Сказка

- Иди сюда. – Барнс похлопал по месту рядом с собой, пододвигаясь так, чтобы на неширокой лежанке можно было улечься вдвоем. – Расскажу тебе сказку, блять, на ночь. - Страшную? – Брок не стал медлить, привычно отзеркалив ухмылку. Поднялся с того места, где сидел, в пару шагов оказался рядом и, опустившись на колкие, скрипящие под весом тела сухие пальмовые листья, привалился к жесткому, но уютному боку Зимнего со стороны живой руки. Иногда он удивлялся, сколько не самых лучших привычек перенял у него некогда бывший главный калибр Гидры, в том числе и любовь к крепким выражениям. Но чаще просто привычно фиксировал у себя в голове очередной факт. Правильный до кровавых соплей Роджерс мог злиться на него за это сколько угодно, но вновь обретшему себя Джеймсу «Баки» Барнсу за последнее десятилетие просто неоткуда было набраться хороших манер. Как говориться, не с тем связался. Брок уткнулся лбом в услужливо подставленное вместо подушки плечо и втянул крепкий запах, исходящий от тактического костюма, нагретой кожи, намертво впитавшей ноты оружейного металла, щедро делившейся с ними своим соком тропической растительности и ароматы упакованного в этот самый костюм тела. Как бы он сейчас хотел вытряхнуть Барнса из всей этой сбруи и... Год совместного проживания и еще Бог весть знает сколько до этого, зажимаясь по углам, и все было мало. Даже когда в постели их стало трое, казалось, чувства должны были хоть немного снизить накал, но где там. Полыхало до небес. Брок не напрашивался, не требовал откровений и любовных признаний, ему и очумения от осознания и принятия собственных чувств хватало. Вот и сейчас от осуществления порнофантазий его удерживало только понимание засады, в которой они оказались. Не время и не место для нежностей. Поэтому Брок даже целоваться не лез, прекрасно отдавая себе отчет, что стоит на секунду ослабить бдительность и, по закону подлости, последствия не заставят себя ждать. Не хватало только что их взяли тепленькими в самый неподходящий момент. Прикрыв глаза, Брок прислушался к себе, чувство опасности молчало, насколько в сложившейся ситуации это было возможно. Вряд ли в хибару, находящуюся примерно в нескольких десятках километров от ближайшего хоть сколько-то современного поселка, кто-то заявится среди ночи. Уже чудо, что сегодня им не пришлось пережидать темное время суток в корнях или на ветвях баобаба, отмахиваясь от всех подряд, начиная с москитов и местных рептилий, до хищников покрупнее, желающих по словам того же Барнса «отведать сладкого командирского тела». И если с гнусом худо-бедно выручал репеллент, то остальных приходилось отмахиваться вручную. До рассвета оставалось не так много времени, и раз уж не светило заняться чем-то приятным, Брок намеревался как минимум выспаться. Завтра им предстоял очередной этап квеста «выберись из жопы мира самостоятельно». Барнс погасил потайной фонарь и темнота навалилась на них удушливым одеялом. Хлипкие стены свободно пропускали ставшие уже привычными звуки ночного тропического леса. С начала этой миссии, превратившейся в какой-то фарс, Брок чертовски устал и признавал это. Они на пешем ходу пропахали овер до хуя километров по саванне и за все это время не встретили ни одной единицы техники, на что вначале очень рассчитывали. Им бы сгодилась любая самоходка, но участок по которому они двигались словно заколдовали. Ни гражданских, ни военных. Хотя зверье здесь было явно пуганное. По чести сказать, за все четыре дня пути они вообще не встретили ни единой живой души. Хотя, в некоторых местах им встречались следы примитивной человеческой деятельности. Аборигены были либо перебиты, либо сами убрались из этих мест. Возможно соседство с белыми людьми, какого-то хера решившими, что для лаборатории по разработке очередной незаконной дряни тут самое место. И даже когда лаборатория была ликвидирована, никто сюда так и не вернулся. Уже продвигаясь по направлению к лесу, где можно было безопасно заночевать, они наткнулись на бывший поселок, не первый год заброшенный. По нему словно ураган пронесся или порезвилась дивизия вертолетов. Ни одной целой хижины, и раскиданные на несколько сотен метров по всей округе обрывки целлофана, пластиковых упаковок и осколки стекла вперемешку с сухой травой, которая так и не смогла затянуть под землю все это безобразие. Останки цивилизации во всей красе, мать её ети. Ладно, хоть трупы не валялись. То ли обошлось без жертв, то ли местные прихватили своих с собой. Они прошли мимо, даже не пытаясь найти в этом мусоре что-то полезное для себя. В паре километров от кромки джунглей, на одной из полузаросших полян, явно бывших когда-то делом рук человеческих, они наткнулись на хлипкую хибару, связанную лианами из кривеньких стволов. И все оставшееся до темноты время потратили на укрепление этой шаткой конструкции, которая должна была послужить им укрытием и защитой на эту ночь. В общем-то, большую часть работы проделал споро и привычно Зимний, оставалось