чмом. А уж когда он влюбил в себя моего друга! Фак, а я ещё стебал их постоянно, пытался всё испортить... И никто ведь не был против меня настроен. Все были мне рады, пытались помочь, хотели, как лучше, даже Ури, а я... я отвергал. Я не верил, что могу быть счастливым. Думал, что дефектный, и это навсегда, и ничего с этим уже не поделать. Слёзы текут, и правильно. Хорошо, хоть плакать могу! О, а вот Спенс за барабанами, а это после концерта, а это — конкурс талантов, все так улыбаются, все т... Так, стоп. Вот это поворот! Я вытер слёзы и присмотрелся лучше. Это наш хэллоуиновский «начальник»! Поёт вместе с Бесси! Она на клавишных, а он — на басу! Так, вот сейчас мне уже вообще ничего не понятно... Это не может быть совпадение. Мир, конечно, тесен, но не настолько! Они знакомы, причём знакомы хорошо, раз она его в альбом вклеила! Эх, а я раньше настолько не обращал ни на что внимания, что ни разу их вместе и не видел! Кто это? Кто он ей? Как и где они познакомились? Как всё это связано со мной? Я пролистал альбом, но больше нет ни одной фотографии с этим загадочным незнакомцем. Да, я действительно в аду. У меня есть желание жить, мотивация, планы, вопросы, на которые хочется найти ответы, но это уже невозможно. Вдруг я услышал странный шум и выбежал на улицу. Какие-то вибрации, будто эхо. Я нахмурился. Может, просто плод воображения? Прислушиваюсь... Это где-то впереди, за футбольным полем. С каждым шагом вибрации становятся всё более похожими на звуки. Смотрю на хмурое небо и ускоряюсь, а потом вообще начинаю бежать. Звуки всё ближе и чётче. Даже эхо исчезает. — По секрету... — молвит женский голос с неба. Пауза. Ну же, что за секрет?! Бегу дальше. Стал слышен плач. — Ну, знаешь, докторам это выгодно — содержать такого больного годами, — продолжил женский голос. — Он лежит, а денежки-то капают... Рыдания. — Ну-ну, чего ты! — сказала женщина, скорее всего, средних лет. — Это брат твой? Пауза. — Да, горе ужасное, конечно... — сказала женщина. — Но ты посоветуйся с матерью — лучше его отключить. Нет у меня никакого брата! — Что, вообще никаких шансов? — произнёс второй голос, очень печальный, и этот голос я из миллиона узнаю, он самый-самый родной! Он шмыгнул носом. Наверное, женщина кивнула. Я ничего не вижу — только тучи над футбольным полем. — Можно мне побыть с ним? — произнёс Джи с болью в голосе. — Конечно, — ответила медсестра, и послышались шаги. Наверное, она вышла. — Фрэнки... — пробормотал Джи, тихо плача. — Солнышко... — я рыдаю, упав на колени. — Я люблю тебя, малыш, — прошептал он. — У тебя же много жизней, да? — Да, милый, — ответил я, улыбнувшись. — Твоя мама не хочет тебя отключать, — рассказал он. — А врач говорит, что шансов нет... Он снова плачет, и у меня сердце кровью обливается. — Я заволновался и вбежал в ту комнату, когда уже было слишком поздно, — рассказал Джи. — Он будто на полпути тебя бросил и сбежал через окно по балконам — второй этаж... Он всхлипывает. — Он будто специально не довёл дело до конца, — продолжил Джи. — Ты выжил, но мозгу не хватало кислорода... Его голос дрожит, и он не может закончить. Я не смог сдержать обещание — он снова из-за меня страдает! — Прости, прости меня! — извиняется он, и становится ещё больнее. — Надеюсь, шансов действительно нет, и я потом не пожалею... Я очень боюсь рисковать, но если есть надежда, что где-то там ты проснёшься снова... Да, да, да, милый, сделай это, пожалуйста! — Пока, Фрэнки! — он плачет. — Я люблю тебя... Темнота. Шкаф. Я тяжело дышу, откашливаюсь, и