Додразнилась

Панси готовилась к встрече с аристократом. Да, она приняла решение в пользу его предложения, но со своими определенными целями. Учитывая истинную натуру Аларикуса Вольфа, она прекрасно понимала, что действует он отнюдь не из благородных побуждений. Да и в слепой страсти к ней его не упрекнешь, слишком много опыта, искушений и пороков стояло за плечами этого мужчины. Он умел ловко манипулировать людьми, особенно женщинами, но преимущество Панс было в знании и набатом звучащего голоса отца в голове. Пытаясь строить логическую цепочку действий, она пришла к выводу, что неспроста пожиратель затеял все это. И что-то ему было нужно. Интуиция подсказывала, что есть прямая связь с Гарри. "Стоп!" Гарри... даже в мыслях она стала называть его по имени. Это ужасно-щемящее чувство в груди и громкие удары сердца... Сейчас они могли бы быть вместе... в той постели. "Черт, приди в себя Панс!" Вольф пригласил ее в "Capital", один из лучших ресторанов Лондона, причем только для волшебников, но с определенным дресс-кодом и наличием круглой суммы галлеонов в кошельке. Она пристально смотрела на свое отражение в зеркале. Девушка до мелочей продумала свой образ. Отстраненно-холодный с ноткой делового профессионализма. Брючный костюм с пиджаком темно-синего цвета и плотная рубашка в полоску, застегнутая до горла. На голове строго собранные волосы и классические туфли на низком каблуке. Макияжа почти нет, легкие стрелки на глазах и прозрачный блеск для губ. Она захватила сумочку с диктофоном, палочкой и блокнотом. Ее оповестили о машине, что уже ожидала внизу. - Мисс Паркинсон, - Аларикус поприветствовал ее поцелуем руки. - Я ждал вас, дорогая. Панси прекрасно понимала возможность слежки папарацци и поэтому, дабы не разводить сплетни в желтой прессе, нацепила маску безразличия. - Добрый вечер, сэр Вольф. Она присела на мягкий стул за круглый столик. Официант подошел для приема заказа. - Стакан воды и салат с томленой говядиной, - озвучила слизеринка. - Я заказал нам "Бароло" из прекрасного урожая 64 года... коллекционное. - Я не пью на работе, - холодно ответила девушка. Пока готовили заказ, она решила сыграть в имитацию откровенности, чтобы узнать мотивы действий этого человека. - Мистер Вольф, - Панс скрестила пальцы, сидя в расслабленной позе. - Я бы хотела сразу уточнить кое-что. Его лицо не дрогнуло от этих слов и глаза лениво обводили ее тело. - Дело в том, что я прекрасно знаю, кем вы являетесь на самом деле и чем... промышляете. Поэтому у меня возникает вопрос, почему именно я удостоилась данной чести и какова ваша цель от этого предложения? - Элоиза... - Аларикус протянул ее имя, смакуя губами звуки произношения. - Я сразу понял, что ваш папенька... неверно проинформировал вас, но спешу заверить, мои намерения чисты, без злых умыслов. Ее лицо выражало скептическое отношение к этим словам. Однако взгляд Вольфа был, как назло, прикован к ее шее, где были замаскированные следы пальцев Поттера. - Но вы почему-то решили раскрыть тайны своих... бывших соратников именно мне, малоизвестной репортерше и дочери осужденного пожирателя смерти, - девушка сделала глоток, когда ей принесли воду. - Не слишком значимо и громко... как вы привыкли. - Считайте это неким проявлением уважения и памяти о вашем отце. Аларикус пил вино. Вся эта его манерность в движениях и нарочитая медленность раздражали. Возможно из-за того, что несколько волшебниц в зале открыто пялились на него. Панси хотелось закатить глаза. - Ведь мы были в дружеских отношениях с ним, - аристократ закончил смаковать вкус дорогого алкоголя и расслабил узел галстука. - Бросьте! - усмехнулась слизеринка. - Вы никогда не были друзьями, просто совместно занимались шпионажем для Волан де Морта. Она резко ткнула вилкой в кусочек мяса. Вольф холодно улыбнулся, откинув со лба светлый локон. Это было столь дразняще и демонстративно сделано, что девушка чуть не поморщилась. "К чему эта игра на публику?" - Однако сэр Паркинсон всегда с большой охотой посещал мой клуб... где получал желаемое. И поверьте, его похвала была мне дорога. Мужчина осушил бокал. - Мне прекрасно известны пороки моего отца, - уверенно проговорила девушка. - Вот только... после зверских развлечений вашего господина, они у него притупились. Ее взгляд не упустил тень удивления на лице аристократа, палец, что водил по краю бокала замер. "Вот оно". Панс удалось найти микротрещину в идеально продуманном образе раскаявшейся "жертвы" Темного Лорда. Аларикус поднял руку и провел пальцем по подбородку. Его глаза пристально смотрели на нее, уже с бо́льшим интересом. - Вы готовы повысить ставки в нашей игре, Элоиза? - голос терял чарующие нотки, становясь острым как лезвие ножа. - Я не собираюсь участвовать в ваших интригах. Вы пытаетесь добиться признания общества волшебников, оправдывая свои преступления, изображая благородство и жертвенность. - "Неплохо Панси, но стоит ли?" - Активно помогаете министерству, предавая своих же соратников. Вы рискуете повторить судьбу Люциуса Малфоя... Она замолчала, когда прохладная ладонь обхватила ее левое запястье. Со стороны это выглядело как интимный момент ласки, но захват был как стальные тиски, способный повредить кости. - Ошибаетесь, дорогая, вы уже в игре, раз решились приоткрыть завесу моего мира, не думая о последствиях. Вот только выбрали себе не того учителя. Вольф продолжал удерживать ее ладонь в плену. Глаза девушки раскрылись от шока. "Он знает о нас с Поттером!" Неужели очкастый продолжает посещать его клуб? Кем приходится этот демон гриффиндорцу? - Меня... устраивает текущее положение дел, в личном плане, - она пыталась унять дрожь в голосе и справиться с эмоциями. - Но вызывает интерес другое. Панси не оставляла попыток освободить руку. - Что могло связать бывшего пожирателя смерти с наивным простачком-избранным? Ведь по сути Поттер был в свое время наивным мальчишкой, жаждущим справедливости и, видимо, попавший под влияние этого волшебника. - Так вы еще не узрели тьму, что дремлет в нем? - Аларикус холодно ухмыльнулся. - Такой потенциал и... наследие, что он несет в себе... Он отпустил ее, небрежно окинув взглядом посетителей ресторана. - Это сулит миру рождение нового... - Нет! - громко прервала его девушка. Она тяжело дышала, отвергая слова аристократа. - Он не такой! И никогда не станет... похожим на вас и этого безумца, - горячо запротестовала Паркинсон. Ей нужно было уходить, немедленно. - Вы так наивны, Элоиза, а ваша... сентиментальная искренность приятна взору. Вольф поднял бокал в жесте тоста и сделал два глотка. - Думаю, вы без труда найдете того, кто захочет иметь с вами дело, но не я. Она оставила плату за свой заказ, желая поскорее покинуть это место. Ее продолжало трясти от этого диалога, но потом... Крепкие пальцы мужчины обхватили ее плечи. - Не будь в этом так уверенна, дорогая, - шепот Вольфа возле уха щекотал ей шею. - Мне не составит труда заставить тебя захотеть... - его левая рука заскользила по ее спине. - И направить твои желания в нужное для меня русло. Аларикус победно улыбнулся, видя новых посетителей ресторана. - Вот только хватит ли тебе смелости... раскрыться полностью. Он поцеловал ей руку, продолжая смотреть на пару, что проходила в зал. Панси чуть не выронила сумку, когда увидела Поттера в сопровождении своей бывшей. Она успела заметить, как многие посетители раскрыли рты от удивления. На Гарри был костюм без галстука, верхние пуговицы рубашки были расстегнуты, открывая взору шею. Уизлетта рискнула прийти сюда в мини платье желтого цвета. Да, ее ножки были хороши... Парочка подошла, словно, специально к соседнему свободному столику. - Паркинсон, какая встреча, - сухо проговорила рыжая. - И тебе добрый вечер, Джиневра. Девушка облизнула пересохшие губы и столкнулась с взглядом гриффиндорца. Это была тьма, полная ненависти, ярости и чего-то еще... "Он услышал тогда". Ведь неспроста аристократ более громко проговорил место их встречи. Чтобы насладиться этим цирком и выставить ее в свете падкой... Девушка сглотнула. - Господин Вольф, - Поттер улыбнулся уголками губ, протягивая руку в приветствии. - Рад видеть тебя, Гарри. Аларикус положил руку на талию слизеринки. - Благодарю за вечер, мистер Вольф, но мне пора работать. Панси дернулась от этого прикосновения и, забрав свою мантию, прошла мимо пары. - Приятного вечера, - успела кинуть девушка, с прямой спиной направляясь к выходу. Уже находясь дома, Паркинсон позволила себе расслабиться. На сердце было неспокойно, а слова проклятого аристократа до сих пор звучали в ее голове. Слова о Гарри и тьме, что была в нем. Неужели он и вправду может стать "Новым Темным Лордом"? Может, стоит предупредить его? Она ведь даже не знает, что связывает этих мужчин. Только любовь к боли и членство в клубе, но было что-то другое... Надо выяснить все и поговорить с Поттером. Но позже, для начала ей необходимо прийти в себя и собраться с мыслями.

