good step brother

00:00

      Скомканная бумажка уже давно забыта и засыпана пакетами из-под чипсов и другими различными упаковками от съеденных Чонгуком сладостей. В последнее время, он совершенно перестал следить за своим рационом пищи, кидая в рот любое, что желудок мог переварить. Сейчас Чон в позе морской звезды распластался по кровати, лениво двигая большим пальцем по экрану телефона и просматривая ленту новостей за последнию неделю. Пока его покой не нарушил небольшой камень, с характерным звуком отлетевший от застекленного окна. Сначала брюнет не обратил внимания, мол «показалось». Но когда за предыдущим камнем, последовал новый, он не шутку взбесился. Проворчав что-то себе под нос про местных хулиганов, парень вскочил с кровати и нервно раздвинул перед собой шторы. Но вместо шайки нахальных подростков, в чонгуково окно пялился всего один. — Я так и думал, — осуждающе кивнул Тэхен, пятерней зачесав блондинитсые волосы назад, чтобы было лучше видно окно младшего и самого, как всегда недовольного Чона в нем. — Раз у тебя действительно есть чем думать, то ты давно бы догадался, что я никуда с тобой не пойду, — сделав особый акцент на последних словах, юноша развёл руки дабы сдвинуть шторы, но старший опередил его фразой: — Я полезу к тебе в окно и заберу насильно из твоей изоляции, если ты так хочешь, — ухмыльнулся Тэ. А Чонгук знает, что он не шутит. Но родители спят, а перед завтрашним полетом на отдых никто из сыновей не хотел их тревожить и тем самым поднимать нервы. Оба парня это понимали. Чонгук, будучи уже одетым в чёрные спортивки с такого же цвета худи и обутый в совсем новые кроссовки, припрятанные в шкафу, которые не очень то и хочется марать ради какой-то дурацкой ночной прогулки с братом-идиотом, это понял и спросил: — Тэхен, а... — Иди сюда, — старший развёл руки в стороны, явно намекая брату на прыжок, но со второго этажа это делать довольно опасно, поэтому Чон отрицательно помотал головой. Но кто его послушает? — Прыгай сказал, — уже грозно повторил Ким, шире разводя руки и не спуская злобный взгляд с зажавшегося парня. Ещё немного подумав, Чонгук собирается с мыслями и открыв окно нараспашку, согнувшись встаёт на подоконник. Разобьётся — похуй. Может оно и к лучшему. Только маму жалко, он у неё единственный, родной. Но даже не успев это переварить в своей бестолковой голове, юноша отталкивается пятками от поверхности и крепко, до белых пятен, зажмуривает глаза. Но вместо холодной земли и адской боли во всем теле, его талию окольцовывают чужие венистые руки и счастливая квадратная улыбка озаряет лицо напротив. Поймал всё-таки. — А боялся то как, — усмехнулся Тэхен, ставя младшего на ноги — не ушибся? Маленький, — вновь эта гадкая улыбка до ушей. Сейчас бы врезать ему в нос кулаком со всей силы, чтобы знал, но силы у Чона хватает лишь на свой фирменный злобный взгляд, что так веселит Кима. — Придурок, убить тебя мало, — скалится темноволосый, сжимая руки от злости в кулаки — ублюдок. — М-да, — Тэ слегка улыбнулся уголками губ, внимательно оглядывая младшего и остановившись на чуть припухлых губках, сказал — твой ротик намного лучше справлялся с моим членом, зайчик, отучивай себя от грязных слов. Внезапная ярость окатила Чонгука как ледяной водой и он, с раздутыми ноздрями как у быка перед красной тряпкой, замахнулся кулаком на старшего, встречаясь взглядом с глазами цвета тягучей карамели и полного равнодушия в них. Рука Кима перехватила кулак Чона и дёрнув за него же, блондин крепко прижал готового завыть от злости юношу к себе. — Похож на сверепого кролика, — как будто сам себе усмехнулся парень, держа второго, брыкающегося, в своих крепких объятиях — но любую дикую зверюшку можно приручить, верно? — Сука, сука, сука, сука, — ругается Чонгук, скорей на самого себя, потому что вновь заплакал как какая-то тупая девчонка от отказа старшеклассника с ней встречаться. Почему именно с Тэхеном он становится таким слабым? — Все, хорош, не бушуй, — Ким взял младшего за подбородок и взглянув в заплаканные оленьи глазки, прошептал прямо ему в губы — я совсем позабыл зачем звал тебя, из-за твоей же истерики. — Зато я не забыл, — всхлипнул брюнет, отпрянув от чужого тела, — ты хочешь изнасиловать меня и убив, закопать где-нибудь в чаще этого леса, — парень указал пальцем на темный лес, находящийся недалёко от их частного дома. Тэхен смеётся. Чисто. Искренне. Чонгук видит это и моментально краснеет. Дурак. И ещё неизвестно кто из них именно. — Помнишь, что я сказал тебе тогда, уходя? — спросил Тэ, вытирая слезы смеха рукавом красной олимпийки. Получив в ответ молчание, он продолжил — я никогда, ни за какие деньги, не трону тебя больше. Чонгук опустил голову настолько низко, насколько шея это позволяет, дабы скрыть ещё пущую красноту, разлившуюся по его и так розоватым щечкам. — А теперь, садись, — блондин отходит и хлопает ладонью по сиденью того же мотоцикла, на котором они ездили на слосчастную речку. Из-за тех ублюдков, Тэ так и не смог полностью высказаться Чону. И, черт, почему это так волнует?