вода стекает на одеяло. — Боже, ты как? — Джи выронил свои инструменты и бросился ко мне. Я расплылся в улыбке и глянул на него с любовью. — Лучше всех, — хрипло пробормотал я. хХх — Я тебя убил? — Джи сделал бровки домиком. Я поцеловал его руку и замотал головой. — Ты меня спас! — заверил его я. — Убил меня тот чувак с площади, и знаешь... — М? — Джи обнял меня. — В последний раз он будто специально не прикончил меня, — поделился я. — Хотел, чтобы ты был в коме? — произнёс Джи с серьёзным выражением лица. — Да, между жизнью и смертью, — кивнул я. — Вроде не умер, но и не живу. Видел серию про молочника из «Отбросов»? — Да-да, Нейтон, — Джи понял, о чём я. — Но зачем ему это? Какой вообще у него мотив? — Пока я был в коме, я вспомнил кое-что, — сообщил я. — Наш начальник знаком с Бесси! — А Тыковка, получается, работает на него... — закивал Джи. — Да, ну, или они просто знакомы, — добавил я. — Надо узнать у неё, кто это и что их связывает! Мы быстро собрались, встретили Спенса в дверях, и я сразу вручил ему двадцатку. — Э-э... — он удивился, глядя нам вслед. — Спасибо... — Он теперь думает, что ты экстрасенс! — тихо произнёс Джи, хихикая. О да, я тот ещё сверхразум! хХх Ох, давно же я в универе не был! Мы с Джи стараемся вести себя естественно и непринуждённо, никого не посвящая в наши тёмные делишки. Я с удовольствием (искренним) принимаю поздравления, всем улыбаюсь. Я даже Ури рад видеть! — И что, ты правда придёшь на репетицию? — удивилась Сова. — Обязательно! — я улыбнулся ей. Ури тоже начал меня за что-то отчитывать, и я со всем соглашался и кивал. Это на него очень подействовало, и в конце он уже шёл мне навстречу и приглашал потусить на выходных. — С праздником ещё раз! — поздравил меня он, обернувшись на лестнице. — Спасибо, — я улыбнулся и ему. — И это... Он поднял брови. — Давно хотел сказать, — добавил я, — ты шикарно поёшь! Джи аж завизжал от восторга, а Ури так и остался стоять на лестнице, приоткрыв рот. — Да, и я хотел спросить кое о чём... — сказал я Бесси после обмена любезностями и её вопросов насчёт наших с Джи отношений. — О чём? — поинтересовалась она. — Есть один парень, м, у меня нет его фотки... — начал я. — Но вы с ним, вроде, знакомы. Наверное... — М, что за парень? — она нахмурилась. — Такой высокий, стройный, с тёмными глазами, короткой стрижкой, не под ноль, но коротко, — описываю я, и Бесси щурится. — Вы, вроде, играли и пели вместе... Она немного подумала, после чего взяла в руки телефон. — Подожди, — она подняла указательный палец, что-то поискала в телефоне и повернула ко мне экран. — Он? На этом их селфи он даже улыбается, что непривычно. Когда я его тогда увидел, создалось впечатление, что он вообще никогда не улыбался. — Да! — я закивал, торжествуя. — Это Тайлер, — рассказала Бесси и показала ещё две фотки с ним. — Мы не очень близко знакомы, но общались в своё время классно. — А сейчас? — поинтересовался я. — Года полтора назад он резко исчез и перестал со всеми общаться, — поведала подруга. — Ну, не то, чтобы специально, а просто отдалился. Он из универа ушёл, а из общаги его вообще вроде выгнали... — Ого, почему? — спросил я. — Он у нас учился? — На другом факультете, — ответила Бесси. — И в общаге по соседству жил. Там вообще такая жуткая история... — Какая? — вдруг подал голос Джи. — Ой, жесть... — она покачала головой. — В общем, у них типа вечеринка была в комнате, выпивали, и, короче... девушка с балкона упала. Повисла тишина. — Из его комнаты? — я округлил глаза. Бесси