Две Полоски-2

В тысячелетиями мрачных и молчаливых коридорах Цитадели, тишина которых изредка разрывалась криками мучеников, истязаемых навскими мастерами пыточных дел, теперь раздавалось веселое детское улюлюканье, топот маленьких босых ножек по черным плитам, и семенящее за ними шарканье тапочек главного иерарха. Счастливый дедушка не отходил от внучки более чем на три шага и с удовольствием катал ее на спине подвернувшихся под руку навов. Чаще всего под властную руку попадались Чунга и Чанга, латавшие очередную прореху в стене, полу или окне, проделанную маленькой ножкой или ручкой Ортьяги, которая имея наследственно недюжинную силу, применяла ее на чем ни попадя. Но ребенка не ругали – по Споку было не положено, а только грозили пальчиком и под слова «ай-я-яй» - снова вызывали горе-строителей. Ортьяга росла не по дням, а по часам. Прошло всего около года с тех пор, как поседевший врач городской больницы № 66 извлек из темноты небытия на белый свет это маленькое чудо. Чудо обожала вся Цитадель – во-первых это было первое существо женского пола в Цитадели, во-вторых она была «ми-ми-ми-ми-ми!» - как выражался дедушка: чудесные черные кудряшки опускались уже до коленок, черные глазенки оглядывали мир с живым комиссарским интересом, на белых щечках играл розовый детский диатезик. По Цитадели она всегда бегала босиком, колошматя розовыми пяточками все, что попадалось под ноги, так как обувь очень не любила. Ортега умилялся, говоря, что это досталось ей от него. Одним словом, у маленькой навы была не жизнь, а сгущенка. Которую она, кстати, обожала, сперва требуя ее еще в утробе матери, а теперь имея в своей комнате личный неприкосновенный запас. *** - Тьяша, ну куда ты убегаешь от дедушки? У дедушки ревматизм разыгрался! Он за тобой не успевает! Тьяша, надув губки, остановилась и, сильно топнув ножкой (разбив очередную черную плитку, кстати), сказала: - Я иду к папе! - Но папа работает! – Князь кашлянул, вспомнив, что ее папа с мамой полчаса назад заперлись в кабинете и сильно просили их не беспокоить. Аргументом был вбитый по самую рукоятку в косяк двери черный навский стилет. - Тьяша, а может потом? Пойдем дядю Богу проведаем! Он колбаски купил! Нава задумалась, картинно уперев пальчик в лоб. А спустя две секунды пролепетала: - Не-не-не-не-не-не-не! - и побежала быстрее. *** Молодая пара, будучи в самом разгаре «делового совещания» и запыхавшись от скорости принятия решений, услышала в дали коридора крик Князя: - Тьяша!!! Подожди! И детский радостный смех. Памятуя о том, как это бывает, пара безжалостно смела со стола бокалы шампанского, лепестки роз в мусорку и начала приводить себя в божеский вид. Когда розовая пяточка нежно снесла дверь, ее встретили немного исковерканные родительские улыбки. - Тьяша, мы говорили тебе не врываться, когда мама с папой работают? – Сантьяга, на правах мамы, первый взял девочку на руки и, развернув к себе, стал втолковывать. – А вдруг у нас тут представители других великих домов? Им пока рано с тобой знакомиться - Я пришла посмотреть на братика! - Какого братика? – недоуменно спросил Ортега. - Своего! Дядя Бога сказал, что вы мне его делаете! В комнате сразу стало тихо. *** Доминга и Тамир рубились в Контр страйк. Предсказатель выигрывал, расстреливая Тамира со спины, но вдруг отвлекся, позволив компьютерщику повернуться и грохнуть его выстрелом в голову. - Дааа! – завопил Тамир, - с тебя еще полтинник! Доминга, казалось, не слышал этих слов. Его глаза, будто покрытые туманом, вдруг прояснились, и он, глядя в упор на Богу, пожирающего колбасу, успел выдохнуть только: - Беги… *** -Тьяша, дядя Бога ошибся, - Сантьяга начал первый. – Мы не можем сделать тебе братика… - А сестренку? - Тоже не можем - Ну почемуууу… Хочу братика! – чёрные