Shatter me / Разрушь меня

      Игра была в самом разгаре. Никто не хотел уступать победу другому. На улице было уже довольно темно, но волейбольную площадку освещали фонари, поэтому у игроков не было проблем с обзором. Это был третий сет, но уже после второго Саяно перестала следить за игрой. Да, её, как в первый раз, удивила и напугала сила подачи Тоору. Она снова поразилась его умениям связуещего. Но больше она испугалась силы Ушиджимы, когда тот атаковал. Когда Ойкава-старший принял эту убийственную атаку, Сая стала беспокоиться за сохранность брата и друзей. Но они были настолько увлечены игрой, что казалось, будто даже боли не чувствовали. Но по ним было видно, что они устали и измотались. В принципе, так же, как и их противники.       Сейчас Сая и Хиро находились за пределами площадки на части «своих». Они, от скуки, стали пасовать друг другу мяч и девушка была удивлена, что мальчик так хорошо играет. А он сам про неё так сказать не мог. Иногда у неё получалось принять мяч просто замечательно, а иногда ей приходилось бегать за ним на волейбольную площадку, мешая играть парням. Пальчики у неё уже побаливали от принятия верхней передачей, но она всё равно продолжала пасоваться с братом Иссея.       Вообще, Сая не очень любила этот вид спорта. Не из-за того, что Тоору тратил на волейбол больше времени, чем на неё саму, а из-за того, что у неё совершенно не получалось играть. Как бы она не старалась, не могла принимать подачи брата, хоть он и подавал слишком слабо для его-то уровня. На уроках физкультуры она тоже не могла играть нормально, боясь дотронуться до спортивного снаряда. Тело сковывало и она просто стояла на месте, мешая играть остальным. Когда кто-то узнавал, что брат Саи — Ойкава Тоору, все отказывались верить даже не в то, что она просто не играет в волейбол, а что даже к мячу прикоснуться боится. Но у девушки было другое умение в этом виде спорта, которое она, честно говоря, редко когда использовала.       Тоору досталась львиная часть физических способностей: сила, скорость, выносливость, гибкость и ловкость. Сае же досталась хорошая память, интеллект, хитрость и способность строения действенной стратегии или тактики, будь то игра в волейбол или же какая-либо настольная игра. Тоору всем этими качествами, конечно, тоже наделён, но их отличия в том, что у него это приобретённое, а Сая с этим родилась, постепенно развиваясь в этих направлениях. Отец говорил, что у старшего сына врождённый спортивный талант, а у дочки умение обводить всех вокруг пальца передалось от матери. Про себя Саяно согласилась с суждениями отца, даже не разбираясь. Но вот про Тоору, девушка была не согласна с папой.       Брат Саи не был гением. И талантливым он для неё тоже не был. Отец судил так потому, что ему неоднократно звонили со школы и кричали о том, какой ваш сын прекрасный и невероятно талантливый волейболист. «Ага», — думала Сая, — «Невероятный». Никто из родителей не видел, как упорно Тоору тренировался, чтобы его называли так, как называют до сих пор. В собственном поте и, иногда, крови из разбитого мячом носа, он отрабатывал каждый элемент, каждую подачу и передачу, пока не услышал, как тренер сказал заветные слова: «Ты — лучший!». После этого признания, Ойкава не останавливался и шёл дальше. Выбивал пальцы, корчась от болит, падал на пол, получая синяки, но снова поднимался и оттачивал свою прыжок-подачу, свои связующие пасы и другое. И так снова он добился определённых высот — стал лучшим связующим в префектуре. А в старшей школе новое достижение — теперь он стал капитаном.