кивнула. — Ого... — Да, кошмар, их же всех и выселили оттуда после этого, — пояснила она. — Его сосед смог в другое общежитие пристроиться, а про Тайлера ничего неизвестно. Он резко собрался и съехал, оборвал все связи, хотя ему тоже, вроде, место в общаге можно было найти... — А чего их вообще выгнали? — поинтересовался Джи. — Ну, там, типа, расследование проводилось, ну и вообще, чтобы шумихи лишней не было, а ещё чтобы других запугать, и это больше не повторилось, — пояснила Бесси. — Кстати, а чего вы интересуетесь? — А я решил работу сменить, пошёл в одну компанию, — выкрутился я, — а там этот чувак, и он показался мне знакомым... — О, прикольно! — она улыбнулась. — Сто лет его не видела. — И что, вы выступали вместе? — спросил я. — Да, он очень классно поёт и играет, — Бесси улыбнулась. — Жалко, что учёбу бросил. — Так а чего он вообще её бросил? — не понимаю я. — Его же не отчислили... — Не знаю, может, на жильё нужно было накопить, — предположила Бесси. Я нахмурился. Во всей этой истории будто есть «икс» — неизвестное, которое нужно вычислить. — Слушай, м... — я всё-таки решил спросить. — А ты случайно не знаешь, у него есть знакомый, такой, крепкий, высокий, с лохматой чёлкой, выбритыми висками... Она строго посмотрела на нас. — Что вы мутите? — спросила она. — Да блин, там ошивается этот чувак и очень странно на меня смотрит! — не поддаюсь я. — Шугается, на контакт не идёт... Бесси оглянулась по сторонам. — Ну, если я тебя правильно поняла, то это просто его знакомый, — она говорит тише. — Никто не знает, откуда он. Говорят, они больше, чем просто друзья... — М-м... — я поджал губы и закивал. — Но его я не знаю, — добавила Бесси, покачав головой. — Я его только раз видела, и то мельком. — Ага, спасибо! — поблагодарил её я. Что ж, теперь у нас хоть есть, от чего отталкиваться! хХх — Ух ты, тут очень вкусные эклеры! — восхитился Джи. Мы решили перевести дыхание в кафешке и заодно нарыть инфы о том случае в общаге. Джи закинул ножки мне на колени, а я приобнял его за талию. — Кушай, зайка, кушай! — ласково произнёс я, погладив его по ладони. — А ты? — он захихикал и протянул мне эклер, от которого я откусил кусочек. — Так, шмотри, в обфем, — я дожевал и продолжил, — это было полтора года назад в общаге программистов... — Да, я сейчас даже припоминаю что-то такое, но без подробностей, — Джи закивал. Я увеличил статью, и он обнял меня и положил голову мне на плечо, чтобы лучше видеть.

ВЕСЕЛЬЕ ЗАКОНЧИЛОСЬ ТРАГЕДИЕЙ: НЕСЧАСТНЫЙ СЛУЧАЙ НА КАМПУСЕ

Вечеринка в общаге стала последней для 18-летней Синтии Шугар

— Кошмар... — пробормотал Джи, глядя на фото улыбающейся девочки с чёрной чёлкой. — Пишут, что сама выпала, — я пожал плечами. — Всё ещё не понимаю, как это к нам относится... — Так, ну-ка... — Джи свёл брови к переносице и медленно пролистал статью. — М, нет интервью тех, кто там был... — Может, это вообще к делу не относится? — я пожал плечами. — Да, но это может многое рассказать об этом Тайлере, — возразил Джи. — Почему он так резко съехал и оборвал со всеми связь? Он что-то знает... — Ну, мало ли, что у него в жизни могло случиться, — парировал я. — Люди могут перекручивать то, что видят, им может казаться. — Это да, но нам нужно понять, что происходит, — напомнил Джи. — Что мы имеем на сегодняшний день? Я захихикал. — Просто на день, — Джи мило улыбнулся и махнул рукой. — За тобой гоняется убийца, и ты, вроде, уже знаешь, кто он, но до конца не уверен. Этот убийца как-то связан с Тайлером, знакомым твоей подруги, но сам ты с ним