А так хочется

      — Наруто Узумаки, знаешь ли ты, что я и твой наставник Какаши знакомы с твоими родителями? — в привычной раскрепащенной манере говорила женщина, — Твой отец был действительно умным, продуманным, решительным и здравомыслящим деректором. Мы все его уважаем и ценим всё, что он сделал для мира. — К чему это, госпожа Цунаде?! — нетерпелось узнать юноше, что же это за важный разговор такой, который заставил эту женщину так всерьез задуматься и аккуратно подвести к ней Наруто. — Я хочу, что бы ты поехал на границу вместе с Какаши. Паренёк даже, на удивление, не возникнул, а видно пытался прийти в разумное чувство. После одного услышанного предложения так много мыслей полилось в голову Узумаки, что, казалось, они напрочь смыли самые разумные и здравомыслящие. Он думал над этим даже после того, как вернулся домой.       Узумаки понял, как был растроен. Растроен и зол на себя за то, что так хотел покончить с Хатаке, но не смог противоречить решению Цунаде и поддался судьбе. Столько раз судьба пинала Наруто. Наносила самые больные удары в спину и выгрызала душу. Так почему в этот раз он решил ей довериться?       Юноша как можно дольше оттягивал момент отъезда, но вот уже садился в поезд. В купе со своим учителем и ещё двумя сопровождающими. Наруто кивнул знакомым лицам и проигнорировал Какаши. Со вчерашнего дня в голове крутилась лишь одна фраза Цунаде: «Твой отец бы этого хотел». Но чего? Не понимал юноша.       До границы путь был не близкий, так что все обустроили места под себя. Сакура даже наклеила праздничные гирлянды в честь приближающегося нового года. Зажгла свечи, которые Саске постоянно пытался поставить ровно, чтоб те снова не упали. Сенсей, так привычно для всех, задумавшись о чем-то своём, смотрел в маленькую подозрителеную книжонку. Моментами сжимал в руках её страницы, отгоняя ужасные мысли или вспоминая что-то приятное. Наруто же, вынужденно устроился на верхнем этаже над Учихой и уже планировал смачно шлёпнутся на его живот во время сна.       Все затихли часам к двенадцати. Наруто начал понимать, как хорошо, что тётушка Цунаде отправила вместе с ними ещё двоих. Разговор у них состоялся продуктивный, а Какаши и Наруто поочередно вносили в неё свою лепту. Эта парочка быстро уснула и Узумаки оставалось случайно поглядывать наискось, на кровать Какаши сенсея. Юноша начал рассматривать его скулы, чётко выраженные даже под маской. Незаметно для себя, отмерял длину его ресниц. Смотрел на выражение взгляда, лениво проходящегося по знакомому тексту. Сердце паренька забилось сильнее и уже не давало покоя владельцу. Словно влюбился заново. Но в красоту ли?       Наруто все помнил. Как эти немного грубые руки, но изящные длинные пальцы, служили его опорой. Как эти глаза были единственными из всего мира, кто смотрел на него и восхищался. Помнил слёзы, иногда выступающие на короткие ресницы. И как, проводя пальцем по влажным губам, по венам, словно ток, стремительно било возбуждение. Юноша снова вздрогнул. В душе расплылась тёплая частичка чего-то родного и очень приятного. Узумаки больше всего боялся этого чувства. Боялся, что вновь его почувствуя, уже не сможет опустить прошлое.       Хатаке уснул позднее всех. Хотя, учитывая лучи, которые били в глаза, только увидевшие сон, можно сказать, что учитель и вовсе не спал. Сакура завороженно смотрела в окно на стремительно проносящиеся мимо деревья и холмы. Саске досыпал, уютно устроившись на её плече. Какаши оглядел свободную кровать, на которой вчера так сладко похрапывал Узумаки и, не застав его на месте, ринулся к выходу из купе. Не успел мужчина дотянуться до ручки двери, как та распахнулась. — Кого-то потерял? — озадаченно спросил златоволосый юноша, сразу же замечая беспокойство на лице сенсея. Запирая за собой входную дверцу, Наруто устроился на своем спальном месте. Раскидал подушки вокруг себя, взял в руки широкую книгу и проследил за парочкой, выходящей из купе. Как только дверь за ними захлопнулась, Узумаки настороженно оглядел учителя, который вернулся на свою нижнюю кровать. Но ничего из происходящего в настоящем мире сейчас не волновало пепельноволосого. Он так же быстро и легко погрузился в чтение, как обычно пробуждается ото сна. Так же быстро выпивает горячий стакан ароматного кофе по вечерам. Наруто постоянно говорил, как плохо злоупотреблять крепкими напитками перед сном, но знал, как сложно сенсею даётся вечер без эспрессо. Он продолжал замечать в Хатаке каждую мелочь. Вспоминать такие незаметные для Какаши, но важные для Наруто вещи. Не мог не думать о распорядке его дня, фактически, проживая с ним в одной комнате. Юноша пытался отстранить все мысли и сконцентрироваться на сюжете своего чтива. В таких бесполезных попытках прошло ещё пол дня. И уже с маленького окошка «каюты» были видны блеклые лучи зимнего солнца.       