рассвет.

за окном рассвет. Арсений просыпается оттого, что ему глаза слепят солнечные лучи. оно и понятно — на дворе март месяц, весна вступает в свои права, оттесняя остатки февральских морозов и снежных вьюг на самый задний план. Попов недовольно переворачивается к стене и с головой укрывается одеялом, надеясь, что ему удастся поспать еще хотя бы пять минуточек, но сон как назло не идет. поворчав и поерзав еще какое-то время, мужчина все же решается встать с кровати и прожить еще один бессмысленный день. Арсений не сразу понимает, что он не у себя дома. все традиционные утренние дела типа почистить зубы, умыться, сходить в туалет, в конце концов, он всегда делает на автомате. знает, сколько шагов нужно пройти до ванной комнаты, толком не открывая глаза, знает, где и под каким углом лежит его зубная щетка; знает, сколько оборотов нужно сделать, чтобы вода была нужной ему температуры — он привык. вот и сейчас всё то же самое, разница лишь в том, что шагов до ванной комнаты на один меньше, чем обычно; щетка не синяя, а голубая; а вода в кране холоднее, отчего Арсений ежится, но до сих пор не осознает, что ни ванная комната, ни квартира — не его собственность. осознание приходит позже, когда Попов обыденно заходит в 'свою' кухню, чтобы выпить чашечку утреннего кофе. — привет. сидящий за столом — это человек, которого Арсений ожидает увидеть. *** они знакомы друг с другом заочно уже не первый год, когда стас наконец представляет их лично: — Дима, Антон, это — Серёжа и Арсений; Арсений, Серёжа, это — Дима и Антон. с этой секунды мы работаем вместе. возражений, конечно же, нет, но неловкость повисает в воздухе, когда Стас отходит ответить на звонок. — нет, ну четыре взрослых мужика, а ведем себя как дети, которые первый день в детский сад пришли! стоят тут, переминаются с ноги на ногу…девственники, блять! — Серёжа в своём репертуаре думает Арсений, и улыбается. — он, — Дима показывает на Антона, — да. Антон краснеет до кончиков волос, но сразу же расслабляется, когда видит, что все смеются. да и обижаться не на что — во-первых, это неправда, а во-вторых, Антон шутки понимает. Стас наблюдает за всем происходящим со стороны и понимает, что не ошибся в выборе: — сработаемся, — произносит он куда-то в пустоту. *** — привет. Арсений молчит, потому что не знает, как реагировать и что говорить, просто стоит на пороге кухни и нет, не смотрит, — таращится на незванного гостя. или незванный гость как раз таки он? в реальность Попова возвращает чайник, оповещающий, что вот он вскипятился, можете пить свои чаи, господа, ни в чем себе не отказывайте. — чаю? *** — чаю? — что? — не 'что', а 'чего'! чай будешь, спрашиваю? а то ты дерганый какой-то. — а? нет, нормально всё! — нормально у него… вот кружка, в ней зеленый чай. себе заваривал, но тебе нужнее, похоже. если мы из-за тебя и с третьим пилотом пролетим, я за себя не отвечаю. — спасибо. — знаменитыми станем, потом поблагодаришь, а пока пей, мотор через пятнадцать минут. чай вкусный, от него тепло. и не только в желудке. Арсений перестал волноваться. *** — зеленый? — да. — буду. *** съемки в самом разгаре, намечается большой тур и от этого всего кружится голова. еще какой-то год назад про Антона, Диму, Сережу и Арсения не знал никто, а теперь каждый журнал мечтает взять у них интервью, организаторы чуть ли не бьются друг с другом, чтобы выбрать самую удобную дату проведения концерта, интернет взорван, шоу 'импровизация' — лучшее шоу на телевидении. Арсений доволен. Арсений купается во всеобщем внимании и ему нра-вит-ся. он бы соврал, сказав, что это не так. Попов теперь с удовольствием проводит корпоративы, которые раньше были для него способом выживания, с удовольствием фотографируется со всеми желающими от мала до велика, но с еще большим удовольствием он ходит на интервью — так он себя чувствует настоящей звездой. — итак, Арсений, расскажите нам, с чего всё началось? — ну, я думаю, это всем уже давно известно: мы с Серёжей Матвиенко развивали жанр импровизации у себя в Петербурге, а Дима и Антон в Воронеже. получилось так, что в один день мы встретились и решили попробовать сделать нечто большее. наверное, получилось, раз