не знаком. Всё. — Ну да, не густо... — я вздохнул. — Вот за что меня можно убить? Джи умилённо глянул на меня и потянул ко мне руки. — Ну, то есть, я был тем ещё мудаком, конечно, грубил, стебал, бесил и всё такое, — добавил я. — Но убийство... Какой может быть мотив? — Может, ты кого-то серьёзно обидел? — спросил Джи. — И этот кто-то близок с Тайлером и тем парнем-мумией... — Может, я обидел их косвенно? — предположил я. — Ну, эффект бабочки. Типа, грубо говоря, я был президентом универа и был «за» выселение из общаги. Это просто пример, но всё-таки. — А идея ничего так... — Джи прищурился. — Ну, во-первых, я президент другого факультета, во-вторых, не помню ничего подобного, — перечисляю я, — а в-третьих... ну кто убивает из-за общаги? — Ой, убивают и не за такое! — воскликнул Джи. — Много факторов, на него всё это давило, вот он и сорвался... — Тайлер? — уточнил я. — Убивал же не он, в том-то и прикол... — Что-то я вообще ничего не понимаю, — Джи озвучил общее мнение. — Он тебя не узнал, когда ты пришёл к нему устраиваться? Я замотал головой. — Ну, может, сделал вид, что не узнал, — я пожал плечами. — Мне ещё тот его разговор не даёт покоя... — О клинике? — вспомнил Джи, и я кивнул. — Скорее всего, это его парень, — догадался я, — тот чувак. Он наркоман, у них проблемы, им нужны деньги. Но это всё равно ничего не объясняет. — Если бы это было из-за денег, они бы похитили тебя и потребовали бы выкуп, — согласился Джи. — Более того, почему он убил тебя? — добавил я. — Так продуманно: печеньки испёк... — Нужно узнать, что это за парень, — подытожил Джи, — мумия. — Ага, только вряд ли мы много узнаем, если он нас пошлёт на площадь народ кошмарить, — пробурчал я. Джи немного подумал, после чего хитро улыбнулся. — А мы придём не как сотрудники, — заявил он, — а как заказчики! Я улыбнулся в ответ. Пора вживаться в роль. хХх

Steve Aoki, Bad Royale, Big Gigantic - $4 000 000

Играть особо не придётся. Джи как всегда выступает креативным директором наших авантюр, и по легенде мы — обычная пара, которая хочет круто справить день рождения и Хэллоуин одновременно. Нюанс в том, что Джи — известная модель, а моя мама — очень богатая, а значит, мы — желанные клиенты, и, более того, ещё и пара, так что Тайлер почувствует солидарность. — Мне сегодня стукнуло двадцать один годик, — рассказал я Тайлеру, сидя в его офисе и приветливо улыбаясь. Сработало на ура — обычно мрачный Тайлер улыбается в ответ и даже немного шутит. — А ты и праздники устраиваешь, и продукты рекламируешь? — поинтересовался я, пока Джи фоткается на фоне рекламных плакатов в офисе и рекомендует агентство у себя в Инсте. — Ага, приходится, — ответил Тайлер, любовно глядя на Джи. — Так, какой формат вечеринки хотите? — А, да главное, чтоб весело было, — я почесал затылок. — А там будет ещё... кто-то известный? — Тайлер растерялся. — Вряд ли, это чисто для своих, — Джи улыбается и мотает головой. — Максимум Белла. Тайлер в ужасе. — Э-э, извините, мы только начинаем, вряд ли потянем... — испугался он. — Нет, всё супер, мы, наоборот, специально вас выбрали! — успокоил его Джи. — Поддерживаем малый бизнес! Тайлер мило улыбнулся. Я искренне рад, что мы подняли ему настроение. Он выглядел очень несчастным. — Окей, предлагаю выбрать украшения, — обратился к нам Тайлер. — Пообщаемся с декораторами. — Да-да, идём! — согласился Джи и взял меня за руку. Мы переплели пальцы. — А, да, насчёт помещения, — Тайлер немного смутился. — В последний момент очень тяжело найти подходящее, так что