глазки увлажнились, губки задрожали, - искусством выпрашивания девочка овладела с пеленок. В разговор подключился дедушка: - А что, хорошая мысль! Ортега и Сантьяга посмотрели на него, как на врага, но Князь не заметил этого. Прикрыв глаза, он предался мечтам, где его окружала толпа маленьких навят. Они кричали – «Дедушка, дедушка!», а Князь покровительственно гладил их по кудрявым черным головкам. Получив поддержку дедушки, Тьяша засияла. Сантьяга замялся, а Ортега попытался переменить тему: - Тьяша, а давай потом об этом поговорим? - Но почему? - Разве вы не любите детей? – подключился Князь. - Любим. – Сантьяга начал злиться. Он чувствовал, что ему начали выворачивать руки. - Значит, сделайте братика для моей внучки! Вот вам задание! Пойдем, Тьяша, навестим дядю Домингу. Он подхватил наву на руки и на пороге, подмигнув озадаченным родителям, улыбнулся своей самой кровожадной улыбкой. Ортега нервно сглотнул. *** - Я не буду больше рожать! - Но ты же уже рожал! - Именно поэтому твоя очередь послужить на благо семьи! - Но у меня нет опыта! - Будет, у меня тоже не было! К тому же в такое опасное время Великий дом не может остаться без комиссара! Ортега обессиленно присел на стул, вокруг которого метался комиссар. Первый помощник уже понимал, что ему придется сдаться – если бы его уговаривал только Сантьяга, то он еще мог бы откупиться сексом и сгущенкой, но теперь, когда к уговорам подключился почувствовавший вкус жизни дедушка, который мало того, что не любил сгущенку, так за любые поползновения мог еще и испепелить… А уж любимая и единственная дочь, у которой появилась навязчивая идея о братике… Но, чёрт, как же не хотелось… И Ортега, закрыв голову руками, еле слышно выдохнул: - Я не согласная… Он поднял глаза и встретился с горящим чёрным взглядом Сантьяги… *** К сожалению, влюбленной парочке выяснить отношения сегодня было не суждено – на прием пришли очередные Кумары с очередной заявой на очередных Хамзи об очередном разделе между собой денежных средств. Порычав для порядка, Сантьяга разрулил ситуацию, а Ортега в это время смылся… Гонимый жаждой мести, первый помощник разыскивал Богу по всей Цитадели. Пока безрезультатно, ибо, внявший совету Доминги, нав уехал искать политического убежища… *** Закончив с делами, комиссар отправился на поиски Ортеги для продолжения рода, но благоверного на любовном ложе не нашел – зато там полулежал Князь, почитывающий спящей внучке доктора Спока. Санта нервно сглотнул и поспешил ретироваться, однако его остановил иерарх, не отрывая взгляда от книги, пробормотавший: - А Ортега полчаса назад крался по коридору с дубинкой… И как бы между прочим спросил меня, не видел ли я Богу? - Ага, – кивнул Сантьяга и, вооружившись наручниками, пошел по следу. *** От Ортеги шарахалась вся Цитадель – ибо жаждущий мести первый помощник не различал между примерно похожими навами нужного, и бросался с дубинкой на всех подряд. Бога же в это время попивал ром с десяткой Копыта, запершись в отдельной комнатенке «Средства от перхоти». Красные шапки смотрели на него с вопросом и удивлением. Осушив очередной грязный стакан залпом, Бога закончил рассказ: - …вот потому-то я и здесь, и смею просить убежища у самой сильной и справедливой семьи этого неблагодарного Тайного города! - И то правда - сказал Контейнер, смахнув слезу, и подлил Боге еще. Разумеется, нав приперся к Красным шапкам не поэтому, а потому, что надеялся, что в Южном Форте его точно искать никто не будет, ибо месть Ортеги страшна, а комиссара – еще страшнее. *** Увы, знаменитый красношапочный телеграф с бонусом в виде красочных подробностей Бога не учел, и уже через полчаса, некто Кочерыжка нашептывал пьяным языком на ухо фейке Вездеславе, что нав гостит с деловым визитом у великого