Ключ от Севера

      «Код красный! КОД КРАСНЫЙ! Маршал Крэстани, покинь помещение!» — истошно орал здравый смысл с той самой секунды, как я переступил порог уютного ресторанчика в южном стиле. Притом орал почему-то голосом шефа Сворна.       Я, как всегда, не послушал разумной мысли. Хотелось бы… да только не положено грозным сверххищникам в ужасе сбегать со свиданки, поджав хвост. Ещё и прямо на глазах у кавалера.       Ладно, кавалер с виду очень даже ничего — высокий, сильный, лицо загорелое и весьма приятное, волосы светлые, длинные, чуть вьются… Пожалуй, он бы понравился мне куда больше, если бы от него так не разило…       …львом.       Лев! Кто их вообще любит? Львицы — другое дело, но их балованные самцы просто невыносимы. А мой сегодняшний приятель — альфа одного из местных прайдов, и это значит, его невыносимость можно смело умножить на два.       О, Хаос, ну что мне стоило придумать убедительный предлог для отказа?       Завидев меня, Оуэн Лагейр немедля поднялся с места и протянул руку для пожатия. Хм, а может, я пристрастный засранец, и он не так уж и плох?..       — Альфа Лагейр.       — Изар.       А, нет, показалось.       «Для тебя, говнюк, я альфа Крэстани!» — захотелось поправить эту гривастую напасть нарочито нежным тоном. А потом и кулаком — большинство альфачей словами просто не понимают.       Но сдержался. Я же воспитанный кот, не то что некоторые.       И нет, я вовсе не любитель церемоний, однако хотя бы при первой встрече следует соблюдать условный мохнатый этикет. Показная фамильярность покоробила. Будто бы это я тут сплю и вижу, как бы приткнуться в львятник Лагейра, а не он мечтает прибрать к рукам трёх сильных оборотней.       — Изар, — тем временем повторил он, точно смакуя моё имя. Широкая ладонь на моей стиснулась крепче. — На языке джам’ри это значит «звёздочка», верно?       Чудеса эрудиции, лёвушка, но мне больше подойдёт «звездец». Слышал, другие охотники между собой меня так и кличут.       Видно, эта мысль чётко отразилась у меня на лице: Оуэн наконец-то выпустил мою руку и снова уселся за столик. Выдвинуть мне стул или проявить ещё какую самоубийственную любезность он не попытался, и во мне снова робким угольком затеплился оптимизм.       — Значит, ты беженец с юга, — протянул Оуэн, задумчиво пройдясь пальцами вдоль гладко выбритой челюсти. — Ну конечно, что это я? В столице вас очень мало. Единственная группа тигров в Аркади — это клан Холриэл… но там уже есть альфа-пара.       Я проглотил очередную едкую ремарку о его прелестной и поистине львиной манере беседовать с самим собой. Давай, Изар, ты ведь кот, так не будь сучкой! Он лишь озвучил очевидное. Имя именем, любое можно дать, а вот моя внешность на раз выдаёт кровь джам’ри — не бывает у антеарцев такой смуглой кожи, таких тёмных волос и таких глухо-чёрных глаз. И в Нью-Аркадиане действительно только один тигриный клан, в котором мне точно делать нечего. Холриелы славные ребята, но слишком я доминантная особь, чтобы ужиться с другими альфами на правах беты-с-привилегиями.       Мелкоту свою, правда, пристроить думал… но они жутко разозлились, мою заботу о них приняв за попытку избавиться. Еле успокоил. С тех пор в нашем крохотном прайде на три хвоста эта тема больше не поднимается.       — А ты не очень разговорчивый.       — А мне позволено говорить? — с сарказмом изумился я. — Вроде ты и сам с собой неплохо развлекаешься. Альфа есть альфа, да?       Лагейр весело расхохотался, откинув лохматую голову назад; от его золотисто-зелёных глаз лучиками разошлись морщинки. Он старше, чем мне показалось поначалу. И для льва довольно приятный. Признаюсь честно, я заинтересовался… да только не выгорит. Моему тигру Оуэн не нравится. Слишком мягкий, слишком слабый. Как такому доверить своих тигрят?       Похоже, Лагейр и сам понимает, что я его прожую да косточки выплюну: его нервозность можно почуять в воздухе. Однако он ещё здесь — очко в его пользу.       — Мне говорили, ты коп.       Я невольно усмехнулся. Вот бы доблестные полицейские порадовались, заслышав это утверждение, страшно лестное и для них, и для меня.       — Я штатный ликвидатор паранормального подразделения. И копы нашу братию терпеть не могут — мы ведь убийцы без чести и совести, а они все такие в белом и сияют безгрешностью. Прям клирики.       Ну ладно, я несправедлив… к клирикам. Иные служители Светом Разящего бывают куда разумнее и терпимее, чем почти любой наугад взятый полицейский. Мне иногда кажется, этим ребятам в полицейской академии читают расширенный курс по мудакологии.       Оуэн озадаченно нахмурился, прилипшая к его физиономии соблазнительная улыбочка сузилась на пару коренных зубов. Я мог воочию наблюдать, как в нём борются горячее желание закадрить строптивого симпатяжку в моём лице и не менее горячий порыв оплатить счёт да съебать по тихой грусти.       Не то чтобы я его в этом порыве не поддерживал. Альфы бывают крайне утомительны. Да, и я сам в том числе.       — Но вы защищаете Аркади от нечисти, — наконец выдал он.       — Одно другому не мешает.       Оуэну моё кроткое замечание не понравилось, но стоит отдать должное — лицо держать он умеет. Я же не удержался и чуть поморщился.       Мне тридцать шесть лет, двадцать из них я провёл в Антеарской республике — и надо же, до сих пор не могу привыкнуть к мягкости здешних обычаев. На юге вожак мог убить кого угодно и за что угодно. По крайней мере, мой… мой бывший альфа так и поступал. Но он и по сей день снится мне в кошмарах; так что его выходки, наверное, плохой пример.       Да какое уж там «наверное».       Ладно, не стоит об этом.       Обед прошёл более-менее сносно. Лагейр, в отличие от меня, любитель поговорить о себе. Скучающе глазея на пузырьки в высоком бокале с минеральной водой, я время от времени поднимал взгляд и задавал дежурные вопросы. Выяснилось, что очередной кандидат на руку, сердце и прочие потроха был трижды женат (обычное дело для кошачьих, сущая дикость для каких-нибудь волков и медведей), имеет докторскую степень по медицине (что здорово, но внезапно) и четверку львят от четырёх разных львиц (что ни разу не внезапно). В общем, я за него безмерно счастлив, но мне тут точно ловить нечего. Как я всегда и думал, тигр льву не пара.       Ну да не очень-то и хотелось.       Нет, честно!       Хаос, Судьбы Прядущий, да этот многодетный папаша молчит хоть иногда?!       Прядущий проникся масштабом проблемы: Оуэн соизволил прервать хвалебный монолог, посвящённый здешней кухне, и теперь укоризненно взирал на мой нагрудный карман.       — Рабочая линия, — невозмутимо пояснил я, достав коммуникатор, — отключать не положено. Крэстани!       — У-у, котик, как ты суров. Я не вовремя, да? — голосок миз Даны Деверин, секретарши шефа Сворна, полился в уши привычной гремучей смесью из сладости и желчи. — Прости, Изар. Шеф требует, чтобы ровно в четыре часа ты украсил собой его ковёр.       — Да чтоб… да у него и ковра-то нет!       И совести, пожалуй, тоже. Хаос, да мы с Престон восемь дней пахали с утра до ночи, чтобы взять ту вампирскую шайку, дистиллирующую «тёмные грёзы» на крови своих же клыкастых собратьев. И вот что такого срочного ему понадобилось в мой законный выходной?       «Три двадцать девять», — негромко сообщил Лагейр, едва я принялся шарить глазами в поисках хоть какого-то циферблата.       Славный он всё-таки мужик. Для льва так вообще золотце алхимическое. Вот только второго свидания явно не будет. Не для меня такое золотце… оно всеобщее достояние.       Тигры — не львы; делиться тем, что моё, я не люблю и не умею. И не буду.       До часа пик ещё пара часов, но главное здание нашего департамента — монументальная такая громадина, беломраморное пятно посреди стеклянно-стального полотнища офисных небоскрёбов, — стоит в самом центре города. Проехать к нему проблематично в любое время суток. Однако же я справился, и ровно в четыре часа пополудни уже красовался на несуществующем ковре своего непосредственного начальства.       Мэйрин Сворн на свои годы не выглядит. Я тоже, но все оборотни стареют в полтора раза медленнее обычных людей; ему же просто повезло с генетикой. У шефа вообще вечно такой видок… нарочито безобидный. Обманчивый, да. Ни разу ещё не было случая, чтобы Сворну не удавалось настоять на своём.       