есть только один вариант. Это на шестом этаже, подниматься придётся, но зато три комнаты... — Ничего, нам подходит! — успокоил его я. Так старается! Тайлер выдохнул с облегчением, улыбнулся и повёл нас к декоратору. — Ого, тут столько всего! — восхитился Джи. — Тяжело, наверное, одновременно всем этим заниматься... — Я как-то уже привык, — Тайлер пожал плечами. — Тоже иногда подумываю что-то своё открыть, но боюсь, — признался Джи. — Как ты к этому пришёл? — А, да как-то так, — ответил Тайлер. Очень информативно! — Меня мама тоже постоянно подбивает — она сама так же начинала, — вмешался я. — Говорит, это даст свободу. Тайлер хмыкнул. Так, уже лучше... — Кому как, — возразил он. — Тяжело? — поинтересовался я. — Ну, так, — Тайлер крайне лаконичен. Вдруг он на мгновение остановился, изумлённо глянув куда-то в сторону. Я вовремя среагировал и отвернулся, а Джи, мой ангел-хранитель, заслонил меня. Это он. Мумия. — Э-э, ребят, я вас проведу к декоратору... — Тайлер говорит с нами, а смотрит вдаль. — И скоро подойду... — Да-да, конечно, — Джи закивал. Тайлер завёл нас в кабинет, сказал пару слов декораторше и чуть ли не выбежал. — Привет! — девушка улыбнулась. — Вот, есть несколько вариантов... — Эм, мне надо выйти, — тихо произнёс я и чмокнул Джи в щёку. — Скоро буду! Надо думать о мумии и его мотивах, но меня вдруг с головой накрыло наслаждение от того, что мы с Джи — пара, что мы сейчас ведём себя, как пара, при других, делаем что-то вместе, выбираем украшения вместе, что-то планируем... Хочу, чтобы так было всегда. Хочу быть с ним. Хочу просто вернуться в кабинет и выбирать с ним всякие висюльки в виде летучих мышей и паутинок, хихикать, обнимать за талию, шутить, думать о том, что мы повеселимся на нашей общей вечеринке вместе, а потом пойдём домой вместе и ляжем спать вместе, накрывшись одним одеялом. Лучшая мотивация. Я притаился около двери, за которой Тайлер беседует с мумией. Это что-то вроде подъезда, может, курилка. — Что, всё ещё чудится? — мягко произнёс Тайлер. — Да, хотя я чист! — голос, полный отчаяния, отозвался эхом. — Ну-ну, всё хорошо, — наверное, Тайлер его обнял. — Мы скоро накопим... — Но я же не торчу... — мумия чуть не плачет. — Почему это продолжается? — Доктор же сказал, что это может пройти не сразу, — напомнил Тайлер. — М? — Угу... — хмыкнул мумия. — Сможешь сегодня выйти? — так же мягко спросил Тайлер. — Это же помогает отвлечься. — Да, наверное, — согласился мумия. — Прости... — За что? — тихо произнёс Тайлер. — За всё... — пробормотал мумия. Молчание. Обнимаются, наверное. Мне тут же стало больно, что я сейчас не с Джи. Он рядом, но нас разделяет огромная пропасть, в которую я раз за разом падаю и не знаю, выберусь ли. Прямо как мумия. У каждого своя тюрьма. — Кто сегодня, Хелен? — мумия шмыгнул носом. Ах, вот как! А нам сказала, что парни у них не работают! — А если мне опять причудится? — испугался мумия. — Я не могу, блин, понимаешь, он каждый раз такой реалистичный, и кажется, что мне хана... — Он скоро исчезнет, — заверил его Тайлер. — Правда! Интересно, о ком они... Так, пора возвращаться в кабинет. Забавно, что я всё ещё не знаю его имени. Ну, мумия и мумия! — О, ты уже! — Джи нежно улыбнулся мне. — Мы тут уже кое-что выбрали... Я улыбнулся в ответ, обнял его за талию и поцеловал, как и хотел. — Звёздочки? — уточнил я, глядя на объёмные оранжево-чёрные звёздочки в каталоге, и обнял Джи со спины. — Ага, — он накрыл мои ладони своими. — Я, между прочим, тоже умею такие делать! Я захихикал и