Продана

      После моих тщетных попыток в поисках одежды, служанка помогла мне подобрать платье, которое так любезно предоставила мне матушка вместе с сестрами.       Выбор пал на облегающее молочное цвета платье в пол. Синяков и ушибов не было видно, разве что недавно оставленные "матушкой" царапины на лице. Я прекрасно смогла скрыть синие круги под глазами, а также другие увечья и неживую бледность своего лица под нехилым слоем тонального крема, что было неестественно, ну да все равно. Я подчеркнула свои брови тёмным цветом, нанесла на ресницы тушь, выделила скулы румянами. Немного подумав, я решила распустить волосы и сделать крупные локоны из моих иссиня-темных волос, не забыв пшикнуть лаком для укрепления. К шести вечера, я уже была полностью готова к тому, чтобы выйти в свет. Не понимаю, зачем я потратила целый день на подготовку? Чтобы угодить очередному богатенькому мальчику, который делает что хочет? И как он вообще узнал обо мне? Это для меня, видимо, останется загадкой навсегда... Возможно, он просто был знаком с моим папой и знал, что у него есть дочь помимо двух девиц, которых притащила в дом мачеха. Одри зашла в комнату и я, по привычке, потянула руки к лицу, чтобы укрыться от когтей этой женщины. — Доченька, ты уже готова? — припеваючи обратилась она ко мне.       Боже, неужели гость уже в доме и она пытается пустить пыль в глаза, таким образом обращаясь ко мне. — Да, матушка, — также спокойно и мило ответила я, потому что если съязвлю, то наказания не избежать. А моя спина ещё не до конца отошла от прошлого раза. — Мистер Агрест хочет видеть тебя. Идём. Будь хорошей девочкой! — обнимая меня за плечо с другой стороны, приговаривала она. Яд так и сочился из ее слов.       Я только слегка кивнула ей, когда мы вышли из спальни. Спустившись вниз по лестнице, на пороге в прихожей я увидела того парня. Он очень хорош собой: его зелёные глаза смотрели прямо в мою искалеченную душу, его улыбка сводила меня с ума. Он был в костюме и, поправив свои золотистые локоны, показал мне своё идеальное лицо. Я растерянно улыбнулась ему и несмело подошла поближе. — Моё имя Адриан Агрест, — взяв мою руку, произнёс парень. — Меня зовут Маринетт Дюпен-Чен, — я покраснела, и он слегка усмехнулся, наверное, из-за моего странного поведения. — Очень приятно, мисс Дюпен-Чен,— он мягко коснулся губами моей руки.       Со мной давно не обращались так вежливо. Наверное с тех пор, когда папа был еще жив... Ко мне давно не проявляли такого уважение и любезности, я наконец смогла почувствовать себя человеком.       Адриан подставил свою руку, и я, улыбнувшись, взялась за нее. Одри сверлила нас злыми и завистливыми взглядами. Думаю, что после отъезда мистера Агреста, мне здорово влетит. Зря я так веду себя с ним. Он вежливо помог мне сесть за стол и все время смотрел на меня, изучал мои повадки и мимику, улыбаясь своей очаровательной улыбкой. Я за ужином иногда кидала на него короткие неловкие взгляды, чем вызывала его легкую усмешку. Это заставляло меня краснеть еще больше. Может быть, я в него влюбилась?… Нет, тут что-то другое. Я испытываю к нему очень хорошее чувство, но это не любовь. Он привлекает меня не тем, что он богат и хорош собой, а тем, что относится ко мне, как к человеку, как к личности, которую уважают. Но всегда ли так будет? Что, если он просто притворяется, и все это лишь маска хорошего человека?       Хлоя одобряюще улыбнулась мне. Она другая, она отличается от Лилы с Одри. Те весь вечер только и строили из себя хорошую маму и сестру, но их злоба и стервозность буквально отражалась в их глазах с огромными накладными ресницами.       