Настоящий монстр

Я очнулась, но боялась открыть глаза. Боже, пусть все это окажется сном. Я лежала, сжавшись в комок, стараясь оградиться от реальности. Но она уже стала пробираться в мое подсознание: я ощутила боль в ноге, почувствовала запах сырой земли, ощутила холод почвы. Я открыла глаза, медленно поднялась на ноги. Вокруг меня сгустился туман, стояла абсолютная тишина. Ни одна ветка не шевелилась. Но я была не одна. Во рту пересохло. Я не шевелилась. Не было смысла вглядываться в темную чащу. Знала, оно сзади. — Я знаю, кто ты. Я едва узнала свой голос. Он дрогнул, а я сжала руки в кулаки. — Ты носишь черный костюм, прячешься в тени. — я перевела сбившееся дыхание. — Бледная кожа… Нет лица. И тут случилось нечто странное. В мою голову будто что-то вторглось, проникло. Я поморщилась от боли. «Скажи это… Мое имя…» Я втянула грудью воздух, в голове все еще звучал этот низкий, шипящий голос: «Скажи…» — Слендермен. Он шевельнулся. Я зажмурилась, но даже так поняла, что он стоит прямо передо мной. Рука коснулась моего лица. Теплая… Я отпрянула от прикосновения, но глаза так и не открыла, лишь стояла на месте, дрожала. Прошла, казалось, целая вечность. И тут мою голову снова пронзила боль. «Иди.» Я рискнула открыть глаза. Рядом со мной никого не было. Тьма будто начала рассасываться. Я схватила рюкзак и ринулась домой. *** — Сьюзен, какого хрена ты шляешься до ночи? Папа встретил меня в дверях не слишком довольный. Часы показывали три утра. — Папа, я в библиотеке уснула.— крикнула я, забегая в дом. Не было у меня смелости остаться на улице хоть на секунду дольше. — А на звонки почему не отвечала? Он еще что-то твердил мне вслед, но я была просто рада, что осталась жива. Рада, что вернулась домой после встречи с ожившим ночным кошмаром. Я развернулась к отцу и обняла его, тем самым прерывая его монолог. — Люблю тебя, пап. Потом я выпустила его из объятий и помчалась на второй этаж, в мою комнату, пока мое сердце замирало от пережитого ужаса и непомерной радости от того, что я жива. Я не знала, остались ли живы парни, понимала, что завтра ,возможно, узнаю о еще четырех исчезновениях. Звонить в полицию? Нет, меня примут за сумасшедшую. Кроме того, когда я очнулась, парней не было рядом. Может, им удалось сбежать? Но почему Слендер меня отпустил? Я кинула на пол рюкзак и поняла, что он всю дорогу был открыт. Перебирая вещи, я не обнаружила книгу с моими рисунками. Черт. Но как бы сильно я не любила ее, в лес я точно не вернусь. Я упала на кровать и закрыла глаза. *** Утро встретило меня болью в ноге. На коленке красовался синяк. Значит, случившееся вчера не было сном. Я повернулась на другой бок и уставилась в окно на лес и водонапорную башню. А вдруг, он сейчас смотрит на мой дом из глубины чащи? И тут мое внимание привлекло кое-что. На подоконнике с другой стороны окна что-то лежало. Я вскочила с кровати. Мой блокнот. Я открыла окно и взяла в руки перепачканную сырой землей книгу, в которой я так бережно хранила сухие цветы, перелистнула страницы. Под надписью «Красный клен» я увидела ярко алый лист. Не может быть. Это был кленовый лист, который я так долга искала в лесу. Руки похолодели. Из книжки выпала записка. Я наклонилась за ней. На клочке бумаги корявым почерком было выведено: «Для тебя, Цыпленок».