поцеловал его в щёку. Я всё сделаю, чтобы так было всегда. хХх — Он боится какого-то чудища? — переспросил Джи. Походу, нам действительно придётся справлять вечеринку, и Джи нужно будет как-то переманить всех наших друзей. Но это позже, а пока мы сидим в обнимку в парке недалеко от агентства, пока у Тайлера обеденный перерыв. — Походу, — я пожал плечами. — Ну, насколько я понял. — Галлюцинации? — уточнил Джи. — Я тоже раньше торчал, это жесть... Я обнял его и поцеловал в висок. — Он боялся идти работать из-за этого, — продолжил я. — Печеньки раздавать? — догадался Джи. — Ага, те самые... — я поёжился от воспоминаний. — Прости, что напоминаю, м... — он замешкался. — А как всё тогда произошло? — Он подошёл к нам, был настойчивым, — рассказал я. — Вон там это было... Мы сидим как раз неподалёку. — Я не взял, потому что там орехи, а ты... — я опустил взгляд. — Я ещё так радовался, что ты выздоравливаешь, что тебе легче, ещё и подбивал тебя попробовать... Джи заскулил и крепко обнял меня. Не хочу плакать, но слёзы сами подступают. — Ты ни в чём не виноват, Фрэнки, — заверил меня он, — ты всегда меня поддерживал, мне благодаря тебе стало легче! Я поцеловал его. — И что, когда я отравился, ты... — пробормотал Джи, положив ладони мне на щёки. Я закивал, и он снова обнял меня. — Фрэнки... Очень хочется сказать ему, что я ни о чём не жалею, но это прозвучит так, будто я набиваю себе цену. — Думаешь, это мумия отравил печеньки? — спросил Джи. Ужасно не хочется возвращаться к этой теме, но приходится. Была б моя воля, я бы просто забил на это и начал бы буквально жить одним днём, пока не потрачу последнюю жизнь, но нужно идти дальше. Я хочу жить. Не существовать, а жить. — Думаю, да, — я кивнул. — Думаю, это именно он хочет убить меня, не Тайлер. — Но почему... — тихо произнёс Джи. — А кто готовит все эти печеньки? — задал я логичный вопрос. — Кто поставщик? Мы переглянулись. — Какое печенье? — Тайлер нахмурил брови. — Летучие мышки, — Джи обезоруживающе улыбнулся, — с орешками. — Эм, таких нет... — растерялся Тайлер, а мы переглянулись. — Зато есть в виде привидений и тыкв! Это наши собственные, специально для Хэллоуина! — Ага, давайте все! — заказал Джи. Я тяжело сглотнул. То есть, нет никаких мышей? Тайлер провёл нас почти по всем помещениям, показал оба вида печенек, мы зашли куда только можно и нельзя, но не нашли ничего. Никаких улик, никаких подсказок. Джи даже подошёл к мумии, который раздавал печеньки, причём около агентства, а не на другом конце площади, и не мышей, а тыквы, как и Хелен. Никакой отравы в них нет. — Думаешь, он хотел отравить именно меня? — прошептал Джи. Теперь мы на такси едем смотреть помещение, которое арендовали для пати. — Я тогда вообще ничего не понимаю, — я покачал головой. — Тем более, наркоман, печенье с ядом — что-то не вяжется... — То есть, он приготовил печенье, добавил яд, проследил за нами... — перечислил Джи. — Ладно, потом, может быть, у него что-то пошло не по плану — он не знал о твоей аллергии и так далее, хотя, опять же, зачем пихать орехи в продукт, которым хочешь отравить? — Непонятно, кто был его целью, — согласился я. — Ещё более непонятно, как он мог предать своего парня и заниматься вот этим вот в рамках акции его агентства? Мы синхронно вздохнули. — Тупизм... — ворчит Джи. — Задачка логическая получается. — М? — поинтересовался я. — Допустим, он не знает, что у тебя аллергия, — Джи поднял одну ладонь, — значит, хочет отравить тебя... Я медленно закивал. — Но знает ли он, что у меня анорексия? — он