я сейчас здесь перед вами. Арсений улыбается, журналистка замечает это и ставит у себя в пометках '(смеется)'. — к слову о других участниках, с кем лучше у вас получается импровизировать? Попов долго не думает: — хм, ну учитывая, что с Серёжей мы в одной лодке с самого начала, то с ним. однако, если брать Антона и Диму, то наверное с Антоном. хотя, что любопытно, в жизни всё наоборот. — интересно, — девушка ненадолго погружается в свои мысли и ставит на полях какие-то значки, которые понятны только ей, арсений не придает этому значения. интервью заканчивается спустя двадцать минут. когда оно выходит спустя неделю, перед самым началом тура, интернет разрывается. никто не понимает в чем дело, ведь в словах Арсения не было ничего нового, поэтому они закрывают на все глаза и отправляются в долгожданный тур. *** они садятся напротив, каждый держится за свою кружку с зеленым чаем, будто они — спасательный круг и пытаются не смотреть друг на друга. не выходит. Арсений окончательно понимает, что находится не в своей квартире и его с одной стороны немного отпускает — не свихнулся. кухня выглядит небогато, но просторно: пара шкафов для посуды и других вещей, необходимых в быту, раковина, духовая плита и, кажется, стиральная машина, спрятанная за нелепой шторкой. стол выглядит весьма обычно — квадратный такой, коричневый, его еще два стула сопровождают, на которых они сидят. где-то в комнате слышно, как тикают часы, а за окном птицы так и щебечут, что весна пришла. вес-на. Арсений говорит: — уютно тут у тебя. напротив давятся чаем и Попов видит лицо, полное удивления. — у меня?! я думал, это ты меня к себе притащил. вполне в твоем стиле квартирка — дом без окон и дверей, а в нём живет Попов — Бармалей. давно Арсений не видел этой улыбки. — даже если так…я бы свою квартиру настолько безвкусно не обставил. — ах, проститеизвините, запамятовал, что ты у нас самый главный модник на районе. подожди… так ты считаешь, что у меня вкуса нет? Попов ухмыляется и отпивает глоток чая. в него летит крекер в форме рыбки. — столько лет прошло, а ты всё такой же придурок. *** — да чего они как с цепи сорвались?! — Арсений, ты придурок, если ничего до сих пор не понял. — так посвяти же меня. — мои вкусы специфичны. до Арсения доходит не сразу, но как только, он начинает смеяться. заразительно, от души. он снова чувствует то тепло, как тогда, когда пил свой (чужой) зеленый чай перед первым мотором. позже ему расскажут, что их с Антоном теперь считают геюгами (именно так выразится Паша), что то интервью Арсения вызвало еще большую волну подозрений на этот счет, но они всей командой только посмеются. после Антон отойдет, как он думает незаметно, чтобы позвонить своей девушке Ире и сказать о том, что он ее любит и через пару дней снова будет дома; Серёжа запустит прямой эфир в инстаграме, чтобы постебать Арсения и закинуть парочку неугодных людей в чс; Диме позвонит Катя и ровно через две минуты они снова поругаются из-за какой-то ерунды; сам же Арсений получит СМС от будущей бывшей жены о дате и месте, где их разведут официально, на что он ответит ей 'поцелуй дочь за меня'. Арсений смеется, когда они обсуждают эту нелепую ситуацию после интервью, но Попов не врал: на сцене ему и правда легче импровизировать с Антоном. Шастун легкий на подъем, не боится кривляться, не боится, когда Арсений несет откровенную чухню, не впадает в ступор, а иногда даже сам помогает Арсению не выпасть из их импровизированной истории. Арсению нравится Антон, который актёр. ведь в жизни, вопреки всеобщему мнению, Шаст не настолько открыт и уверен в себе, да и несмотря на то, что находятся они чуть ли не 24/7 вместе, общих тем у Арсения и Антона не так много. разница в возрасте и в количестве жизненного опыта за плечами играет свою роль. с Димой по-другому. Попову с Позовым и правда первое время было тяжело на сцене, потому что оба действовали осторожно, даже слишком, хотя в жизни без умолку трещали обо всем на свете. Стас этому всегда удивлялся, да и не только Стас. однако, ко второму сезону шоу они начали понимать друг друга и в жизни, и в рамках импровизации. Арсений никогда не думал, что вот так