Волшебный Ривердейл.

      Фред Эндрюс держал магазин мантий в Косом переулке со времен окончания им школы. Эта лавка принадлежала его семье уже много поколений, и он всегда знал, чем будет заниматься в будущем. Именно у него все покупали повседневные, парадные и школьные мантии. Любой размер, любой цвет и любая цена — именно это привлекало покупателей. Конечно, период высоких продаж приходился на август, но перед Рождеством тоже было достаточно желающих. Совсем недавно парадную мантию для своего отца приобрел Чарльз Джонс, заодно рассказав, что творится в школе. Фред очень переживал за сына и жену, находящихся в Хогвартсе, но рассказ Джонса немного успокоил его, ведь исчезновения начались позже. В этот ничем не примечательный день магазины в Косом переулке работали в своем обычном режиме. Улицы не были забиты волшебниками, но все же несколько десятков людей находилось здесь. — Мистер Эндрюс! — На пороге магазина мантий появилась голубоглазая блондинка о светлыми волосами. — Доброе утро! — О, Полли, здравствуй! — Мужчина усмехнулся, оценив вид девушки. — Ты прожгла очередную мантию, не успел начаться рабочий день? Девушка покраснела и опустила глаза в пол. — Знаете, я не знаю почему так получается, но рецепты некоторых снадобий совсем не даются мне. — Она грустно посмотрела на Фреда. — Это моя пятая мантия за два с половиной месяца. — Ничего, подберем тебе парочку новых.       Фред достал пару черных строгих мантий с вешалки и протянул Полли. За годы своей работы в магазине он мог без примерки сказать какая и как будет сидеть на том или ином волшебнике. Эти мантии были точно сшиты по Полли. — Спасибо, мистер Эндрюс. — Девушка протянула ему несколько серебряных сиклей и подошла к прилавку с парадными мантиями. — Новые? — Да. Только сегодня разложил. Симпатичные? — Очень! — Полли дотронулась до ярко-фиолетовой мантии из какого-то неизвестного ей материала. — Эта потрясающая. — Так возьми ее себе. — Сказал Фред. — Будет тебе моим подарком на Рождество. — Мерлин! Спасибо, мистер Эндрюс! Полли взяла мантию и прижала ее к себе. Она была очень приятной на ощупь. — Надену ее на Рождество в Ривердэйле! — Улыбнулась мисс Купер. — Мне пора! Мистер Малпеппер будет ждать. Спасибо Вам за все, мистер Эндрюс! Полли выбежала из дверей магазина Эндрюса, когда услышала крик, который заставил ее замереть. — Неопожиратели!!! — закричала пожилая волшебница, выбегая из соседнего с магазином кафе-мороженого Флориана Фортескью.       Тут же началась паника. Практически все выскочили наружу в надежде выбраться из Косого переулка как можно быстрее. Фред схватил за руку Полли и втащил ее в магазин. Он велел ей сидеть тихо, а сам осторожно выглянул на улицу, держа свою палочку наготове. По улице шли волшебники в приметных белых мантиях. Неопожиратели, как называл их. Последователи Того-Кого-не-Ждали. — Как они проникли сюда? Что им нужно? — С ужасом спросила Полли.       Фред не стал отвечать девушке, потому что ответ бы ей не понравился. Неопожиратели искали среди волшебников полукровок и магглорожденных, а Полли принадлежала именно к такой категории. Именно поэтому он велел ей сидеть тихо и не высовываться. Сами же неопожиратели явно были готовы к нападению. Они как будто знали кто чистой крови, а кто нет. — Полли, не смей выходить отсюда! Я скоро! — Строго сказал Фред и выбежал из магазина, ведь на улицах Косого переулка начиналось настоящее сражение. Неопожирателям был дан настоящий бой, и мистер Эндрюс не мог остаться в стороне. — Остолбеней! — Крикнул он и один из нападавших упал в оцепенении на землю. — Экспульсо! — Эндрюс откинул другого на несколько метров.       Вокруг была настоящая бойня, но неопожирателей было куда больше, а часть мирных волшебников, находившихся в Косом переулке на момент нападения была пожилыми людьми с совсем маленькими детьми. Фред Эндрюс справлялся отлично. Он видел как отбиваются другие владельцы магазинов. Олливандер и потомки семьи Уизли, владеющие магазином приколов. Мистер Эндрюс просто не заметил, как сзади появился один из неопожирателей. Именно его парализовал Фред, пока разбирался с другими. — А говорят, Эндрюсы — чистокровные. — Сказал он. — А ведешь себя как жалкий грязнокровка. Думаю, ты также достоин смерти! Вошебник навел палочку на Фреда и прежде чем тот успел что-либо сообразить, крикнул: — Авада Кедавра!       Из его палочки вылетел зеленый луч, и Фред уже мыслями ушел к Мэри и Арчи, прощаясь с жизнью, но ничего не почувствовал, а только услышал пронзительный женский крик и как падает на землю тело Неопожирателя. Когда он поднялся с земли, то зажал рот, чтобы не закричать. Безжизненное тело Полли Купер лежало прямо перед ним. Именно она приняла на себя весь удар смертельного заклятья. — Полли! — Он звал ее, но понимал, что она больше не ответит. — Что же ты сделала, девочка. — Шептал он, прижимая ее голову к своей груди. Слезы застилали его глаза. Он так и просидел, пока в Косом переулке не появился отряд мракоборцев во главе с Томом Келлером. О дальнейших событиях Фред Эндрюс почти ничего не помнил.