Что-то мне подсказывает — на сей раз я тоже в возражениях не преуспею.       — Присядь, Крэстани, — велели мне с ходу. Едва я сделал как велено, Сворн окинул меня ещё одним внимательным взглядом. Кажется, его изрядно позабавил костюм-двойка вместо привычных мне джинсов и маек с идиотскими принтами. — А ты сегодня нарядный. Что, обломал тебе свидание?       — Скорее уж спас меня от свиданьица, — буркнул я, ероша без того уже разлохматившиеся волосы. — Хаос, это ж надо было! Лев! Ты знаешь, я их не люблю.       — Ты, парень, вообще любовью к окружающим не страдаешь, — резонно заметил шеф, разливая по толстостенным бокалам ароматный виски. — Какого по счёту альфача отшил?       — Да хрен разница, я не считаю. Мне они все одинаково без надобности, нам с тигрятами и втроём хорошо.       — Зачем тогда соглашаешься на встречи?       Я лишь отмахнулся. Сворн, может, и начальник подразделения по борьбе со сверхъестественной преступностью, да только во внутренней политике нашего мехового братства не сечёт. Нью-Аркадиан — огромный город, населённый множеством разумных видов, но сообщество оборотней — оно как большая деревня. Откажешь во встрече одному вожаку — и вот уже они все дружно песочат тебя за неуживчивость и конфликтность. А за такое и из столицы попросить могут.       Кто бы мог подумать, что из столицы меня попросят вовсе не оборотни, а свой родной начальник!       — В округе Греймор убит ликвидатор. Тебя ждут в Моэргрине не позднее двадцатого сентября, то есть через две недели. За этот срок постарайся уладить все вопросы касательно переезда.       В Моэргрине. Ждут. Меня.       В Моэргрине!       Чтобы осознать всю глубину пиздеца, потребовались добрых полторы минуты и полстакана виски.       — Ладно, и что я такого натворил, чтобы меня хоронить заживо?       Шеф страдальчески закатил глаза и залпом опустошил стакан, чтобы тут же снова наполнить. Носом чую, невесть какой по счёту. Всегда удивлялся, как это он так много пьёт и при этом так бодро выглядит.       — Иногда мне кажется, что если тебе на голову свалится миллион талеров наличкой, то ты скроишь эту свою фирменную физиономию мрачного котика и начнёшь ворчать: «Эй, вы там наверху вообще про девальвацию слышали? Киньте золотишка!»       — Нет, ворчать будет мой братец Джил, он в прошлой жизни явно был гномом, — фыркнул я не особо весело. — По-твоему, я радоваться должен? Греймор, с ума сойти! Самая жопа мира! Не околеешь, так подохнешь со скуки!       — Ну уж на скуку можно не рассчитывать, — усмехнулся Сворн. — Округ Греймор, он же Северный Предел, последние годы находится во власти твоих меховых сородичей. Медведей, если быть точным. — Я успел только глянуть на Сворна, но он меня понял. — Ты наверняка слышал об этом. Но вообще эта информация не афишируется, сам понимаешь почему.       О, я понимаю. Оборотень-ликвидатор — необычно, но вполне ожидаемо. Кто справится с нечистью лучше, чем сама нечисть? Оборотни во власти — что-то новенькое. Я, как ни силился, не смог припомнить никого из своих сородичей в кресле выше мелкого начальника. Уж больно ненадежные, и плевать всем на толерантность.       — Префект округа — Кэмерин Маграт, — тем временем продолжал Сворн, — на гваддалрском наречии, которое там в ходу, звучит ещё вычурнее. Интервью с ней почти нет, записи с визора вовсе отсутствуют; грейморский совет отчитывается Антеарскому правительству немногословно и неохотно.       Передо мной легла фотография эффектной блондинки, выходящей из кара — не постановочное фото. Не иначе поработал какой шпион. Или один из тех, кого вежливо величают частным детективом.       — Она красотка, да? Я бы познакомился поближе. Правда, судя по тем интервью, что мне удалось найти, сверху будет скорее она.       Согласно хмыкнул. Дамочка и впрямь роскошная, если кому такие нравятся. Я сам как-то больше по мальчикам, но очевидное отрицать не могу.       — Да здесь никаких интервью не нужно — госпожа префект явно умеет себя подать, — заметил в итоге. — Думаешь, раз мы с ней оба играем за меховую команду, так я там ко двору придусь? Ты плохо знаешь оборотней, шеф. Человек там был бы чужаком, а я просто буду мохнатым чужаком. Если они решат, что мне на их клятых северах не место, — непременно попытаются оттуда выжить.       