только в очередной раз подивиться зашитым в подкорку навыкам. Броку доверили только перетряхнуть лежанку из пальмовых листьев, дабы разогнать неуставную живность, пока Барнс поколдовал над стеной, выходящей на север, и теперь хижину можно было покинуть не только через главный вход. - Детка, ты никакой хуйней под землей не надышался, с чего тебя на сказки потянуло? – Брок сделал вид, но собирается пощупать Барнсу лоб на предмет повышенной температуры. Но тот, перехватив его руку, прожал к своей щеке. На ней уже отросла колкая щетина, царапающая пальцы, Брок с нежностью провел по ней рукой, откровенно раздражаясь, что нет возможности на большее. - Давно уже, еще в России – проигнорировав вопрос начал Барнс, после короткого выдоха, словно воспоминания причиняли ему реальную боль. Брока до сих пор колбасило от мысли о том, что на самом деле довелось пережить Зимнему. Своими воспоминаниями Барнс делился редко. Может сам не помнил всего, да и чаще воспоминания всплывали именно стихийно. – Меня послали на задание. Проверить один объект. Там целую деревню должны были переселить. Подо что-то место освобождали. Русские любили так развлекаться. Такое впечатление, что какой-то дятел наугад тыкал в карту, и приказывал «Строить здесь!». А уж жил там кто или нет, изволь подвинуться. Вот и я был должен убедиться, что никого на территории не осталось, и если кто задержался - ликвидировать. Где-то вдалеке раздался вопль неведомой ночной птицы, следом шум листьев, словно с высоты рухнуло что-то увесистое, скрип веток, возможно, кого-то схарчили, но Барнс при этих звуках даже не дернулся, всем своим видом демонстрируя полное спокойствие и продолжил рассказывать дальше. - Большая была деревня. Под сотню домов. Там имелась даже школа. Управился я быстро, жители оказались дисциплинированные, никого не встретил. В школе остаток времени и сидел, пока меня с точки не забрали. И школа не каменная была, а izba такая, дом бревенчатый то есть. И там была целая полка с книгами. Многие с картинками. Вертолет задерживался. Я их от скуки все перечитал. Уже не помню, что там точно было. Но сказки видать мне так понравились, что до сих пор их помню. Брок погладил затянутое в кевлар плечо, остро жалея, что нет возможности лечь кожа к коже. Барнс успокаивающе сжал его ладонь в своей, но не выпустил, устроив у себя на груди. На короткое время воцарилась тишина, нарушаемая только стрекотом цикад снаружи. Снова захотелось жрать. Несколько галет из стандартного армейского пайка, отправленные черстветь часа назад в желудок, судя по ощущениям, растворились в нем моментально. Хорошо еще, что воды хватало. Несколькими милями западнее они наткнулись на достаточно глубокий и чистый источник, что позволило не только наполнить фляжки, но и более-менее привести себя в порядок. За столько времени блужданий по местности, далекой от цивилизации, в полной выкладке кто бы угодно заблагоухал. Исключая разве что Роджерса, хотя и от него вряд ли бы пахло орхидеями. При должном старании рационов должно было хватить еще на двое суток, а там, глядишь, они уже куда-нибудь выйдут. Хотя Брок кишками чуял, что Барнсу явно не хватает, но охотиться не позволял. После того, как считал замеры портативного детектора на входе в лабораторию, не без оснований опасался, что имеется нехилый шанс местной фауной банально потравиться. - Ладно, – перебивая нерадостные мысли снова негромко заговорил Барнс, – вот какая сказка мне сейчас вспомнилась. Начиналась она как обычно. Типа, жили-были старик со старухой… Не, – Зимний раздраженно махнул железной лапищей, – просто мужик с бабой. Да не суть. Короче было у них двое спиногрызов. Пацан и девчонка, лет так…. А, не важно. Важно, что денег у них мало было и решили эти двое от детишек избавиться. Свели, значит, эти двое уродов детей в лес, да оставили под кустом. А сами бочком-бочком и смылись с полянки. Типа, малые сами дорогу домой не найдут, а папка с мамкой вдвоем уж как-нибудь прокормятся. Ничего не напоминает? Барнс многозначительно замолчал. Со стороны могло показаться, что он дает Броку время собраться с мыслями. Вот только размышлять было особо не о чем. С этой операцией с самого начала стало ясно, что дело темное. Темнее даже, чем тьма-тьмущаая, какое-то время назад воцарившаяся за порогом их убежища. Отлучившись поссать, Брок с трудом смог вернуться, пришлось бы шарить руками в поисках входа, если бы не Барнс, вовремя подавший ему знак фонарем. Слишком резво их сдернули, ровно в тот момент, когда Фрьюри уволок с собой Роджерса за каким-то надом. Скудно экипировали, уж не говоря про разработку тактики и откровенную нищету вводных данных. В этих лесах можно было без опаски дивизию спрятать, не то что Страйк полным составом, тем не менее, джет свечой стартовал, едва они ступили на борт всего лишь вдвоем. На подступах к базе Брок еще дивился тому, как отлично она замаскирована. Да чего там маскировать? Там уже лет пять как никто не появлялся. Все само собой