вот может сблизиться с человеком. Арсений никогда не думал, что может быть так тепло. с женой такого не было, с Серёжей тоже, а с Димой — да. если у обоих спросить, когда всё стало совсем по-другому, они, наверное, ответят, что это случилось, когда они перебирались из одного города тура в другой на автобусе, в который Стас купил матрасы. им предстояло ехать немалое расстояние, а практически сразу после прибытия нужно было отыграть концерт. Шеминов не придумал ничего лучше импровизированных кроватей из автобусных седушек и матрасов. все лучше, чем ничего. получилось так, что Дима и Арс стали соседями по кроватям. получилось так, что они тихо болтали друг с другом почти пол ночи. получилось так, что в один момент Дима увидел какую-то ниточку на спинке автобусной седушки в свете придорожных фонарей и попытался её убрать, а Арсений перехватил его руку и переплел свои пальцы с пальцами Димы. получилось так, что именно тогда они все поняли окончательно. *** вечерело. Дима и Арсений пили черт знает какую кружку зеленого чая, поедая крекеры-рыбки, снова болтали обо всем на свете, будто бы не было этих шести лет разлуки. Арсений вновь чувствовал это тепло и не понимал, как жил без него всё это время. они находились в квартире, которую каждый видел впервые в своей жизни. оба не помнили, как туда попали и что вообще этому предшествовало. Дима лишь сказал, что замка на двери нет, как и ключей, а с девятого этажа, если он правильно определил, он прыгать не собирается. спустя тридцать секунд они осознали, что у обоих нет телефонов, как и других средств связи. мужчины решили, что, возможно, это сон, но не стали проверять на практике с традиционным 'ущипни, если это сон, то я проснусь'. ни Дима, ни Арс не произнесли это вслух, но оба подумали об одном: — если это сон, я не хочу просыпаться. *** все пошло по наклонной спустя три года. ирония судьбы или шоу живет три года, если верить Бегбедеру — они последовали грустному примеру. всё, что скопилось на протяжении трех лет, однажды вылилось в один день. каждый каждому высказал взаимные упреки, крики были такие, что, кажется, тогда не спали даже на Камчатке. Арсений с Димой сверх всего произошедшего разругались еще и после. после таких криков не остается никто, вот и Позов ушел. в тот самый момент он чувствовал себя колобком: ушел от Кати, ушел от Арсения, ушел от всех своих друзей. для полного счастья не хватало дождя. ах, погодите, вот и он. (с тех пор Дима и Арсений ненавидят осень.) никто не пошел первым на примирение. съемки были отменены, оставшиеся концерты тоже. Стас не хотел делать никаких заявлений, боссы канала его поддержали, а поклонники продолжали теряться в догадках и строить свои безумные теории. Шастун остался на телевидении и значился протеже Воли. через год после скандала, когда все окончательно улеглось, Антон женился на Ире, которая помогла пережить ему это непростое время. Матвиенко продал всё, что у него было, и уехал жить на Бали. Серега всегда мечтал быть крутым серфером и, кажется, его мечта сбылась — насколько знает Арсений, Матвиенко даже участвовал в каком-то соревновании и занял одно из призовых мест. что касается Димы, Арсений ничего не знал ровно до того момента, пока они не столкнулись в этой странной квартире при странных обстоятельствах. с его слов, Дима начал подрабатывать кем-то вроде редактора и у него получалось весьма неплохо. помимо этого он писал различные сценарии для телевидения, а также статьи для спортивных журналов. Арсений всегда восхищался мыслями и текстами Димы, поэтому был нисколько не удивлен. сам же Арсений остался актером. ушел работать в театр, где его приняли с распростертыми объятиями, несколько раз снимался в фильмах, которые Позов, конечно же, видел, но не признался в этом ему самому. решил, что как-нибудь потом, не за этим столом. *** луна неярко освещала кухню, но этого вполне хватало, чтобы два полуночных собеседника видели друг друга. — а ты не изменился почти. в свои шестьдесят восемь выглядишь неплохо, хотя синяки под глазами стали темнее. у Арсения был особенный смех, он заметил это еще при первой встрече. заливистый такой, по-детски искренний. — спасибо, ты