***

Три дня девушка провела дома. Она продолжала усердно писать статью, заодно готовясь к разговору с избранным. Чтобы хоть как-то отдыхать, ей приходилось пить зелье сна без сновидений, иначе она вряд ли смогла бы уснуть. Конечно, придется проторчать целый день в министерстве, пытаясь выловить гриффиндорца, но еще бо́льшей проблемой было заставить его согласиться поговорить. Ведь этот ужасный взгляд в ресторане... кажется в его глазах были отблески красного. На встречу с очкастым Панси решила надеть бирюзовое платье и шпильки. Не вульгарно, но красиво и элегантно. О сексе она думала в последнюю очередь, вот только предвкушение встречи горячей волной пробегало по ее телу. Увидев свежий номер "Пророка", девушка пришла в ярость. Конечно, сейчас она не отслеживает публикации в газете, однако фото счастливой парочки, сжимающей в объятиях друг друга, просто взбесило. Поттер и Уизли мило улыбались, а надпись статьи гласила: "Счастливое воссоединение влюбленных". - Это же ложь! - проговорила сама себе Панс. "Рыжая его не возбуждает, он сам признался в этом. Тогда какого хрена?" Сверкая глазами, слизеринка отправилась в министерство.

***

- Нам надо поговорить, Поттер. Панси стояла на пороге его кабинета. Удивительно, но ей повезло застать очкастого сразу и одного. - У меня много работы и скоро придет Джинни, - он перекрыл ей проход, пытаясь захлопнуть дверь перед носом. Девушка видела, как аврор старается не касаться ее, даже случайными прикосновениями. - Твоя рыжая подождет, - сухо ответила она и нагло проталкивалась вперед. Когда ее ладошка оказалась на его груди, Гарри как ошпареный дернулся назад. Этим Панси и воспользовалась. - Я не надолго, так что давай обговорим пару моментов. - Паркинсон, я не могу сейчас говорить с тобой и не хочу этого, - сталь в его голосе резала до костей, а глаза... "Боже". Они были как болота, темные и злые. - Просто ответь мне, кто для тебя этот человек? - она не решалась подойти ближе, видя эту злобу. Ей было трудно дышать и ладони запотели. - Ты знаешь, о ком я спрашиваю и я не уйду, пока не получу ответы, Поттер, - более уверенно проговорила девушка. Мракоборец отвернулся от нее, усаживаясь в кресло. Возникла тишина, глухая и мертвая. Паркинсон показалось, что она длилась целую вечность. - Аларикус был моим учителем, - с выдохом отвечал избранный. - Он тот, кто ввел меня в это, направлял и вдохновлял. - Вы спали? - Панс закусила губу от нервозности. - Что? - он обернулся и посмотрел на нее. - Не прикидывайся, будто не понимаешь, - она начала наворачивать круги по комнате. - Я в курсе, что этот человек может трахаться на два фронта, так вы спали или нет? На лице Гарри проступили желваки, а глаза потемнели еще сильнее. - Нет... - Но Вольф хотел этого, а ты отказал, так? Его чуть заметный кивок был ответом. - Теперь это многое объясняет... - девушка потерла переносицу. - Ты знаешь, он... - Паркинсон, послушай, - Гарри перебил ее строгим тоном. - Мне плевать, что происходит у вас с ним, раз решила попробовать с двумя мужиками, дело твое, но мне такое не предлагай, - холодно усмехнулся аврор. - Тем более Аларикус найдет среди своих стоящего для тебя. Панси сразу не поняла, о чем он говорит, но потом краска стыда и обиды покрыла ее лицо. - Поттер, да ты совсем... - она растерялась и не могла подобрать слов. - Ты молодец и схватываешь на лету, я бы сказал, но учти, - Гарри поправил очки с самодовольной улыбкой на лице, - Вольф очень много требует сразу, хотя ты уже должна была это понять. - Ублюдок! - она подошла к столу и чуть наклонилась, облокачиваясь ладонями. – Вот, значит, какого ты обо мне мнения, - краска не сходила с ее лица, а грудь высоко вздымалась. - Считаешь, что если на горизонте предо мной замаячил какой-то хуй с миллионами галлеонов, то я брошу все и побегу отсасывать его? - она пристально смотрела на Гарри, боясь появления слез. - А тебе, якобы, плевать и ты снова со своей рыжей будешь играть в импотента, да? Поттер резко встал. - Не дерзи мне, Паркинсон, - его глаза почернели, как агаты. - Я не Аларикус, церемониться не стану... - он сжал в руке палочку. - Что, сразу Круциатусом пытать начнешь, Потти? - с вызовом спросила она, дрожа от напряжения. Неизвестно, что бы произошло дальше, но их прервал стук в дверь и голос Уизлеты с грязнокровкой. - Гарри мы уже ждем тебя. Дверь открыла рыжая и тут же уставилась на Панси. - Паркинсон, что ты тут делаешь? - она внимательно оглядела ее. - Добрый день, дамы. - на удивление ровным голосом ответила слизеринка. - Прошу прощения, мистер Поттер, - девушка повернулась к герою. – Думаю, мы закончили со статьей и можно ожидать праздника. Она прошла на выход под пристальным взглядом Грейнджер. - Всего доброго.

***

Начало третьего месяца. Пальцы девушки печатали не переставая. Вместо чая зелье для провала в небытие. О еде вспоминалось в последний момент. Панси каждую свободную минуту пыталась занять себя чем-то. Тренировки, работа, письма подругам с Хогвартса. Она пыталась загнать себя в воронку неотложных дел, лишь бы не оставаться со своими мыслями наедине. Фотки очкастого мелькали в газетах с завидной регулярностью, как и рожа ненавистного Вольфа. В своей работе Панси решила указать своих родителей и как они работали на Лорда. Ей вдруг захотелось прочитать о них информацию, вспомнить и тихо поплакать дома. Ведь Паркинсоны никогда не должны показывать своих слабостей. На следующий день девушке удалось добиться разрешения министра забрать дела родителей домой для изучения. Кингсли понимающе одобрил ее просьбу и выразил беспокойство о состоянии ее здоровья. Даже она сама заметила, что некогда пышные формы стали исчезать, глаза увеличились, а черты лица заострились. Слизеринка выходила из хранилища с документами, когда ее руки внезапно затряслись, а в глазах помутнело. Последствия приема зелья для сна в больших дозах дали о себе знать. Она не заметила, как к ней подошел светловолосый мужчина и осторожно взял за плечи. - Паркинсон? - раздался рядом голос Драко Малфоя. Когда ей стало легче, они направились в зал с каминами, где к несчастью встретили Поттера с рыжим гиббоном. Холодные приветствия и привычка Драко заваливать руку на плечо подруги. У Панс не было сил и желания смотреть на гриффиндорца. Она знала, что кроме злобы и ненависти там ничего не увидит. К тому же чувство влаги в глазах было предупреждением, что надо уходить. - Ты видела лицо очкастого? - спросил Малфой. - Он точно ненормальный. Позже, сидя в ресторане, они громко смеялись, вспоминая школьное время и свою глупость. "Потти, Потти, Поттерок - пососи-ка мой хуек". Именно так звучала песенка, которую так любил напевать слизеринец. Драко знал о возвращении Аларикуса и попросил Панси быть осторожнее с этим "извращенцем". - Панс, ты бы заканчивала увлекаться диетами, тебе не идет это дерьмо, - Малфой показательно втянул свои щеки. А девушка смотрела на своего кумира юности и не понимала, как она вообще могла любить его. Она вспоминала, когда с третьего курса просто боготворила этого надменного аристократа, но эти чувства со временем стали постепенно меняться. Пятый курс. Тогда она числилась в инспекционной службе у Амбридж и решила пойти в совятню, отправить письмо родителям, но вместо этого застала парочку за горячим поцелуем и обжиманиями. Поттер и Чанг... Она помнила как тело перестало слушаться ее, а глаза продолжали смотреть на руки парня, что с силой сминали задницу девушки. Они продолжали тискаться, не замечая постороннего наблюдателя. В тот день слизеринка занималась мастурбацией, впервые представляя себе руки очкастого придурка. Именно тогда ее ненависть к Золотому Трио возросла, и задевать шрамоголового стало для нее обязанностью, а желание отдаться Драко было окончательным. Как только она не пыталась осуществить задуманное, уверяя скорее себя саму, что только Малфой достоен этого. Эти воспоминания направили тело девушки в русло возбуждения и страсти. Кое-как добравшись до дома, Панси дала волю своим рукам, думая о гриффиндорском садисте.

***

Уже третий раз он возвращается сюда подрочить... губами и языком какой-нибудь умелой девки. Гарри не важно, брюнетка это или блондинка. Он просто обработает ее тело ремнями и хлыстом, оставляя кровоподтеки и раны, а потом будет жестко толкаться ей в рот... закрывая глаза и представляя эту шлюху... Это как наваждение и Поттер никак не может избавиться от него. Мысль о применении непростительной Авады кажется волшебнику все более соблазнительной... - Мой господин, - Администратор клуба обратилась к Аларикусу. - Это уже третья девушка, которая серьезно пострадала от рук мистера Поттера, требуется вновь закупить зелья быстрого заживления и применить заклинание Обливиэйт. Проговорила женщина с тревогой в голосе. - Предоставьте это мне, - Вольф чуть улыбнулся. Его планы по созданию нового Темного Лорда осуществляются, и это давало те чувства волнения и трепета, что аристократ так давно утратил. Гарри уже освобождает свой истинный облик... скоро это станет необратимым... для всех. - Лишь узревший в себе Бога способен постичь вечность...

