4. Свидание
22 февраля 2019 г., 15:16
— Зачем, Дядя? Зачем ты это сделал?
— Успокойся, Племянник.
— Успокойся? Ты даже мне сказать ничего не дал! Теперь она ждет, что я встречусь с ней позже!
Она?
Уши Катары дергаются, хотя она остается свёрнутой калачиком на своем обычном месте на кровати Зуко. Должно быть, сегодня в чайной что-то произошло. Принц Идиот кажется довольно расстроенным.
— Уверен, что ты отлично проведёшь время, — говорит Дядя успокаивающим тоном. — Джин, кажется, хорошая девушка.
— Ты даже не знаешь её! Я даже не знаю её! Блин, я даже имени её не знал до сегодняшнего дня!
— Тогда считай это своим шансом узнать её получше.
Зуко мычит от бессилия и сердито топает в свою комнату. Дядя не отстает.
— Племянник, тебе будет полезно проводить время со сверстниками. Поможет тебе получше освоиться в городе.
— Может быть, я не хочу осваиваться! Может быть, я не хочу идти на это свидание!
Катара озадаченно моргает. Свидание?
— Но она рассчитывает на тебя, — говорит Дядя в ужасе. — Она будет ждать тебя у чайной на закате.
— Ну, и кто же в этом виноват?!
Дядя хмурится:
— Ты правда собираешься бросить эту бедную девушку?
Зуко садится на кровать, хватает подушку и, приобнимая, прижимает её к груди. Он избегает взгляд своего дяди — угрюмый и немного непокорный:
— Переживёт. Она даже меня не знает.
— Джин приходила в чайную каждый день, чтобы просто увидеть тебя. Должно быть, ей потребовалось много смелости, чтобы подойти к тебе сегодня и позвать на свидание. Если ты не встретишься с ней сегодня, она будет в отчаянии.
Зуко крепче сжимает подушку.
— Племянник, — говорит Дядя ласково, — думаю, тебе следует пойти. Ты только и делаешь, что работаешь да проводишь вечера со мной и этой кошкой. Тебе только шестнадцать. Постарайся получить удовольствие.
Что-то меняется в глазах Принца Идиота, но его губы по-прежнему сжаты в тонкую недовольную линию.
Дядя вздыхает:
— Или оставайся здесь и дуйся. Если это сделает тебя счастливым. Просто знай, что я принял приглашение на свидание от твоего имени, потому что я действительно думаю, что ты хорошо проведешь время с Джин. Просто дай ей шанс.
Он ждет, ответит ли племянник. Когда ничего не происходит, он снова вздыхает и поворачивается, чтобы уйти.
— Я не хочу причинить ей боль, — едва слышно говорит Зуко.
Дядя замирает.
— Я знаю, что было бы подло бросить её. Просто… я просто… я никогда не бывал на свидании. Я не знаю, как это делается. Я ничего не знаю о девушках или… или…
— Тогда позволь мне помочь тебе. — Дядя оборачивается к нему и лукаво улыбается. — Так уж вышло, что в молодости я был настоящим сердцеедом.
Зуко морщит нос.
— Ты сомневаешься во мне, но это чистая правда.
— Я не сомневаюсь в тебе. Я просто стараюсь изо всех сил, чтобы не представлять этого. Мне хватает и того, что ты флиртуешь с пожилыми дамами ради скидки.
Катара почти улыбается. Легко представить, как старик при помощи обаяния получает что-то даром или со скидкой.
Дядю, кажется, не беспокоит, что его племянника тошнит от подобных намеков на дни безудержного веселья его молодости. Он лишь в очередной раз заверяет его, что волноваться не о чем:
— Моргнуть не успеешь, как я подготовлю тебя к этому свиданию.
— Прекрасно, — отвечает Зуко явно без энтузиазма. Очевидно, что он соглашается на всё это, только чтобы не расстраивать эту Джин.
Улыбка Дяди становится шире:
— Тогда давай начинать!