тоже ничего. в этот момент руки Димы и Арсения непроизвольно соприкоснулись. практически как тогда, в том самом автобусе: нужное место, нужное время, нужные друг другу люди. — я скучал по тебе, Дим. — я по тебе тоже, Арс. когда люди говорят, что самая темная ночь перед рассветом — они не врут. на часах пошел шестой час утра, и абсолютно черное небо в один миг начало менять палитру с темных оттенков на светлые. — светает. — ага. — арс? — м? — как думаешь, нас придут спасать? — если бы хотели уже давно бы пришли. рассвет выдался на редкость потрясающим. ни Арсений, ни Дима не видели ничего подобного за всю свою жизнь. наверное, где-то там на небесах сегодня всё тоже сложилось. — о-бла-ка в небо спрятались. — звез-ды пьяные смотрят вниз. — да ладно…? — твои отсылки всегда понимал только я. так обычно смеются и смотрят друг на друга влюбленные подростки, но возраст — это всего-лишь цифра в паспорте, а Дима и Арсений влюбленные подростки, да, всегда ими были. вот и сейчас Арсений тянется через этот идеально квадратный коричневый кухонный стол и целует Диму так осторожно, будто бы боится, что он исчезнет после этого. Дима не исчезает. Позов углубляет поцелуй и в нем все: боль, радость, грусть, желание, счастье, печаль, одиночество и много чего еще, но главное — любовь, много любви, которую Арсений, несомненно, чувствует. они прерываются, чтобы перевести дыхание и дать мыслям собраться в кучу. за окном уже вовсю светит солнце, а в коридоре слышно, как кто-то пытается открыть дверь. — ты же говорил, что замка нет. — его не было, я всё просмотрел. я бы не стал тебе врать, Арс. Арсений Диме верит, потому что он и правда не стал бы. дверь открывается и закрывается, слышится звон ключей, будто бы они были брошены куда-то на тумбочку, на кухню заходит… девушка? — кошмар, ну и духота тут у вас! она не слишком высокая, на ней платье темно-зеленого цвета то ли в цветочек, то ли в горошек, длиной до середины икры, белые кроссовки. половина волос собрана в пучок, а остальная часть — распущена и длиной ниже лопаток, блондинка. цвет глаз, и в целом лицо, не видно из-за очков. мужчины находятся в недоумении. Дима решает заговорить с ней первым: — это ваша квартира? — нет. Арсений смотрит на Диму, а потом спрашивает: — снимаешь её? — нет. хором: — а ключи откуда? — а это так важно? она загадочно улыбается и тянется к вазочке с крекерами: — о, рыбки, мои любимые! хороший вкус, ребят. а чая не оставили, да? ну да ладно, переживу. Арсений и Дима снова переглядываются и начинают нервничать, что замечает гостья: — вижу, что у вас миллиард вопросов, а так вышло, что у меня есть ответы, но я вам их не скажу, — улыбается блондинка снова и съедает еще пару крекеров. — вы и без меня тут прекрасно во всем разобрались и ответ на свой главный вопрос уже знаете, так зачем вам все эти ненужные мелочи вроде меня, квартиры, ну и вообще. девушка стряхивает ладошки, улыбается каждому из присутствующих на кухне и ,развернувшись, направляется в сторону выхода. Арсений не выдерживает: — подожди, так это всё сон, иллюзия? девушка снова поворачивается к мужчинам с выражением notbad как в самых лучших мемах всего интернета. — может быть да, а может и нет, не знаю. могу сказать только, что все, что здесь было между вами — это по-настоящему, а уж сон или нет… кстати, Дим, ты количество этажей правильно определил, до тебя никто не знал точного ответа, забавно так. — и к чему ты это? — хм, подсказка? она снова улыбается, оставляя мужчин в полном недоумении. — кстати! — Дима и Арсений невольно подпрыгнули. — простите, что напугала, просто хотела сказать, что обожаю вас! ну все, пока! дверь снова хлопает и оставшиеся в квартире бегут к ней не сразу, но когда оказываются у неё, снова не находят никаких следов замка. — пиздец. — согласен. — почему она напомнила тебе про девять этажей? — не знаю, по ребусам у нас ты. сдавленный смешок. — есть только один вариант. — ты серьезно? — как там поется? ключ поверни и полетели? — лучше бы не так. — Дим, я… — я знаю, Арс, я тоже. *** за окном рассвет. Арсений просыпается оттого, что ему глаза слепят солнечные лучи. Арсений не сразу понимает, что он не у себя дома.