Хитрости любви

Pow Люси. День был не из лучших. Лил дождь, как будто небеса о чём-то горевали. Настроение было далеко не светлым, прямо как и погода на улице. Хотелось кричать, ведь сегодня годовщина смерти моей матери.       Зачем? Ну зачем ты меня покинула? На кого? На бесчувственного чурбана, которому важен только его бизнес? Нет, лучше бы я умерла вместе с тобой.       В школе меня все ненавидят, среди них, я чувствую себя белой вороной. Хоть я и учусь лучше многих, но это ничего не решает. Со спортом у меня всё прекрасно, но во время физкультуры меня как будто не замечают, а мне так одиноко. Друзья все отвернулись от меня три года назад, жестоко предав, я переводилась из одной школы в другую, но нигде не находила друзей.       Сейчас я учусь в одной из Английских школ, но друзей до сих пор не завела. Да кому они нужны? Я давно поняла, что моим «друзьям» нужны от меня только деньги.       Плохо. Мне очень плохо. Мама, помоги мне. Мне надоел весь этот мир, забери к себе. End Люси. С печальными мыслями, прекрасная молодая особа, с золотыми волосами, карими глазами и хорошими формами, насквозь мокрая дошла до дома. Дом был двухэтажным. Каждый, кто его видел, был ослеплён его красотой. Но только не наша леди. Для неё этот дом был адом на земле. Она мечтала как можно скорее его покинуть, но её мечтам не суждено было сбыться, как минимум сейчас.        Немного постояв, она вошла в дом. Её приветствовала прислуга: — Госпожа, Вы сегодня поздно. Давайте я Вам помогу переодеться в сухую одежду. Ваша вся мокрая. Так и заболеть можно. — Спасибо, но я сама могу, — сказав это, Люси отправилась в свою комнату.       Комната была синих тонов. Посреди комнаты, напротив двери, стояла двуспальная кровать, на ней мирно лежали множество белоснежных подушек. Справа от кровати был рабой стол, рядом с ним тёмно-синий шкаф. Слева от кровати — туалетный столик, рядом софа. Девушка подошла к шкафу, взяла сухую одежду и пошла в ванну. Ванна находилась напротив комнаты. Зайдя в ванну, она скинула сырую одежду и зашла в душевую кабину. Включила кран и встала под холодные струи воды. Ей было всё равно, какая именно вода, лишь бы смыть с себя груз прошедшего, тяжёлого дня.       Простояв так пятнадцать минут, она решила выходить. Хорошо высушив волосы, и, одев сухую одежду, она было направилась в свою комнату, как вдруг её окликнула одна из служанок:  — Госпожа Люси, вас вызывает к себе Господин. — Хорошо, сейчас подойду, — вежливо ответила она.       «Что ему от меня надо? Как мне это всё надоело. Не хочу с ним видеться,» — думала Люси, идя на первый этаж — в кабинет отца.       Люси не решалась войти, но собравшись с мыслями, постучалась в дверь.       Ответа не последовало. Она вошла и была очень удивлена. Обычно, она видела своего отца хмурым и недовольным, сейчас же он пребывал в хорошем настроении. Он мило беседовал с дамой, которая сидела спиной двери. Со спины, Люси не могла определить кто это, но когда женщина повернулась, Люси чуть не завизжала от радости. Перед ней сидела её родная тётя со стороны матери. Её звали Водолей (уж не знаю каким местом думали бабушка и дедушка). Она была очень строгой с Люси, но только до смерти матери. После смерти Лейлы, она заботилась о племяннице, как о родной дочери. У неё есть две дочки: Венди и Шарли. Они были на шесть лет младше Люси, но несмотря на разницу в возрасте, она любила с ними поиграть.       Водолей повернулась к Люси и, лучезарно улыбнувшись, сказала: — Здравствуй, Люсенька.       Она всегда так к ней обращалась. Люси любила, когда её так не, ведь мама называла её именно так. Ласково и нежно. Мама… -Здравствуй, тётушка. Какими судьбами ты здесь? — спросила Люси. — Я приехала из-за твоей проблемы. Твой отец давно мне рассказывал, что ты одинока. После смерти матери прошло десять лет, но ты всё так же грустишь. Вот отец и попросил меня забрать тебя к себе. Ты поедешь со мной в Магнолию, будешь учиться в той же школе, что и мои дочери. К тому же, я преподаю в этой школе. Ты будешь чувствовать себя в ней комфортно, я обещаю тебе это. Поедешь ли ты со мной? Твой отец о тебе очень беспокоиться. — Что? Отец? Обо мне беспокоиться? Да после смерти мамы, он никогда меня не поддерживал, он обходил меня стороной — говорила девушка обвинительным и, немного, обиженным тоном.  — Прости меня, солнышко. Я поступал глупо, мне было страшно, я думал что ты будешь меня ненавидеть. Не злись на меня, я люблю тебя всем сердцем и хочу, чтобы ты была счастлива, поэтому отправляю тебя к тёте. В Магнолии ты сможешь найти себе друзей, поезжай. — ответил Джуд Хартфилия.  — Па… Папа? Это ты? Это правда ты? — не скрывая удивления спросила Люси.  — Да, это я. Так ты поедешь или нет? — спросил Джуд  — Д… да.- ответила девушка со слезами на глазах. — Но есть одно условие, там учатся дети влиятельных людей. Я не хочу, чтобы ты выделялась среди них фамилией — Хартфилия, поэтому ты поедешь туда под фамилией матери — Сердоболия. Поедешь как обычная девчонка, там учатся и обычные дети, но как я и говорил, это элитная школа, поэтому там много богатеньких, сидящих на шеях родителей детей. А так же особо одарённые учатся в отдельном классе. Это те, кто учатся на хорошие оценки и в целом много где выделяются. Ты будешь учиться вместе с ними, как ученица по переводу. Собирайся, завтра ты поедешь с тётей в Магнолию, а послезавтра начнёшь учёбу. Ничего страшного, что ты приедешь в середине сентября, я уже обо всём договорился — напоследок сказал Джуд. После этих слов, Люси ушла в свою комнату собираться. А взрослые продолжили разговор.