заросло. Причем, базу сворачивали явно не в второпях, потому что в пустых, гулких подземных катакомбах ни единого паршивого винтика или листка бумаги не осталось. Чем там занимались, кто занимался – теперь оставалось только гадать. Только здоровый нездоровый фон и остался. Брок злобно хмыкнул. Джет даже садиться не стал, вниз они спустились по тросам. Некоторое время висел для подстраховки, а потом убрался восвояси, ждать назначенного времени. Операция считалась автономной. Пропала ли связь раньше или за то время, пока они шарились по лишенным дежурного освещения трем этажам – сложно сказать. И Брок даже не удивился, что в расчетное время их никто не встретил и не забрал. Как и сутки спустя. Так что пришлось брать руки в ноги и двигать самим. Надеясь, что направление выбрано верно. Гадать о том, что сейчас делалось в большом мире можно было бесконечно. За последние несколько лет службы Брок привык к тому, что произойти могло все, что угодно: вторжение инопланетян, воскрешение динозавров, пришествие своих/чужих (нужное подчеркнуть) Богов, расщепление реальности, зомбиапокалипсис, наступление очередной Эры Альтрона и далее по списку без учета порядка и вероятности наступления любого из событий вместе или попеременно. Сильнее всего напрягало, что даже спустя столько времени связь до сих пор не восстановилась. Глухое и беспросветное радиомолчание в эфире. Ладно сотовая связь. Такую территорию вышками покрыть не реально. Но куда делись спутники? Короткие волны, длинные волны – молчало все. В силу специфика профессии Брок терпеть не мог гадать. Чтобы принимать решения, ему были нужны факты, желательно подтвержденные, которых сейчас отчаянно не хватало. Барнс легонько сжал его пальцы, привлекая внимание, и Брок понял, что задумался слишком глубоко и надолго. По сути, ему нечего было сказать, и он счел за лучшее отшутиться. - Ты на девчонку не потянешь, хотя патлы у тебя стали совсем зачётные. – Тут Брок нисколько душой не кривил. Ему действительно нравилось гладить Барнса по волосам. Тот хоть и понимал, что чаще такая прическа мешает, но не стригся, делая уступку любовнику, а на операциях забирал пышную гриву в хвост. – Да и из меня не очень пацан. На подначку Барнс не обиделся, только крепче прижал его к себе. И тон его был серьезный. - Тем не менее. Ты дальше слушай. Первые несколько раз отделаться от мелкоты не вышло. То пацан, то девчонка все время находили какие-то способы вернуться. Маршрут вешками в виде камешков отметят, то лоскутков на кусты навешают. Потом мачеха смекнула, что что-то не так и лазейку им перекрыла. Кажется, в попытке выкрутиться, в последний раз у них были хлебные крошки, но сам понимаешь надежность этого способа. Дождь, птицы, еще масса противодействующих факторов. Брок тяжко вздохнул, уже не пытаясь хоть как-то бодриться. Им пути тоже надежно перекрыли. Сейчас бы не помешала пара «жучков», да он бы согласился даже на чип, из тех, что вшивают рискующим потеряться животным. Вот только их на этот счет долго дрессировали. Так часто подбрасывали разного рода «следилки» и контрольки», что избавление от них почти что переросло в манию. Барнс зорко следил за тем, чтобы их вещи и места дислокации оставались «чистыми». И сейчас Брок горько об этом жалел. Роджерс, наверное, даже не в курсе, в какой части света их искать. Роджерс вообще… Очередной тычок подсказал, что сказка Барнса все еще была далека от окончания. - Короче, не мытьем, так катаньем, оказались детишки все-таки в лесу и, тут бы им и пропасть, потому что на это раз они гарантированно заблудились. И оказались в заколдованном лесу, на территории злой-презлой ведьмы. Брок, конечно, подозревал, что с тем местом, куда их забросили, все не так чисто. Столь обширная территория с пустым эфиром образовалась (каламбур, однако) не на пустом месте. А вот при воспоминании о Роджерсе, под веками начало печь и на глаза навернулись злые слезы. Меньше всего хотелось переживать еще и о том, что может наворотить этот, прости, господи, символ нации, обнаруживший исчезновение сразу обоих своих любовников и оставшийся без хоть сколько-нибудь внятного присмотра. Броку нечего было стыдиться минутной слабости. Сейчас, лежа вот так, в душной, звенящей темноте, прижимаясь к надежному боку, было можно. Барнс, чуявший его настрой на каком-то ментальном уровне, вжал его в себя так, что стало трудно дышать. - За каким хером нас забросили именно сюда, детка? Что тебе известно? – Брок уже и сам начал кое-что подозревать. Насколько он успел вникнуть, их сгрузили над центральной частью Африки, а здесь имелось только одно государство, в распоряжении которого водились соответствующие технологии. Государство, настолько мутное, что пока никто толком не знал, чего ждать от его правителя – Тчалы. Хотя Роджерс и утверждал, что тот вполне адекватный хрен. Брок припомнил, что несколько лет назад на Барнса, который тогда еще толком и не был Барнсом, пытались свалить убийство предыдущего царька на международном конгрессе. