Как твоё самочувствие ?

Мир покрыт нашими следами. Шрамы мы покрываем краской. Смотря на то, как они проповедуют гнилую ложь, я бы предпочла видеть этот мир глазами ребенка. Вещи между ними были напряженными. Тони знала, что навлекла это, когда накричала на Шерил, назвав плод – ребенка – вещью. Если оставить в стороне тот факт, как ребенок был зачат – они сами еще дети, они в начале пред-выпускного класса с огромным будущим впереди. В таком случае Шерил будет поступать в выпускной класс с новорожденным, затем посещать колледж с малышом, и где Тони здесь место? Она знала, что так эгоистично думать, но девушка не могла сдержать эти мысли. Она знала, что Шерил была права. Ей нужна терапия, по крайней мере, чтобы избавиться от тяжести в груди. Ей никогда не хотелось так срываться на Шерил. «Ты слишком громко думаешь», - тихо сказала Шерил. Тони повернулась к ней. «Ты сорвалась, но это не значит, что ты пыталась причинить мне боль или начать ссору. Я поняла, что тебя это тоже ошеломляет и пугает. Я действительно не думала о том, как ты жила до сих пор. И я извиняюсь за это». «Шер, не извиняйся. Ты приоритет, не я». «Только то, что это случилось со мной, не означает, что ты, Ронни и Свитс не были затронуты. Вы все имеете значение. С того самого момента, как я вышла из ванной, а вы спросили, все ли у меня хорошо, момент, когда Свит Пи позволил нам остаться в его маленьком трейлере после моего спасения, с того момента, как Ронни помогла мне с похоронами Джей-Джея. Вы все важны, не один больше другого». «Ты действительно самый сильный человек, которого я знаю». «Я не чувствую себя сильной сейчас, Т.Т., я чувствую себя… напуганной. Как только все случиться, я увижу это, все станет реальным. Я не хочу, чтобы все было по-настоящему». «Мы пройдем через это, Шер». Медсестра вошла в комнату с дружелюбной улыбкой. «Вы готовы?» Шерил кивнула в подтверждении. Ее рука нашла Тони и крепко сжала. Медсестра объяснила, что она делает, повернулась к монитору и взяла прибор в руку. «Не могли бы вы поднять свою рубашку для меня?» Когда девушка это сделала, медсестра нанесла гель на живот. «Оно холодное», - сказала Шерил. Тони слегка подсознательно улыбнулась и сжала ее руку. Медсестра провела ультразвуковым прибором по животу, немного напевая. Звуки стука заполнили комнату. «Это… это сердцебиение?» - тихо спросила Шерил. «Это действительно так. Хотите увидеть?» Шерил посмотрела на Тони для разрешения, потому что не была уверена. Но Тони неохотно кивнула, поэтому Шерил тоже кивнула. Медсестра повернула монитор, чтобы они увидели, и у Шерил перехватило дыхание. Слишком реально. Это было ошеломляюще. Все это делает ситуацию слишком реальной. «Ваш ребенок чуть меньше двух с половиной сантиметров и весит около четырнадцати грамм». Ваш ребенок. Она почти покачала головой. Не мой. Эта фраза ее обескуражила, от чего Рыжая еще сильнее сжала руку Змейки. Это слишком реально. «Он или она будет быстро расти в течение следующих нескольких недель». Прежде чем она смогла остановить себя, прежде чем понять, насколько реален вопрос, девушка выпалила: «Когда вы узнаете, он это или она?» Такой материнский вопрос, вопрос, который заставил ее походить на мать, которая была готова к ребенку, которая хотела ребенка. Но это не о ней. «Обычно мы можем определить пол от восемнадцати до двадцати недель. Так что в вашем случае, еще около десяти-двенадцати недель!» Она выдавила фальшивую улыбку. После короткого разговора, в основном об уходе и пренатальных витаминах [прим. переводчика: витамины другой категории, которые специально ориентированы на женщин, которые планируют беременность или беременны], и обо всем, что они обе могли или не могли заметить вовремя, они свободны. Тони все еще напряжена, Шерил это чувствовала. Рыжая начинала задаваться вопросом, есть ли способ, при помощи которого они справятся с этим. Темные времена настанут и закончатся. Временами ты нуждаешься в ее улыбке, а материнские сердца теплые и мягкие. Я бы предпочла ощущать этот мир кожей ребенка. Тони знала, что что-то не так, когда Шерил вручила ей ключи от машины. «Шерил?» Девушка просто молча села внутрь, отвернувшись от Тони, свернувшись калачиком в своей невидимой оболочке. Пока Тони ехала, мысли Шерил блуждали. У нее было три варианта, как ей казалось. Во-первых, она могла бы сделать аборт, убить ребенка и удержать Тони, но Шерил никогда не простит себя, и она боялась, что обидится на девушку и закончит отношения. Во-вторых, она могла бы отдать ребенка на усыновление, но также всегда задаваться вопросом, что с ним будет, и, если Тони даже примет беременность, она, вероятно, все еще будет обижаться на нее. Или, в-третьих, она могла бы оставить ребенка, но, скорее всего, потеряет невесту. Она не знала, что теперь делать. Стоит ли отказаться от ребенка, будь то смерть, или отказаться от его воспитания? Или сберечь ребенка, но потерять любовь всей своей жизни? Она не знала, сможет ли справиться с любым сценарием. Девушка не понимала, что плачет, пока дверь не открылась и она не увидела, как Тони стоит на коленях рядом с ней, положив руку ей на щеку. «Шерил, дорогая, что не так?» Рыжая просто отстегнула ремень безопасности и протиснулась мимо Тони, забежав внутрь. «Шерил!» Она врезалась в Свит Пи по пути. Пораженный, он схватил ее за плечо. «Эй, эй. Что не так?» Она сильно ударила его по рукам и направилась в лестнице. «Какого черта ты сделала?» - спросил он Тони, когда та вбежала. «Я? Что я сделала?! Я ничего не делала, мудак. С ней все было в порядке, потом она закрылась, потом вдруг заплакала и не выходила из этого состояния, пока я ее не коснулась. Теперь, если вы меня извините, мне нужно узнать, что с ней не так». Девушка протолкнулась мимо Змея и побежала по лестнице, сделав паузу в дверях. Она подошла к кровати и села, положив руку на спину Шерил. «Дорогая, ты можешь поговорить со мной?» Шерил перекатилась на спину и посмотрела на нее самыми печальными глазами, которые Змейка когда-либо видела. Следующие слова, которые произнесла Рыжая, похожи на удар в живот. «Ты собираешься бросить меня, не так ли?» Когда люди гладят твою кожу, ты впускаешь их внутрь. Впусти же их, пока они не ушли. Я бы предпочла жить с по-детски искренней душой.