фюрера Кувалды и его правой руки Копыта; спустя еще час Вездеслава, сидя в машине у своего любовника рыцаря ложи драконов Филиппа, рассказывала ему, что Богу собираются сделать новым фюрером Красных Шапок. А еще через два часа, рыцарь Филипп поведал великому магистру Ордена Францу де Гиру, что Тёмный двор внедрил в Южный Форт засланного казачка – Богу, и намеревается завоевать Зеленый Дом. Через 10 минут, королеве Всеславе позвонил Франц де Гир с предложением о помощи против экспансии Темного Двора, который УЖЕ разрушает Зеленый Дом. Через пять минут королева Всеслава плакалась в плечо барона Мечеслава. Через две минуты, отойдя в безлюдное место, барон набрал личный номер Сантьяги и на правах старого друга спросил коротко: - Сантьяга, что за херня? Сантьяга, до этого переворачивющий всю Цитадель в поисках Ортеги, прервался и попросил изъяснить суть херни. Внимательно выслушав, комиссар поправил свои знаменитые запонки, и, подумав, откуда у херни ноги, отправился в Южный форт. *** Как не странно, Ортега тоже отправился в Южный Форт, ибо заглянув в поисках Боги к шасам в Денежную Башню, был встречен фразой: «На правах вассалов Великого Дома, мы требуем половину от военной добычи!»; Ортега на автомате рявкнул: «Нет! Совсем зажрались, мы и так вас кормим! … А от какой добычи?». Узнав, что навы УЖЕ разгромили и разграбили Зеленый дом, предав огню Всеславу и сплясав на ее костях, Ортега, как правая рука военачальника, ринулся прямо на место событий, где мирно стоял в своем зеленом уголке Зеленый дом. Только вокруг взбудоражено метались феечки, да бравая Дружина дочерей журавля разворачивала свои стопы в сторону Южного форта, где как ей сказали, окопался враг. Ортега возглавил шествие… *** Во дворе Южного Форта, приподнимая порывами ветра пустые бутылки, завихрился Тёмный портал. Из него шагнул высокий франт в идеально белом костюме и, засунув руки в карманы брюк, пошел прямо к великому фюреру. Кувалда, почувствовав приближение злой ауры великофюрерской пятой точкой, выхватил у Боги свою кружку и засунул его под массивный письменный стол. Санта вежливо поздоровался с предводителем красных Шапок и непринужденно поинтересовался, не видел ли кто Богу. - А зачем он вам? - Видите ли, он опозорил Великий дом и лично меня… Стол мелко затрясся. - У нас его нет, – сказал Кувалда, вцепившись в стол руками. - Конечно, конечно, я вам верю. Я просто предупреждаю… Пока. - О чем? - О том, что за укрывательство предателя Великий дом разорвёт все дружеские отношения. Мозги Кувалды зашевелились, он вспомнил, что сделала с ним Всеслава за последний косяк. - У нас его нет, – пискнул великий фюрер, выразительно вращая глазами и указывая ими на трясущийся стол. – Если хотите, можете даже обыскать. - Нет, нет, нет, я вам верю и благодарю за сотрудничество, Великий дом этого не забудет. – И двумя пальцами легко приподнял стол. Бога посмотрел на комиссара с видом пойманной рыбки и так же забился в конвульсиях. - Тихо, тихо… Я тебя не убью… У меня появилась другая идея. Сантьяга присел на край фюрерского стола. - Вы знаете, что… И тут раздался грохот. Железные ворота Южного форта под натиском Дыхания дракона третьего уровня, выгнулись, сорвались с петель, и немного покружившись в воздухе, мягко легли на землю. Послышались крики Красных шапок: «Десантура! Атас! Прячь виски!». И со всех сторон на Южный форт посыпались прелестные феи Зеленого дома. Они поэтично вышибали двери и бесцеремонно вытаскивали Красных шапок из их убежищ, расставляя их как кегли во дворе Южного форта. Наряду с Миланой, феями командовал Ортега. Сантьяга, увидев своего воинственного супруга в боевом раскрасе, вжал голову в плечи. - Ну что же, нам пора, – он кивнул фюреру, взял Богу за шкирку и, захватив с собой первого