***

Панси закончила печатать главу о родителях и облегченно выдохнула. Сегодня она в последний раз посетит министерство. Девушка сама так решила, чтобы меньше было возможности встретить проклятого Поттера. И именно сегодня она хотела выглядеть красивой и соблазнительной. Подразнить напоследок, так сказать... Новый костюм цвета бордо из пиджака и юбки чуть выше колена сидел идеально на похудевшей фигуре. К нему девушка приобрела белую блузку на пуговицах с треугольным вырезом из тонкого шифона. Еще ей хотелось, чтобы ее родители были рядом... ощутить себя нужной и любимой, избавиться, наконец, от одиночества. Паркинсон смотрела на свое отражение. Она выглядела прекрасно, с объемными локонами волос, тонким кружевом белого белья и блестящими губами. Девушка решила отдать черновую работу министру, а заодно вернуть документы обратно. - Только, пожалуйста, прочитайте позже, - попросила слизеринка Бруствера. Она сидела в кресле, напротив главы министерства. - Конечно, мисс Паркинсон. Признаюсь, я взволнован, ведь это... словно возвращает меня в то время. Мужчина протянул ей конверт с билетом. - Это приглашение на празднование победы в Хогвартсе, там соберутся все именитые волшебники страны, будет устроен бал. - Благодарю министр, но не думаю, что мне там будут рады, - грустно улыбнулась девушка. - То, что ваши родители выбрали не столь достойный путь, не ставит клеймо на вас, - уверенно проговорил волшебник. Когда она вышла из кабинета, зал ожидания был полон авроров и министерских чиновников. Среди них была и золотая троица, а еще целый выводок рыжего семейства. Панс готова была поклясться, что видела, как сильно Уизлета сжала руку Поттера, когда увидела ее. - Мисс Паркинсон, - голос молодого стажера Аврората отвлек ее от поединка взглядов с очкастым. - Вы уже подготовили статью к празднику? Светлые вьющиеся волосы, милые ямочки на лице. Ну почему она не клюет на эту милоту? - Саймон, рада видеть тебя, - она улыбнулась парню. - Пока только черновой вариант у министра, но знаешь, подвигов там мало. Слизеринка кожей ощущала тяжелый, пристальный взгляд главы Аврората. - Вы решили писать о чем-то другом? - его кучеряшки были столь очаровательны и падали на лоб молодого человека. - Я пишу правду, - Панс держала в руках папки. - Извини, мне нужно в хранилище вернуть документы. - О, прекрасно, - еще шире заулыбался ангелок. - Можно я провожу вас? Девушка хотела ответить согласием, но низкий мужской голос опередил ее. - Я сам провожу мисс Паркинсон, - тон Поттера пугал своей строгостью. - Возвращайся к остальным и ожидайте министра. Рука Гарри легла на ее локоть и больно сжала. Избранный, казалось, не обращал внимания на удивленные взгляды своих друзей. Рон и Джинни звали его, но бесполезно. - Я скоро вернусь, - проговорил Гарри не глядя в их сторону. А Панси пребывала в ступоре от шока и поведения гриффиндорца. Ей удалось избавиться от жесткой хватки его руки и она ускорила шаг. Они шли по широкому коридору в сторону нужного отдела. Снова гробовая тишина и ни одной живой души. Девушка чувствовала, как взгляд очкастого прожигает ей дыру в затылке и заднице. - Что, Паркинсон, зрелый член надоел, и теперь решила попробовать зеленый? - голос мракоборца охрип. Сжимая руку в кулак, девушка решила