good step brother

— Отсоси мне. От этого условия щеки Чонгука тут же налились краской. Сейчас бы он все отдал, чтобы провалиться сквозь землю. — Ч.что? — единственное что может выдавить парень, прикусив нижнюю губу от волнения. — Я на китайском говорю? — Тэ наклоняется к уху младшего — можешь же ты быть полезным когда-нибудь? — Да пошёл ты, — сухо ответил Чон, пытаясь выбраться из «плена» Кима, но старший, не смотря на сопротивление, продолжает удерживать брата на месте — отпусти, извращенец! — Уу, как грубо, — тянет блондин крепче сжимая чужие запястья — знай мелкий, сегодня, ты не отвертишься. Одно движение изящных рук младшего и светловолосый вздрагивает от неожиданного прикосновения в зоне паха. Не думал он, что его милый невинный братик так быстро решится. Честно говоря, Чонгук сам не ожидал такого поворота событий. Руки словно начав жить отдельной жизнью, ловко расстегнули ширинку чужих штанов, расправились с боксерами и достали оттуда ещё вялый половой орган. — Ты это… уверен? — неуверенно лепечет Тэхен, немного отстраняя младшего от себя — это как бы шутка была. Но разум словно покинул тело Чона. Он поднёс красноватую головку к пухлым, еле приоткрытым губам и медленно закрыл глаза. Член Кима наконец начал дергаться, при виде этой довольно возбуждающей картины. Когда горячий язычок чуть коснулся плоти, Тэ уже звездочки перед глазами начал видел. Кто же знал, что он как последний девственник будет вестись от недоминета своего сводного брата, которого всего лишь неделю назад поджидал после занятий у школьного входа для того, чтобы использовать вместо отбивной груши? Тем временем, Гук продолжает мучать старшего своими мимолетными ласками, проводя язычком от головки до основания. Тэхен уже изнемогает, хочет того самого пика блаженства, но у Чона, видимо, совсем другие планы. — Да возьми уже полностью, мать твою! — завывает блондин, стискивая зубы от дурацких ощущений. В ответ, Чонгук проводит рукой по возбужденной плоти пару раз и оставив Тэ наедине с этой проблемой, отталкивает брата от себя, после чего направляется к выходу со словами: — Сам справишься, братик — хлопок дверью, сопровождающийся разочарованным вздохом светловолосого. — Какая же он сука, — шипит Ким, смотря на свой колом стоящий член — придётся самому.

***

Весь оставшиеся день, брюнет провел в своей комнате, утопая в собственных мыслях. «Неправильно», «грязно», «мерзко», Чон перебрал уже все слова описывающие случившееся. Он никогда всерьёз не задумывался об отношениях, а тем более, о своей ориентации. Когда-то совсем давно, ещё в средней школе, к юноше подбежала рыжая девчушка, чуть ниже ростом его самого. Низко опустив голову, чтобы скрыть наступившую красноту что не очень то получалось, она протянув Чону открытку с аккуратно приклеенными розовым сердечком на ней, закрыла лицо ладошками и исчезла в потоке толпы. Тогда парень лишь усмехнулся ей вслед, и даже не став открывать красивый подарок, убрал его в сумку, вскоре, потеряв. — Интересно, что там было? — интересуется сам у себя темноволосый, разглядывая поднятую в потолок руку — признание в любви? Слишком много вопросов без ответов. А ведь он даже не успел запомнить черты лица этой девчонки… — Чонгук, — за дверью прохрипел чужой бас — Чонгук, ты спишь? «Совсем совесть потерял», пробубнил про себя юноша, поднимаясь с кровати и подходя к двери. — Чего хотел? — грубо выпулил брюнет, приложив ухо к твёрдой поверхности и прижимаясь к ней всем телом. — Открой пожалуйста. — Я спросил, зачем? — Нам нужно… поговорить. Возможно это будет один из самых глупых поступков Чона, за который он потом будет долго жалеть, но сейчас, тяжело вздохнув, он пару раз поворачивает щеколду и отворяет дверь перед своим старшим братом.