***

      Второй год обучения Тоору в средней школе. Тренировка давно закончилась и все разошлись по домам. Даже тренер. Но упёртый подросток уговорил его остаться тут ещё ненадолго, поклявшись сдать ключ от зала, всё за собой убрать и выключить свет.       И теперь, в гордом одиночестве, Тоору остался в спортивном зале. Мячи быстро летали с одного конца площадки, но, к сожалению Ойкавы, не перелетали через сетку. Он злился, ругался, но продолжал отрабатывать подачу в прыжке. Звуки стука мячей об пол перемешивались со звуком падающего мальчишеского тела. Юноша множество раз падал, но упорно поднимался, подавая снова и снова.       Очередная подача. Подброс. Прыжок. Удар. Промах. Тоору упал, не успев правильно сгруппироваться при приземлении, прикладываясь лбом и носом об спортивный паркет. Мяч приземлился рядом с головой, а его удары об пол отдавались эхом от стен, раздаваясь в ушах юноши. Ойкава почувствовал, что по губам течёт что-то мерзко-тёплое. Он лежал, не шевелясь. Не имея сил пошевелиться. — Снова… — прохрипел юноша, стараясь подняться, упираясь руками в, блестящий от света ламп, паркет, — Снова неудача. Я… ничего не могу.       В голосе сквозила подавленность граничащая с отчаянием. Тоору медленно повернул голову к мячу и стеклянным, будто бы невидящем взором, смотрел на него. Кровь продолжала капать на пол, впитываясь в ткани спортивной формы. — Нет, ещё не всё. Ещё не конец, — на негнущихся ногах юноша смог встать и подошёл к мячу, хватая в руки, — Пока я стою, я буду подавать, — он упорно посмотрел на другой конец поля.       Двери в спортзал были приоткрыты и, если присмотреться, можно было заметит два плеча с обоих сторон от прохода. Одно было выше, другое — ниже. На улице стояла девочка и парень, на несколько лет её старше, которые незаметно наблюдали за тренировкой Ойкавы. — Да у него же кровь! — громким шёпотом запричитала она, подглядывая сквозь щель, — Ивайзуми-кун, так больше не может продолжаться! Ты как хочешь, а я больше не могу наблюдать, как он мучается! — Сая, а ну-ка стой, — парень ухватил её за плечо, не давая ей открыть дверь шире, чтобы раскрыть их нахождение тут, — Посмотри ещё немного.       Маленькая Саяно хотела возразить другу, но увидев его серьёзный взгляд стушевалась, отступив. Девочка не понимала, чего добивается её брат такими изнуряющими тренировками, и чего добивается Ива, наблюдая за всем этим. — Сая, смотри внимательно, — Хаджиме пропустил девочку чуть вперёд перед собой, позволяя посмотреть, что творится внутри спортзала, — Очень внимательно смотри.       Саяно послушно выполнила просьбу. Вот Тоору снова занял позицию на подачу. Девочка внимательно всматривалась в брата, но в этот раз в нём что-то поменялось. Своим взглядом она нашла его глаза и увидела, что в них горела уверенность. Спина была прямая, ноги напряжены и были готовы к прыжку, не смотря на усталость. Тоору утёр полом футболки кровь с носа. И вот снова.       Разбег. Подброс. Прыжок. Удар и… — Ивайзуми-кун, да он же взлетел! — восхищённо вскрикнула Сая, наблюдая за каждым движением старшего брата, забывая об их с другом конспирации, — Невероятно!       И рука соприкоснулась с мячом, а после он, с бешеной скоростью, понёсся на другой конец площадки, преодолевая волейбольную сетку.       Тоору грациозно приземлился на ноги. На каких-то несколько секунд юноша замер, наблюдая за полётом мяча. Когда он упал и, ударившись об пол, отскочил, Ойкава неверящии взглядом посмотрел на свою ладонь. Она была вся красная и горела, словно в Адском пламени. Тело юноши вмиг ослабло: рука безвольно опустилась, колени подогнулись и через секунду Тоору уже сидел на полу. — Этот придурок добился своего, — высказался Ивайзуми, но в голосе не было злости, а лишь гордость за лучшего друга, — Поэтому я и просил не вмешиваться. А он упорный, засранец.       Но Саяно не услышала слов Хаджиме. Она сорвалась с места, вбегая в спортзал и пересекла площадку, оказываясь рядом с Тоору. Скрип подошвы об паркет наполнил зал, но до Ойкавы-старшего он добирался будто бы сквозь вату. Сая споткнулась и проскользила коленками по полу, останавливаясь рядом с братом. Тоору резко обернулся и смирил удивлённым взглядом сестру. — Как ты? — обеспокоенно прошептала Саяно, доставая из кармана своей розовой толстовки салфетки, — Господи, какой ужас, — она выудила оттуда сразу несколько белых платков и принялась вытирать лицо любимого брата от крови.       Тоору был не в состоянии выдавить из себя ни слова. Он лишь наблюдал, как младшая сестра хмурится, вытирая его кровь. У юноши не был сил даже шипеть от боли, когда Сая задевала болючие места. — Вот, — закончив, девочка скомкала грязные салфетки и засунула их обратно в карман, — Так-то лучше.       Теперь лицо Ойкавы-старшего было, более менее, чистым. Тоору выдохнул и только хотел поблагодарить младшую сестру за помощь, как она кинулась на него, обнимая за шею. — Твоя последняя подача… она была невероятна! Ты… Ты… Ты будто бы взлетел! Представляешь? Ты так высоко подпрыгнул, словно это не составило никакого труда. Так высоко оторвался от земли… А размах руки! Прямо как по телевизору профессиональные волейболисты замахиваются, — голос Саяно был полон восхищения и очарования.       Девочка отстранилась от Тоору и тут к ним подошёл Ивайзуми. Молча, Ойкава-старший повернул голову к лучшему другу. — Сая права, — будто бы нехотя отозвался Хаджиме, смущённо отвернувшись в сторону, — Это была грандиозная прыжок-подача.       Тоору продолжал молча сидеть, удивлённо хлопая глазами и переводя их с друга на сестру, и обратно. Только Ивайзуми хотел треснуть Ойкаву-старшего за такое невежливое молчание, как юноша резко вскочил на ноги. — Вы это видели?! Видели? Да я же наверняка выглядел неимоверно крутым со стороны! — радостно раскричался Тоору, — Наконец-то у меня это вышло!       И тут Ива взорвался, влепив лучшему другу подзатыльник. — Да ты сколько раз по полу катался, а тут одной подаче радуешься! — возмущённо выпалил Хаджиме. — Ива-чан, да ты просто завидуешь, — язвительно заметил Тоору, гаденько усмехнувшись. Юноша снова получил подзатыльник, зашипев от неприятных ощущений.       Громкий смех Саи разлетался по всему залу, заставляя Тоору и Ивайзуми посмотреть на неё. Ей стало так смешно от этой перепалки лучших друзей, что она даже завалилась на спину, держась за живот. Но тем не менее, Саяно была очень рада, что её старший брат добился успеха.