игнорировать это оскорбление. "Еще немного, Панс, и все это закончится". - Если хочешь поговорить о чужих хуях, то я не лучший собеседник, Поттер. Неожиданно ее крепко схватили за руку, теплые пальцы закрыли рот, чтобы она не закричала. Взмах палочки и с треском распахнутая дверь пустого кабинета, больше похожего на кладовку. Все произошло так быстро и девушка не сразу сообразила, что она оказалась прижата к двери таким знакомым телом. Они стояли в темноте пыльного, небольшого помещения и шумно дышали друг на друга. Гарри с силой сжал ее запястья. - Что ты творишь, Поттер? Немедленно отпусти меня, мне больно! - Панси вырывалась и дергалась, но он был гораздо сильнее ее. - Тебе же нравится боль... милая, а ведь я могу и посильнее, - Поттер прижимал ее так сильно, что становилось трудно дышать. "Да что с ним такое? Он же всегда был сдержан раньше". Но тут ее отвлекли грубые тиски его рук, причиняя сильную боль. - Айй... - она громко всхлипнула. Девушка начала лягаться ногами. - Разве Аларикус не подвел тебя к грани? Или тебе стало этого мало? - хриплое рычание зверя опаляло ее лицо. "Как он смеет!" Эмоции и обида, что сдерживались так долго, прорвали плотину ее гордости и упрямства. Еще немного и он повредит ей сухожилия. У нее не осталось сил для борьбы, для имитации уверенности и силы. Слезы потекли по щекам девушки, а тело стало сотрясать дрожь рыданий. - Мне не... нравится... боль! И никогда... не нравилась! Ты во всем виноват! И больно мне из-за тебя! Так... что хочется выпить яд и умереть! Она перестала сдерживаться и крепко схватила Поттера за мантию, пытаясь ударить кулачками в грудь. Слизеринка не отталкивала его, наоборот прижималась мокрым от слез лицом, отдаваясь этой истерике. Гарри отпустил ее руки, замерев на месте. Его словно окатили ледяной водой. Что же он творит? Удивительно, но сейчас, эта острая на язык слизеринская стерва, оказалась хрупкой, слабой женщиной, нуждающейся в утешении и ласке... Ей было больно, и эту боль причинил он. Внутренний голос шептал мужчине, что это предел, который он искал. Руки избранного обхватили ее хрупкие плечи, прижимая к своей груди сильнее, впитывая дрожь и рыдания. Она что-то бормотала, потираясь щеками о ткань мантии. Нос девушки вдыхал этот дурманящий запах, прогоняя тоску и тревогу. Маленькие ладошки пробрались через мантию, ощущая тепло сильного тела, ногти царапали кожу через рубашку. - Гарри... - всхлипы прекратились, она шмыгнула носом. - Я не спала с ним и не собираюсь делать этого, - Панс тихо говорила ему в грудь, которая перестала двигаться, она ощущала сильные удары его сердца. - Он опасен и что-то замышляет... а мне... страшно, - она закрывает глаза, принимая, наконец, то, что отвергала так долго. - За тебя... Для нее все перестало существовать, только губы и язык, что пленили ее в настойчивом танце. Поцелуй был полон обоюдного голода и жажды. Руки Поттера прошлись вдоль ее тела, прижимая к двери сильнее. Девушка опустила ладошку на горячую твердость, что грозила проткнуть ей живот, пальцы сжали плоть через ткань. - Панси... Гарри с хрипами оторвался от ее губ. Он был готов овладеть ею прямо здесь. Если она будет дальше мучить его такими ласками, то это завершится мокрыми брюками. - Не здесь... - прохрипел он.