поднял вторую ладонь, и я выпучил глаза. — Блин, точняк... — я ухмыльнулся. — Что перевесит? — он машет ладонями, как чашами весов. — Он не знает, что у тебя аллергия, — цель ты, но разве он стал бы убивать невинного, то есть, меня? — Если он знает, что у тебя анорексия, то выбрал бы другой способ, — подключился я. — Хотя откуда ему знать, что я буду именно с тобой? Я мог бы быть один или с кем-то другим! — Допустим, он знает, что у тебя аллергия, — продолжил Джи. — Тогда цель — точно не ты, и следил он именно за мной. Но если его цель — я, то чё он тогда не знает об анорексии? Об аллергии знает, а об анорексии — нет? Я прищурился. — Мне вот интересно, знает ли он кое-что ещё... — вдумчиво произнёс я. — Что? — поинтересовался Джи. — Что печенье отравлено, — я посмотрел ему в глаза. — То есть, ты думаешь, что это всё-таки... — Джи свёл указательные пальцы вместе. — Тайлер, — я медленно закивал. — С чего я взял, что Тыковка — именно мумия? — Ну да, — согласился Джи. — Он ведь просто раздаёт печенье! — Если теория верна, то Тайлер на самом деле узнал нас обоих и сейчас планирует убить, — добавил я. — Только кого именно? И почему? Мы молча смотрим друг на друга. Таксист остановил машину, и я протянул ему деньги. — До свидания! — попрощался Джи. Из зеркала заднего вида на нас смотрят испуганные глаза, а рука на панели поглаживает икону. Травмировали человека бедного! — Что делать будем? — Джи поставил руки на пояс. — Надо удостовериться, что это он, — я пожал плечами. Джи обеспокоенно глянул на меня и приобнял. — А если он снова... — пробормотал он. — Мы ему не позволим, — я поцеловал Джи в висок. — Не переживай, солнце, всё будет хорошо... Боже, какой кайф! Я растворяюсь в его объятьях. Мы немного постояли в обнимку, после чего взялись за руки и вошли в здание. — Тайлер же должен был подъехать? — уточнил Джи, переступив через порог. Здесь миленько. — По идее, да, — я кивнул, — но он дал нам ключи... Мы переглянулись. — Фрэнки, идём отсюда! — запаниковал Джи. — Мне всё это не нравится... — Не думаю, что они станут убивать нас сейчас — слишком опасно, — я погладил его по голове. — Тем более, мумия сейчас работает. Джи мягко улыбнулся. — Ну да, он же даже Хелен упомянул, — добавил он. — М, а почему она о нём не рассказала? Внезапно мимо нас со скоростью света пролетел неопознанный летающий объект и врезался в стену. На пол упали осколки, которые раньше были тарелкой. Мы с Джи ринулись к выходу, но Тыковка подбежал ко мне в своём привычном обмундировании и дал по лицу. — Фрэнки!!! — Джи набросился на злодея и стал его колотить, даже укусил, но это только раззадорило его. — Солнце, беги! — заорал я. Тыковка оттолкнул Джи, и тот влетел в стену, больно ударившись головой. Я щас оторву эту Тыквенную башку! — Малыш, ты в порядке? — успел прокричать я, прежде чем Тыковка взял меня за грудки и поволок к окну. — Фрэнки! — Джи с трудом поднялся и побежал за Тыковкой, но тот уже открыл окно и свесил меня за подоконник. — Почему?! — спросил я единственное, что хочу знать. — Зачем тебе это?! — Упырь! — воскликнул Тыковка и вытолкнул меня. Надеюсь, Джи успел убежать. Снова темнота. Снова шкаф. — С днём рождения тебя, — снова любимый голос, — с днём рождения тебя... Я захихикал, но тут же скривился от боли и взялся за живот. — Хэй, ты в порядке? — забепокоился Джи. — С тобой — всегда в порядке, — я нежно ему улыбнулся. — Ты правда умеешь делать объёмные звёздочки из бумаги? Джи нахмурился. Надеюсь, он готов к очередной фантастической истории.