***

      Сая, удачно отбив пас Хиро, на секунду обернулась, чтобы глянуть, чьи сейчас подачи. Как она слышала по отрывкам диалогов между Тоору и Ивой, через одно очко у них должен быть сет поинт и они выиграют этот матч. Но сейчас подавал Вакатоши, поэтому волейболистам Сейджо сейчас будет нелегко.       Предупредив о подаче (они играли без судьи, следовательно без свистка и сами вели счёт), Ушиджима подбросил мяч вверх и, взяв разбег, подал в прыжке. Сая внимательно наблюдала, но когда она услышала радостное «летит в аут» от Мацукавы, то проследила за траекторией мяча. Ноги сами понесли её прочь от места, на котором она стояла. Подол сарафана взметнулся вверх. Глаза закрылись от страха. Чудом успев, девушка вытянула правую руку вперёд и спасла Хиро, возможно, от сотрясения мозга. Мяч соприкоснулся с её предплечьем и, как оказалось, был подан с такой силой, что отлетел обратно на сторону Шираторизавы. В ушах раздался хруст собственных костей, но для девушки это показалось настолько оглушительным, что ноги подкосились и она чудом устояла, не упав. Как будто лучевая и локтевая кость на секунду ударились друг об друга, притираясь, а затем вернулись на свои места. «Что за чудовищная сила?» — пронеслось в голове девушки за секунду до того, как мяч только-только отбился от земли на той стороне площадки. Она зашипела от боли и прижала больную руку к груди. — Чёрт, — на грани слышимости сказала она, рассматривая вмиг покрасневшее предплечье, — Точно синяк будет. — Сая-сан, — к ней подлетел Хиро, который выглядел очень напуганным, — С-спасибо большое, что прикрыла. — Сая! — на взволнованный голос Тоору девушка среагировала мгновенно и тут же посмотрела на брата, который в секунды оказался рядом, — Ты в порядке?       Ойкава взял раненую руку сестры и бегло осмотрел. Ни вывиха, ни перелома он, к своему счастью, не нашёл. Но вот ушиб точно гарантирован. — Да брось. Всё хорошо, только синяк останется, — девушка попыталась улыбнуться, но из-за боли вышло с трудом, — Уж лучше моя рука, чем его голова, — она кивнула на обеспокоенного мальчишку.       Спустя пару минут вокруг Саи уже столпились все. И Иссей с Ивайзуми, и Ушиджима со своей командой. Иссей благодарил девушку, что спасла его младшего брата, но она его будто бы не слышала. Тоору и Саяно, будто они один человек, пристально смотрели на Вакатоши. Только вот, Ойкава-старший со злостью, а Сая с непониманием. Самому Ушиджиме был знаком такой взгляд Тоору, только в этот раз в нём куда больше нескрываемой ярости, а вот в глазах его сестры он видел что-то доселе неизвестное для него. — Сестра Ойкавы отбила подачу Ушиджимы-куна! — поражённо вскрикнул Тендо, — Вот это мастерство. Хоть в нашу женскую команду принимай. — Помолчи, — Ива кинул на красноволосого уничтожительный взгляд. — Ушивака, ты вообще смотришь, куда подаёшь? — прошипел Тоору. — Эй-эй, это игра. Никто не виноват, что так вышло, — спокойно сказал Семи, — Главное, что никто не пострадал… — светловолосый замялся, посмотрев на девушку, которая с трудом разминала запястье, — Сильно…       Начался галдёж между волейболистами. Кто-то выкрикивал, что нужно было вообще убрать с площадки людей, а кто-то, что силы нужно распределять на удары правильно. Под весь этот шум, Сая ретировалась к лежащим на земле вещам, в частности к своей сумочке. Усевшись на чей-то рюкзак, прямо на землю, она достала из сумки бутылку с водой, которая, что удивительно, была ещё довольно прохладной. Она незамедлительно приложила её к горящей на предплечье коже. Сейчас, почему-то, стало ещё больнее. «Да как так сильно можно подавать?» — негодовала девушка, опустив голову вниз. Саяно искренне радовалась, что её реакция сработала вовремя и она сумела подставить руку под мяч. Но теперь так жутко больно. Сая чуть слышно всхлипнула, продолжая держать прохладную воду у пострадавшей руки. Но спустя пару секунд до слуха донеслись звуки остановившихся шагов рядом с ней. Она посчитала, что это Тоору, поэтому продолжила сидеть опустив голову вниз, пряча лицо за волосами. Глаза слезились, но она сдерживала порывы заплакать. — Извини, — раздалось где-то над ней и от этого грубоватого голоса Саяно вздрогнула, — Извини ещё раз, я не хотел, — но на этот раз в голосе Вакатоши чувствовалась вина.       