***

      Похороны Полли Купер проходили на кладбище Ривердэйла. Организацией занимались Чарльз и Фред, так как Элис с тех пор как узнала о смерти дочери не произнесла ни слова. Она не отвечала на вопросы, не ела, а просто сидела на месте и смотрела в пустоту. Даже с Чарльзом, которого всегда любила чуть больше дочерей, она говорить отказалась. Полли хоронили по всем традициям похорон в волшебном мире. Гроб, накрытый гербом факультета Когтевран, стоял перед всеми. Полли лежала в нем, точно просто спала. На девушке была та самая фиолетовая мантия, которую Фред Эндрюс подарил ей на Рождество. В первом ряду стояли Элис, Бетти, Чарльз и все трое Эндрюсов. Чуть поодаль остальные семьи города, которые прекрасно знали Полли Купер. Бетти не могла остановить поток слез, Чарльз прижимал ее к себе, хотя и сам готов был зарыдать. Элис не плакала, но лицо ее словно почернело. Фред Эндрюс крепко прижимал к себе жену, понимая, что на месте Полли должен был быть он, а Арчи вспоминал, как Полли учила его заклинанию «Репаро». Согласно магическим традициям должны были быть произнесены официальные торжественные речи. Первым слово взял директор Лодж. — Полли Купер была одной из лучших учениц. Она была удивительно доброй и скромной девушкой. Ее улыбка и блеск ее глаз навсегда останутся в наших сердцах. Полли погибла как истинный герой — защищая жизнь другого волшебника. Эта девушка всегда будет в нашей памяти. Покойся с миром, Полли Купер. — Мистер Лодж подошел к гробу и положил туда значок с изображением маленького орла.       Конечно, в этом случае не мог не взять слово глава мракоборческого центра. ЭфПи Джонс вышел сразу же после Хайрама Лоджа. Голос его дрожал, и он постоянно смотрел на Элис, но в итоге нашел в себе силы говорить: — Как глава мракоборцев, я заявляю, что мы не это так не оставим. Жестокое убийство ни в чем неповинной девушки будет наказано. Как и еще многие, которые произошли несколько дней назад в Косом Переулке. Я объявлю войну всем, кто к этому причастен! — Джонс выдохнул. — Я прекрасно знал Полли, ведь она была сестрой моего сына. И она была одним из самых лучших людей на этом свете. Надеюсь, ее душа сможет найти покой, а мы будем растить наших детей такими же светлыми и храбрыми людьми, какой была Полли. Кроме того. Посмертно Полли Купер награждается Орденом Мерлина первой степени. Он будет передан семье позднее. Покойся с миром, Полли Купер.       ЭфПи подошел к гробу и провел рукой по волосам девушки. Когда он отошел, то бросил взгляд на Элис. Ему так хотелось подойти к ней и прижать к себе покрепче, но он не мог. По крайней мере не сейчас. После него к гробу стали подходить остальные присутствующие и прощаться с девушкой. Чарльз подходил одним из последних. Он положил в гроб рядом с сестрой ступку и пестик, что купил ей на Рождество. Смахнув слезу, он отошел и к гробу подошла Элис. Именно она положила туда волшебную палочку дочери и поцеловав ее в лоб отошла. Торжественную речь, которая была обязательна на магических похоронах, произносила сама министр Лодж. Именно она вызвала белый огонь, из которого вылетел патронус Полли — серебристая лань, а значит, душа девушки была свободна. После этого гроб был опущен в землю, и Гермиона с помощью магии запечатала могилу и поставила могильный камень с именем и датами жизни.

***

      Вечером после похорон в доме Куперов осталась только Элис. Бетти сидела с остальными однокурсниками ее и сестры в Попс. Там же было и старшее поколение магов. Они устроили нечто вроде вечера памяти. Туда же ушел Чарльз, но Элис идти категорически отказалась. Женщина сидела в доме и пила вино. Она смотрела на фотографию Полли и молчала. Только сильный стук в дверь заставил ее встать и открыть. На пороге стоял ЭфПи. — Могу войти? — Спросил он. Элис ничего не ответила, а молча вернулась в гостиную. ЭфПи пошел за ней. Он сел рядом с ней на диване и внимательно посмотрел на блондинку. — Элис, хочешь поговорить? — Нет. — Сухо ответила она. — А все же? Тебе станет легче, если ты выговоришься. Она посмотрела на него со злостью и швырнула стакан в противоположную стену. — Легче?! Мне должно стать легче, Джонс?! — Она кричала так, что слышал, наверное, весь город, но именно этого ЭфПи добивался. — Где были твои мракоборцы, когда убивали мою дочь? Ей было восемнадцать! Понимаешь, Джонс? Это была моя девочка! И больше ее нет! Орден Мерлина? Погибла как герой? Да к черту это все! Я хочу, чтобы я могла обнять ее! Встречать вместе Рождество! Смотреть, как она взрослеет, выходит замуж! А теперь на что мне смотреть? На Орден? На фотографию?! От этого мне должно стать легче?!       Элис закрыла лицо руками и ЭфПи увидел, как первые за эти дни слезы полились с ее глаз. Женщина рыдала так, как, наверное, никогда в этой жизни. Ее тело содрогалось от рыданий. Джонс схватил ее и прижал к своей груди так крепко, чтобы она не могла вырваться. Сам Джонс закусывал губу, вспоминая слова Элис «где были твои мракоборцы». Он понимал, что именно его она обвиняет в смерти Полли. — Отпусти меня, ЭфПи. — Сказала она, спустя некоторое время. — И уходи. Я никого не хочу видеть. — Элис, ты не должна быть одна. — Попытался сказать он. — Уходи! — Она указала ему на дверь. — Эли, обещаю, мы справимся. Мы положим конец этой войне. — Сказал он, выйдя на порог. — Ты только обещаешь, Джонс. На этих словах Элис захлопнула дверь и сползла по стене, заливаясь горькими слезами.