Ну да, именно «попытаются». Я та ещё пушистая кисонька. Это здешние альфы при надобности охотно соберутся толпой и насуют полную панамку хуёв; надменных же северян я просто перебью по одиночке. Да, грейморские мохнатые общины могут мирно сотрудничать, но до столичного торжества межвидовых связей им ещё пилить и пилить. Там даже смешанных кланов и стай нет, насколько я знаю. Иногда — довольно редко — возникают брачные узы между оборотнями родственных видов, но это потолок тамошней либеральности.       — Видишь ли, мы понятия не имеем, что там с командами, дворами и прочей хренотенью. До нас доходят слухи об ужасающем уровне преступности, беспорядках и Хаосе, в прямом и переносном смысле. Да только всё это трижды переёбанная во все дыры хрень, — Сворн прошёлся по кабинету, вернулся к столу и в сердцах ткнул в фотографию блондинки. — Вот эта дамочка устроила революцию и подмяла под себя весь сраный Север, фактически закрыла границы — мол, у нас тут плохо со связью и транспортом из-за разломов, — не один год кормит правительство сказочками и до сих пор жива. Непросто всё в Грейморе. Ой как непросто, Изар.       — Да, шеф, это я уже понял. Только вряд ли со мной в ликвидаторах там станет сильно проще.       А даже если и станет, всё равно неохота задницу морозить. Да, вот такой я вредный меховой шар, полный самодовольства и эгоизма. Всё как положено приличному коту.       — Изар, ты можешь сколько угодно возмущаться и дуться, а только в северном округе позарез нужен кто-то вроде тебя. Греймору необходима твёрдая рука! Уровень сверхъестественной преступности там удручающе высок, а маршалов нашего направления — по пальцам пересчитать. И сплошь молодняк…       — Молодняк? — переспросил с невольным интересом. — В долбаном гетто для отбросов всех мастей? А опытных ребят всех повыбили или просто дураков нет там жить?       — Дураков как раз хватает. Оклад там дают в два раза больше, при покупке недвижимости оплатят половину… но помереть как нефиг делать. Выбили, да. Понимаешь, почему я предложил тебя? Изар, ты ведь лучший, кто у нас есть…       — Да ну? — изумился я нахально. Мало кто рискнёт выделываться перед Сворном, но я большую часть благоговейного трепета растерял ещё в колледже — шеф в ту пору преподавал там сверхъестественную криминологию. На правах старого знакомого могу себе позволить парочку капризов. — Разве лучший из лучших — это не Ро-о-оджер? Но что это я удумал, разве наш потомственный сноб согласится морозить в Северном Пределе свою лилейную задницу?       — У Роджера здесь семья и маленькие дети, — напомнил шеф, но как-то без особого запала. — А ещё его хотят видеть официальным ликвидатором округа Аркади. Нечего ему делать в Грейморе.       Будь я сейчас тигром — непременно бы распушил хвост от таких новостей.       — Ну конечно, его хотят видеть, — допил виски и со скрипом отодвинул стул, искренне надеясь, что голос не выдаёт охватившей меня обиды. Неуместной и совершенно детской, да. — Он ведь белый чистокровный натурал, а я ни то, ни другое, ни третье. Значит, меня можно сунуть в холодильный шкаф на краю мира и достать оттуда перед ближайшими выборами. Если доживу, конечно.       — Изар, ну зачем ты так?..       — Это все потрясные новости, шеф? Если да — пойду обрадую свою мелкоту, что они должны всё бросить и ехать жить в холодильник. Я-то не распрекрасный маршал Фрэнси, кому дело до удобств моей семьи?..       Сворн устало махнул рукой и кивнул — иди, мол, толку-то с тобой сейчас говорить. Я пожал плечами — ясен хрен, без толку, а чего он ждал вообще? — и вышел из кабинета.       Дверью хлопать не стал — не настолько уж я обижен, чтоб вести себя как истеричный малолетка. Нужно переварить свалившееся на меня счастье, а уже потом, со свежей головой обсудить с шефом планы на будущее. И все свои ордера переписать на других маршалов, лишь бы Роджеру ни хрена не досталось.       Ну… зато второе свидание с альфа-львом теперь точно не состоится. Вот здесь мне Хаос удружил.