Жалкий эгоизм Саске вновь вывел его девушку из состояния равновесия. Хотя Сакура и была обидчива, но это ранило её больше всего. Она снова начала загоняться по поводу того, что её молодой человек не хочет меняться ради неё. Сделала вывод, что этого не хочет никто. От сюда и то, что никто её не любит и любить не будет. Наруто уже давно отложил своё занятие, поставив на главное место поддержку подруги. Вдвоём они направились в буфет. Юноша накормил несчастную даму, рассчитывая на то, что это поможет ей отвлечься и расслабиться. Сам, краем уха слушая всю историю с самого её рождения, оглядывал столовую и искал то, что хорошо бы легло ему в руку. Хотя проблемам Харуно было не сравниться со сложным детством Наруто, он всё же сочувствовал ей и дал пару советов как лишиться плохих мыслей. Но легко было сказать… А по факту, сам не справлялся. Надо отметить, что Какаши всё время пытался выбить из головы Наруто значение безысходности. Он твердил: «такого вообще нет и быть не может!». Хатаке был бы рад, если бы это объяснили юному ему. Ведь лишь из-за этого, молодому человеку пришлось пережить много неприятных и ужасных событий. Это приносило несчастье, а Какаши пытался держать Узумаки подальше от несчастья. Но что уж сейчас говорить? Хатаке кажется, что Наруто давно выкинул его из своей головы, причём очень быстро и легко. Вместе со всеми его советами, нравоучениями и поддержкой. Как бы сильно это пытался показать и сам Наруто, к приходу в купе, юноша держал в руках две чашки Латте. Для кого же? Златовласый поставил один разбавленный экспрессо на тумбу, между двумя спальными местами. Молча покинул поездную комнату, утащив за собой сенсея. Вручил ему ароматный напиток и прислонился к двери. — Эй, — произнёс Какаши через время, неловко тыкая ученика в плечо, — это мне? Наруто соизволил повернуться после того, как дослушал изливистую речь Харуно. Махнул рукой и вновь прислушался. Хатаке двумя большими напряжёнными глотками осушил кружку и начал снова окликать рядом стоящего парня. — А что случилось то? — Чшш — шепнул тот, прислоняя указательный палец к чужим губам. Этот небольшой незначительный жест заставил покрыться мурашками тело сенсея, вспомнить наконец прикосновения этого парня, из-за которых так кружит голову, — Саске обязан признать свою вину! — добавил Узумаки и его рука, не без помощи, скользнула по шее и остановилась на ключицах. Какаши не единственный, кто почувствовал дрожь от макушки до кончиков пят. Он убрал свою манипулирующую руку с запястья ученика, когда тот озадаченно взглянул на него. Хатаке уже было не интересно, что случилось у Сакуры и Саске, его волновало только то, что сейчас происходит между ними.       Наблюдая за Наруто последнее время, Какаши понимал, что его ученик больше не нуждается в помощи. Он вырос и может преодолевать все препятствия сам. Он сам научился справляться с неожиданно нагрянувшими проблемами и выбросил наконец из головы безсмысленную идеологию «безысходности». Это всё стало плодом многодневных размышлений юноши о смысле жизни и правильном расставлении приоритетов в ней. Хатаке знал, что больше не нужен Наруто. Он дал ему всё, что только мог. И, преодолев наконец свои проблемы, Узумаки научился помогать другим. А ведь когда-то этот, стремящийся к признанию общества, малец боялся и смотреть в сторону людей. И, прижав колени к голове, в уголке своей комнаты, не мог никак понять за что с ним так жестоко обошлись. ≪Ты безнадёжный.≫ — говорило сознание. ≪Ты не заслуживаешь любви.≫ — повторяло оно. А так хотелось и так хочется. Стоять со всем на одном уровне. Чувствовать рядом с собой своего человека, свою поддержку, любовь. И уже не важно какого она пола.       И всё же, поняв, кто действительно вытащил его из чёртового омута, дал второе дыхание, словно подарил новую жизнь, Наруто без лишних слов и объяснений подарил Какаши искренний благодарственный поцелуй. Без разрешения здравого сознания, вновь запустил Хатаке в своё широкое сердце.       Тебе казалось, что ты просто хочешь быть нужным, а через время понимаешь, как для тебя важны другие. Ты всё ещё закрываешься в себе, но пытаешься показать всем свою любовь. Так хотелось это сделать. И так хочется до сих пор.