Время

–Ну как? Испытай всю ту боль, которую испытали мы — Пожиратели. –Вставай! –Фернир схватил девушку за бока и оставил там следы от ногтей. Тело пронзила боль и в следующее мгновение оборотень тряс шатенку за плечи и громко смеялся: –Не отделаешься одним шрамом! Девушка не чувствовала боли, лишь покалывание в тех местах, где Сивый касался ногтями кожи. Она лишь молила о том, чтобы кто-нибудь пришел. Драко бежал на голос Фернира и через минуту стоял позади него, метрах в пяти: –Выбрался на волю, Фернир? –оборотень обернулся и гриффиндорка плюхнулась на снег, пытаясь остановить кровь. –Драко, –он сделал паузу.–Что ты здесь делаешь в столь поздний час? –Хотел задать тебе тот же вопрос, Сивый. –Вот, гуляю…–мужчина обернулся на Гермиону. –Веселая прогулка у тебя. А сейчас убирайся отсюда, пока тебя на загребли обратно в Азкабан! –Я как раз закончил. Фернир громко рыкнул и рванул в Запретный лес, в самую чащу, и послышался хлопок трансгрессии. «Верно, оборотни могут трансгрессировать», –подумал Драко, приближаясь к Гермионе. Руки были изувеченны, на лице красовалось две раны, а на талии вся рубашка была алая. –Грейнджер, –парень сел рядом с девушкой и заглянул ей в глаза. Она плакала беззвучно.–Ты слышишь меня? Гермиона взглянула на Драко и качнула головой. –Встать сможешь? –А сам как думаешь? –еле слышно спросила гриффиндорка. В следующее мгновение Драко поднял Гермиону, и схватил ее под локти, чтобы не упала. «Трансгрессия здесь не пойдет, хотя можно попробовать. Это рискованно, но другого выхода нет.» Драко собрался с силами и трансгрессировал на дорожку Малфой-Мэнора. «Вот почему в дом нельзя трансгрессировать?» –спросил себя парень и понял, что силы девушки окончательно иссякли и она упала в обморок. «Ещё одна проблема на мою голову. Отец меня прибьет, хорошо, что он в Азкабане.» Через минуту Драко зашёл в дом с Гермионой лежащей на руках: –Твинки! –крикнул парень и ровно через секунду перед ним появился домовик. –Твинки слушает, сэр.–Существо уставилось на девушку. –Нарциссе ничего не говори, я сам утром скажу ей, что я приехал. И домовик исчез, так же как и появился. Драко зашёл в одну из комнат Мэнора и положил Гермиону на кровать: –Грейнджер, я не собираюсь с тобой няньчиться. Малфой посмотрел на Гермиону, но она и впрямь была в очень плохом состоянии. Малфой ушел за зельем и оставил шатенку одну, а очнувшись, она не поняла где находится, но потом вспомнила: –Нет, только не Мэнор, –шепнула Гермиона и в следующий миг ужаснулась от увиденного.–И это я?! Конечно, это был риторический вопрос, но девушка вновь заплакала от вновь пришедшей боли. Вскоре в слабоосвещенную комнату вошёл Малфой: –Опять ревешь, –сказал он твердым голосом, держа в руках зелье. Он подошёл к Гермионе, которая по прежнему сидела в полном ошеломлении: –Я справлюсь сама! –Ага, гордость не позволить. Слизеринц подошёл, закатив рукава: чтобы не испачкаться. –Ты не понимаешь как тебе повезло, Грейнджер, –и подошёл к кровати, сев на край. Она молчала, лишь пристально следила за каждым движением Драко. –Ты что, совсем сдурел? –вскричала Гермиона, когда Драко начал растегивать пуговицы на рубашке, чтобы было легче обработать раны. –Ой, Грейнджер, не будь занудой, чего я там не видел! Если хочешь умереть, то продолжай сопротивляться дальше! Драко отчаянно боролся с Гермионой, пока она не отступила. Девушку трясло. Драко растегивал рубашку и постоянно находился на стороже. «Господи, Грейнджер — как снег на голову!» –у него заметно тряслись руки. Сняв рубашку, оба дёрнулись. –Ложись, — и шатенка послушно легла. Драко касался царапин, а от боли девушка тяжело дышала и стонала. Малфой посмотрел на гриффиндорку, которая плакала и дергалась каждым прикосновением. Парень медленно капал зельем на раны, которые находились на животе и боках: –Тише…–Драко говорил шепотом, когда Гермионе было слишком больно, от чего грудь вздымалась ещё чаще и шатенка начинала вертеться. –Больно, –Гермиона говорила сквозь зубы, когда Малфой залечивал последнюю царапину на боку. Места куда попадало зелье жгло, как будто их касались языки пламени. –Успокойся и не шевелись. Дай руку. Парень взял руку и начал капать жидкость на кровоточащие места: –Если ты не будешь дергаться, я быстрее тебя вылечу. Гермиона следила за каждым его движением и заметила метку на предплечье, которая в свете луны выглядела устрашающе. Рельев выпирающих вен завораживал. –Ты тоже убивал? –шепотом спросила Гермиона. Такого вопроса Драко не ожидал и даже на секунду остановился. –Нет, –твердо ответил юноша. –Тогда зачем? –Так надо было. Я не убивал, а лишь пытал, но это была не моя воля, –более спокойным голосом произнес Малфой. –Ты же мог… –Я не мог, –он поднял глаза на Гермиону, закончив с руками и не дав ей договорить.–Он бы убил Нарциссу… У Малфоя на мгновение затряслись руки и он опустил глаза. Драко спустился на корточки, сев прямо напротив Гермионы, рассматривая порез на плече, около шеи. Девушка убрала голову, и парень коснулся царапины от чего гриффиндорка зашипела: –Давай уже быстрее. –Терпи, место для ран не из приятных.