Лила чуть ли не вешалась на мистера Агреста, когда он уже собирался уходить. Я старалась держаться подальше от него и даже его взгляда, чтобы не вызывать гнев мачехи и сестры. Я со стороны наблюдала за тем, как неприятно мужчине то, что Лила обращает на него слишком много внимания. — Маринетт, попрощайся с гостем, — спокойно, но требовательно произнесла мачеха, повернувшись ко мне и сверля взглядом.       Я робко подошла к нашему гостю и взглянула в его прекрасные изумрудные глаза, когда от него наконец-то отлипла Лила. — До свидания, мистер Агрест, — расправив платье, я присела, изобразив реверанс, и улыбнулась ему. —До скорой встречи, мисс Дюпен-Чен,— Адриан поцеловал мою руку и в последний раз за этот вечер подарил мне свою волшебную улыбку.       Его машина отъехала от территории дома. И вот тут начался настоящий апокалипсис. Лила чуть ли не падала в обморок в слезах, все говоря о нем. — Ты замечательно справилась, но слишком много взглядов кидала в его сторону. А это неприлично, — кинула напоследок Одри, уходя в свою комнату, попутно успокаивая Лилу. "А кидаться на парней, как Лила, значит прилично? Да уж, не ожидала, ну хоть не ругается...", — пронеслось в моей голове. — Весь ужин ему глазки строила ,путана! — кричала шатенка, глядя на меня своими озлобленными зелёными глазами. "Мда... Кто из нас ещё путана".       Я ушла наверх, надеясь поскорее отдохнуть от событий сегодняшнего дня. Мысли по поводу сегодняшней встречи атаковали меня. В нём, кажется, идеально всё. За ужином он не отрывал от меня взгляда. Это жутко бесило сестёр и мою стервозную мачеху. Я задернула шторы, немного поубавила свет в лампе, и начала снимать платье. Потом я, заперев дверь в спальню, направилась в ванную. Набрав горячую воду, я добавила душистую бомбочку и легла расслабиться. Всё тело болело, потому что я безумно устала. Тонкие бледные руки покрывали багровые синяки. Глаза закрылись от воспоминаний, и по щекам потекли слёзы. Я медленно смахнула их рукой.       Приняв ванну, я завязала мокрые волосы в тугой хвост, надела спальную футболку и шорты. В комнате было тихо, уютно, спокойно. Это был мой собственный мир, отгороженный от злых людей. До двенадцати часов ночи я лежала и читала информацию об этом Адриане Агресте. Ему будет 23 года, он старше меня на пять лет. Он унаследовал фирму отца, когда ему исполнилось восемнадцать. О его девушках нет никакой информации. Конечно, в интернете не написано о том, что раньше он был профессиональным убийцей, но я это знаю из разговоров Хлои с Лилой. Когда глаза уже стали слипаться, я выключила компьютер, устроилась поудобнее и вскоре уснула крепким сном. — Маринетт, ты уезжаешь, — громко произнёс отец. — Куда? Что случилось? — волновалась я. — Ты уедешь с ним и больше никогда не вернёшься! — громкий голос отца звучал эхом в голове, пока он скидывал мои вещи в чемодан. — О чем ты, пап? — все ещё недоумевала я. — Агрест заберёт тебя, никому не доверяй, — холодно и как-то отстранено произнёс он.       По телу прошла волна мурашек. Я резко открыла глаза и села на кровати. Опять папа приснился... Странно конечно, но я заметила, что папа мне снится, когда со мной происходит что-то плохое. Чаще всего перед наказанием... Но я ведь ничего плохого не сделала, Одри даже в какой-то степени похвалила меня. Он сказал, что мистер Агрест заберёт меня отсюда, и я не буду тут жить. Это же вроде должно быть хорошо, но этот сон посеял во мне миллион сомнений в завтрашнем дне. На часах уже три часа ночи, а это значит, что новый день уже наступил. Я попыталась снова уснуть, но получилось у меня только ближе к утру. Я открыла глаза, когда услышала стук в дверь. Стук был громким и настойчивым. Я встала и открыла дверь. Что? Хлоя? — Маринетт, тебя сегодня купят, — со слезами на глазах проговорила она.