Калёные огнём

      Прогуливаясь с друзьями по центру красивейшего города на земле, Гжегош не замечал, как летело время. Москва заворожит любого европейца, впервые приехавшего в Россию, ведь ни один европейский город не может сравниваться с ней даже по самобытности зданий и размерам, нигде в мире нет того, что сравнится с её центром. Тем более, если рядом москвич, знающий все закоулки этого прекрасного города.       — Итак, что у нас по плану далее? — спросила Новислава Джаич, сербка, как и Гжегош приехавшая в Москву по приглашению своего друга и по совместительству однокурсника, Ярослава Рыжова.       — Как что? Лубянка! — ответил Яр.       — А что там? — спросила девушка.       — Как что? —удивился Гжегош, — Ну, во-первых, здание КГБ...       — А во-вторых, так можно быстрее пройти от музея вооруженных сил к Кремлю, — перебил Ярослав.       На площади Гжегош ожидал увидеть памятник Феликсу Дзержинскому, но его демонтировали около тридцати лет назад и не вернули до сих пор, несмотря на многочисленные попытки. Сделав с десяток фото на новенький фотоаппарат Новы, трио продолжило своё шествие к Красной площади.       Быстро двигаясь по узкой, больше похожей на Питерскую, Никольской улице, ребята быстро дошли до ГУМа и минут через пять стояли на ней. Площади, по которой всегда проходили колоннами танки и полки.       Первым по списку шёл нулевой километр с ритуальным броском монетки и десятком фотографий. Затем Алмазный фонд с тщательным рассматриванием каждой бирюльки стоимостью больше миллиона рублей. После Храм Василия Блаженного, который ребятам больше напомнил торт, чем место богослужения. Ну а под конец дня гостей столицы ждал сюрприз.       Панораму Москвы можно посмотреть в Останкино и в Москва-сити, а так как второе было ближе, Ярослав решил не заморачиваться и повёл друзей туда. Вид города с высоты в тридцать пять десятков метров не просто восхищает, а вызывает так называемый процесс залипания, тем более ночью, когда Москва надевает своё вечернее платье и преображается, становясь ещё более манящей.       После такого насыщенного дня они отправились на боковую в квартире Ярослава на севере столицы. Проблем по дороге туда не возникло, но старый полковник КГБ, как её называет Рыжов, консьержка баба Зина, начала допрос. Мол, кто такие и откуда приехали, для чего, будто бы ребята стояли не на входе в подъезд жилого дома, а на границе, но винить старушку неправильно. Она знает свою работу и следит за порядком, а навыки, полученные на службе, только помогают в этом.       Вскоре Новислава расположилась на хозяйской полуторке, она девушка маленькая, поэтому для неё это не кровать, а целое царское ложе. Гжегош устроился на небольшом советском раскладном кресле, как те, что обычно пылятся на чердаках и используются в случае, когда гости ночуют. Ну а Ярик достал походную раскладушку и лёг на неё в спальном мешке.       Ребятам надо было выспаться, ведь завтра их ждало незабываемое путешествие в Санкт-Петербург.

***

      На Ленинградском вокзале обычно много народу, но это только в час пик, в остальное же время это пустоватое место. Вокзал, на котором не очень много людей. Звучит странно, но такова действительность.       На платформе стоит очередь из пассажиров с билетами и паспортами, а кондукторша не то чтобы средних, но и не совсем престарелая, а, скажем, выглядящая лет на сорок пять — сорок семь, проверяет документы.       — Здравствуйте, — подошёл Ярослав, потягивая билеты и паспорта.       — Гжегош... Бежен... Тьфу... Бженчи... Бженчишчикевик, верно? — с трудом уточнила кондуктор.       — Гжегош Бженчишчикевич, — подняв указательный палец вверх, поправил поляк, но его проигнорировали.       — Ярослав Ежов?       — Да.       — Новислава Джаич.       Мы прошли в плацкарт. Двигаясь по нему, я стал замечать, что это тот самый вагон, в котором я ездил в деревню к бабушке, царство ей небесное, в Саратов. Вот нога свисает в проход. Этот мужик, видимо, и не выходил из вагона, как спал пять лет назад, так и спит беспробудным сном. Вот надпись на откидном столике: "Клара даёт за 5 р." Даже цены не изменились, хотя я уверен инфляция изменила бы их, но эту нет.       — Женя, — так я всегда называю нашего "истинного" польского "шляхтича". — Смотри, — я показал на надпись, — для тебя.       — Да хватьит уже! — он дал мне щелбан.       Вот тётка, размером с сам вагон, храпит, как и всегда. Вытянув ноги, она видит сны, где пилит "безрукого" зятя и мужа "пьянчугу", и где она наконец решается бросить всё и уехать в деревню, но там её ждёт ещё больше забот. Огород не полот, картошка не окучена, ветки в бочке не сожжены. И там она понимает, что жизнь в городе это благо, которого многие хотят, но не могут его позволить себе.       — Вот и наши места, — я констатировал факт. И разложил стол.       Мы быстро разложились, и вскоре я и Гжегош начали расстилать постели, а Нова уже была в трансе, заучивая на гитаре недавно услышанный "Потерянный рай".       Через некоторое время под звуки аккордов шестиструнки появилась девушка со словами:       — Добрый день, — немного протянув букву "ы", поприветствовала нас девушка, как раз тогда, когда поезд тронулся, как бы поясняя, что назад дороги нет.       Мы поочерёдно поприветствовали её, и вскоре завязался разговор. А ведь правда то, что алкоголь делает людей открытыми. Рюмка — и мы уже знакомы, её зовут Света; ещё рюмка — и мы знали, что она с Украины; ещё пара — и она уже во всё горло орала вместе с нами "Всё идёт по плану!!!", и затягивала "Убей в себе государство.."       Так прошли ещё несколько часов, а потом всё провалилось в темноту.

***

      — Господа герои, умоляю, спасите наш мир, — Ярослав встал и посмотрел на людей в балахонах, справа от него лежало тело, а дальше стояли три расплывчатые фигуры с оружием в руках, слева же лежали Света, Нова, и Гжегош, тоже с чем-то в руках.       — Что здесь происходит и откуда у меня эта пика, — Гжегош достал шашку из-за пояса, — и эта шашка?       — О герои, мы воспользовались древней магией, — глава процессии начал жестикулировать руками, — мы воспользовались древней магией, чтобы призвать четырёх героев, — он запнулся. — Но, видимо, перестарались...       — На зов должны были откликнуться герои, — в разговор вступил другой мужчина, и начал перечислять. — Меча, копья, лука и, — он сделал вздох, — щита.       — А мы тут зачем тогда? — спросила Нова, рассматривая новую шестиструнку.       — Ну, видимо, магия была слишком сильна... — начал оправдываться горе-маг.       Эти препирания могли длиться вечно, но в помещение вошёл человек и с гордым видом заявил, что нас у себя хочет видеть король этой страны. Ну а что им делать, они, конечно, пошли за лакеем в приёмную перед входом, в которой досмотрели всех, но особенно тщательно парня со щитом.       — К нему доверие самое низкое, — отметив для себя, прошептала Нова на сербском.       — Здравствуйте, герои!!! — обратился к нам седой мужчина средних лет с бородой и в короне, и тут Ярослав понял: "это король". — Пришедшие спасти наш мир от тех, кого мы называем демонами!!!