Вина за то, что пострадала женщина, фактически, от его рук. Сая подняла на него красные от подступающих слёз глаза и с холодной яростью посмотрела. На этот желчный взгляд спадали локоны каштановых волос, но они не мешали разглядеть лицо Ушиваки. — Бывает, — снова прошипела девушка, сжимая пальцы на пластиковой бутылке.       Вещь издала характерный жалостливый звук. От её тона и этого взгляда, зрачки парня почти неуловимо сузились. Так злобно девушки на него никогда не смотрели. Можно научиться полностью скрывать эмоции и всегда оставлять железное выражение лица, но глаза… глаза не дадут соврать. По ним всё видно, всё понятно, всё заметно. Глаза — зеркало души. Но в Сае было слишком много злости, чтобы заметить что-то в другом человеке.       В академии среди учениц Вакатоши был, наверное, как и Тоору в Сейджо. Девушки провожали его спину восхищёнными взглядами и не упускали возможности пофлиртовать. Но Ушиджима, в отличии от Ойкавы, всегда уходил как можно скорее от поклонниц и никогда не проявлял знаки внимания в ответ. Ему девушки были совсем неинтересны.       Не найдя больше слов, Вакатоши развернулся и пошёл к своей команде, заканчивать начатую игру. Но Ушиджима был остановлен тихим голосом Саяно. — Если те, кто играют против тебя, испытывают такую же боль, как и я сейчас, — Сая холодным взглядом буравила его затылок, — То их можно назвать железными людьми, ведь они продолжают стоять на противоположной от тебя стороне сетки. Твои удары, по истине, чудовищно сильны.       Ушиджима промолчал и просто пошёл дальше. Её слова ничего в нём не тронули. Но всё же, какой-то осадок от них остался. Ушиджима задумался. Действительно ли настолько больно принимать его подачи или Сая сказала так, потому что неподготовлена. «Она девушка», — сурово подумал Вакатоши, — «На поле стоят подготовленные игроки и им должно быть без разницы, с какой силой летит мяч».       Игра продолжилась. Каждая команда не упускала возможности забить другой, поэтому разрыв в два очка никак не удавалось заполучить никому.       Сая сидела тихо, словно, действительно, была мышкой. Тоору изредка бросал на сестру обеспокоенные взгляды, но она даже не смотрела на площадку. Ойкава-старший старался откинуть ненужные мысли, пока идёт игра, и пытался оставаться хладнокровным. Но волнение за сестру имело место быть. Его переживания не скрылись от глаз Шираторизавы.       Когда контрольный мяч снова получила Аобаджосай, все игроки полностью окунулись в игру. Воспользовавшись моментом, Саяно забрала свою сумку и, незаметно для всех, покинула волейбольную площадку. — Нечего мне тут делать, — ядовито выплюнула девушка, покидая спортивный парк Мияги.       Она скосила холодный взгляд на волейбольное поле, где играли ребята, когда проходила мимо забора. В сердце змейкой поселилось огорчение с примесью обиды. — Да что бы я ещё раз, — яд, который сочился в голосе, заставлял испугаться даже саму Саяно, — Что бы я ещё раз приблизилась к Ушиджиме! Никогда.       Первое впечатление бывает обманчивым, но Ойкаве не хочется больше видеться с этим человеком. После сегодняшнего, хоть это было и случайностью, но у Саи появился какой-то внутренний барьер к Ушиджиме.