***

Панси не особо помнит, как крепко герой держал ее руку, ведя в зал с каминами, как удивленно смотрели случайные прохожие... им было все равно... Знакомая квартира, зал и окна в полный рост. Они не сдержаны. Это началось в камине, а потом остатки мозга отдали приказ переместиться на софу. Круглые очки улетели в неизвестность. Поттер посадил ее на себя сверху, сорвав мантию и избавляя девушку от пиджака. Кажется, он порвал ширинку своих брюк, выпуская каменный член. Блузка была разорвана нетерпеливыми руками. Пальцы впиваются в плоть груди и язык с зубами приступают к пытке. - Ахх... я не смогу сдерживаться... не сейчас, Гарри. Секунды три он смотрит в ее затуманенный желанием взор. - Хорошо. Она хочет раскрыть его рубашку, чтобы коснуться кожи, но слишком ослабла. Гриффиндорец приходит ей на помощь, с треском разрывая ткань, пуговицы при этом разлетаются по комнате. Он просто сдвигает ее трусики в сторону, не желая причинять даже минимальной боли. Гарри не желает сейчас ничего... кроме нее. Оба одновременно громко выдыхают, когда член погружается до основания в горячее лоно. Мужчина чувствует эти плотные тиски и видит, как она чуть морщится от слишком глубокого проникновения. Она не спала ни с кем все это время... только с ним. Гарри сильно сжимает ягодицы девушки, насаживая ее на себя. Он оглядел потемневшим взглядом тело, что извивалась на нем. "Все это только для него..." Мокрые звуки, хриплое дыхание и стоны продолжались. Голова Панси откинулась назад, когда он выпрямил спину и прижал к себе сильнее ее тело. Падение в удовольствие было столь желанным и ожидаемым, что она вцепилась в его волосы, издавая низкий, протяжный стон, который только усилил ее оргазм. - Боже... Поттер догнал ее после нескольких глубоких толчков. Он крепко зажмурил глаза, вскрикнув, а потом впился в губы девушки, крича ей в рот. Панс без сил упала на него. Морально и физически истощенный организм требовал отдыха. Они не разрывали связь своих тел. Гарри было плевать на свои очки и их судьбу, он пальцами перебирал локоны ее волос, смотря прямо перед собой. - Ты моя... Панси, - это было утверждение, не вопрос. Но слизеринка все равно окончательно подтвердила: - Да.