***
Катара не может перестать смеяться. На Зуко гораздо более красивая туника, чем обычно, но его волосы… Неровные, презирающие гравитацию пряди были расчёсаны и уложены самым ужасным образом, который только можно представить. Он, кажется, тоже не замечает, как нелепо он выглядит. Ни тебе наморщенного носа, ни «Ты уверен насчёт этого?», адресованного Дяде. Его единственная претензия заключается в том, что на создание этой причёски потребовалось десять минут. Мальчишка действительно ничего не понимает. — С твоей кошкой что-то не так? — спрашивает Дядя. — Она издает странные звуки. Зуко бросает на неё взгляд: — Может быть, у неё комок шерсти отходит? — Он наклоняется к ней. — Ты в порядке, Котя? — О-о, я-то отлично. Это вам двоим помощь нужна. — Она бьет по его волосам здоровой лапой. — Эй! — Он отклоняется назад. — Не надо портить причёску! — Я делаю это для тебя. Даже твое симпатичное лицо не может спасти эту причёску. Зуко выпрямляется в полный рост, чтобы она не могла до него дотянуться: — Кажется, теперь она в порядке. Это дело остается в прошлом, так что Дядя проходится по советам по поводу того, что стоит делать и говорить на свидании. Её бедный Принц Идиот выглядит таким неуверенным, особенно при упоминании о комплиментах, что даже она не может больше над ним смеяться. Впрочем, она все ещё хочет, чтобы он позволил ей что-то сделать с этой причёской. Это настоящее оскорбление для глаз. Представления Дяди о том, что понравится девушкам, явно устарели. — Ты готов, — объявляет Дядя, держа племянника за плечи и улыбаясь. — Нет! Сделайте что-то с волосами! С волосами! Зуко хмурится, смотря на свои руки: — Всего одно свидание, да? Тогда она не расстроится. — Почему бы тебе не оставить это на потом? Просто попытайся расслабиться. Повеселиться. О, и возьми это. — Он достает из кармана маленький листок бумаги. А вот и наморщенный нос. — Купон? — Джин — наш самый ценный клиент. В конце концов, она приходит в чайную каждый день, а чай недёшев. Это будет хорошим жестом с твоей стороны. — Э-э, ладно. — Зуко убирает купон в карман. — Да сделайте же что-то с его волосами! — настаивает Катара, пока не стало слишком поздно. Но никто её не слушает. Никто из них не говорит по-кошачьи. Принц Идиот уходит на свидание, а ей остается только вздыхать.***
Катара свернулась клубком и дремлет в изножье его кровати, когда он приходит домой. Её уши дёргаются при звуках открывающейся двери и его знакомых шагов. — Как прошёл вечер? — спрашивает Дядя. Зуко молча влетает в свою комнату и захлопывает дверь. О духи. Должно быть, прошло не очень хорошо. Его волосы снова неровные и взлохмаченные (слава духам), но у него на лице это угрюмое, драматичное выражение. Совсем не хороший знак. Он вздыхает и на мгновение закрывает глаза. А затем открывает дверь: — Хорошо, — говорит он мягко. Снова закрыв дверь, он падает на кровать лицом вниз. Катара наблюдает за ним мгновение, прежде чем любопытство берет верх. Она поднимается на ноги через боль и, прихрамывая, подбирается к нему, чтобы толкнуть носом его ногу. Приходится толкнуть его второй раз, чтобы он поднял лицо с подушки. — Привет, Котя, — бормочет он. От угрюмости не осталось и следа, но счастливым он тоже не выглядит. В его глазах тяжесть, а в изгибах рта читается печаль. Она хмурится. — Я не понимаю, — говорит она. — Ты приходишь домой весь такой мрачный и угрюмый, потом говоришь, что вечер прошёл хорошо, а теперь выглядишь таким опустошённым, будто несёшь весь мир на своих плечах. Так в чём же дело? Что случилось? Он садится и смотрит на неё: — Хорошо, наверное, быть кошкой. Тебе не нужно ни о чём беспокоиться, да? Она почти кричит от бессилия. Этот болван никогда её не понимает. — Или, может быть, было бы хорошо, если бы я действительно был просто беженцем Ли… После этого он надолго замолкает. Она снова толкает его носом. Зуко вздыхает и ложится на живот, чтобы было удобнее смотреть ей в глаза. — Джин поцеловала меня, — наконец едва слышно признается он. Таким тихим, мягким голосом. — Я… я не должен был позволять ей делать это. Я знаю это. Я даже пытался остановить её в первый раз, но мне было любопытно, а она была милой… — О, мой бедный Принц Идиот, — говорит-вздыхает Катара. Теперь она начинает понимать, почему его эмоции в таком беспорядке. Он закрывает лицо руками: — И я ответил на этот поцелуй, Котя. Мельком, но я… это ложь. Вся моя жизнь здесь — это ложь. Я не Ли. Я не какой-то беженец, который раньше жонглировал в цирке. Её кошачьи брови лезут на лоб. Что за блин? Жонглировал? В цирке? — Я такой идиот, — стонет он, все ещё закрывая лицо руками. — Я только всё усложнил. Она хмурится, а он продолжает драматично лежать и бормотать себе под нос. Его переживания настолько ощутимы, что она почти чувствует, как они разрядами проносятся у неё под мехом. Прежде чем она успевает осознать, что делает, она трется головой о его голову. Его бормотание немедленно прекращается. Она замирает и отстраняется, но уже слишком поздно. Ласковые золотые глаза встречаются с её глазами. — Ты пытаешься меня утешить? — спрашивает он. Что ж, да, пожалуй, пытается. Она провела с ним несколько дней, и он доказал, что в основном безвреден. Кроме того, она бы должна была быть бессердечной, чтобы не быть тронутой этой ситуацией. Его губы изгибаются в крошечной улыбке: — Спасибо, Котя. Она удерживает его взгляд ещё мгновение, прежде чем сворачивается рядом с ним, прижимаясь спиной к его боку. Может быть, это только из-за того, что её кошачьи инстинкты ищут дополнительное тепло, которого ей всегда не хватает. А, может быть, из-за того, что знает, что он всё ещё грустный и растерянный. Как бы там ни было, сегодня она решает сократить дистанцию, но только сегодня.