помощника, направился к Цитадели, оставив Южный форт на растерзание прекрасным феям. *** - Ну, хотите, я на войну пойду? - Нет! - Ну, один поеду на зачистку Саббат? - Нет! - Посвящу свою жизнь поискам ассурской библиотеки? - Нет, ты будешь рожать! – кровожадно усмехнулся Сантьяга, нависая над Богой, распятым на холодном медицинском столе. Где то справа зловеще дребезжал инструментами Ляпсус. Наконец он обернулся: - Все в порядке, комиссар. Генетический материал готов к внедрению! В углу тихо позвякивая спицами и увлеченно повязывая новые черные пинеточки, сидел Князь и с легким недовольством бурчал: - Вы хоть бы по-навски это сделали… А то новые технологии, нужды Темного двора… Фу, королеве в глаза смотреть стыдно будет… - но вязать не переставал. - Вы что, не хотите внука? - А, что? - Князь прикинулся глухим и завязал еще энергичнее, напевая под нос: «Делают, делают, делают новых людей…»*. - НЕЕЕЕЕТ! - Подумаешь, кричит он, как масан на солнышке, – заворковал Ляпсус. – Совсем маленький шприцик… Всякие там поблажечки от Великого дома, оплачиваемый отпуск на 9 месяцев. Я бы и сам согласился… - и осекся. На него смотрели умоляющие глаза Боги. - Ну, нет, я не отниму у вас эту честь, вы заслужили… - Да, да, да, заслужил, - Ортега нервно потирал руки. - Да расслабьтесь уже! – Ляпсус смачно вдарил Богу по обнаженному мягкому месту. – Я начинаю. *** За прошедшие девять месяцев паек еды на одного нава в Цитадели увеличился в N-ное количество раз. Причем на одного конкретного нава – Бога упивался своей безнаказанностью, вытаскивая сгущенку из запасов самого Сантьяги, и откровенно опечалился, когда срок начал подходить к концу. И вот однажды консервная банка выпала из рук Боги, разбрызгивая свое сладкое содержимое. - Рожаю! – тяжело крикнул он, оседая на пол. Цитадель засуетилась. На этот раз все были готовы: и десятка гарок, подняв Богу, запихнула его в черный автобус, и кортеж направился к знакомой больнице №66. Там их уже встречал знакомый, совсем седой, молодой, подающий надежды врач-акушер. Тьяша радовалась, сидя на руках у любимого дедушки. Она поманила пальчиком врача, тот подошел и она, взяв его за шкирку, толковала: - Смотрите, я очень жду братика! Обидите его, или поругаете, я вас убью! И папа вас убьет! И мама вас убьет! А дедушка так вообще… Дедуля, пожалев побелевшего врача, легонько отодвинул от него Тьяшу: - Ну, вы правда там поаккуратнее… Они обернулись на размалеванного Богу в женском парике и платье, которого дюжие санитары пытались нормально уложить на носилки, а тот орал и вырывался… - Ну, я не гарантирую не ругать вашу маму. - Это не мама! – надула губки Тьяша, - вон мама, - и показала на высокого мужчину, стоящего поодаль, в белом. - Э… папу? - Папа вон! – махнула она рукой в сторону другого мужчины в черном. - А?.. - Вы что, глупый? Это дядя! Дядю можно бить! Папа с мамой всегда так делают! Дедушка смутился, а доктор бочком ретировался со двора и пошел готовиться принимать свои последние (уж он был уверен) роды в этой больнице… *** Кувалда и Копыто навсегда вошли в анналы истории Тайного города, как неудавшиеся, но смелые завоеватели Зеленого Дома. Боге не давали больше есть. В смысле он ел, но уже как все. Тьяша увлеченно учила братика кататься на спине у Доминги. Следом ходил Тамир, и вздыхал, что тоже таких хочет, на что получал груду проклятий от «маленькой лошадки». Дедушка преподавал навам «Основы теории воспитания доктора Спока», мечтая о том, чтобы Тёмный двор заполнился маленькими навятами и, возможно, превратился в огромный детский сад. А Сантьяга и Ортега, сделав себе на дверь табличку - «Приемные часы с 12:00 до 12:15», проводили время вместе в любви и согласии. Примечание авторов: * - Князь напевал песню группы «Сплин» - «Новые Люди»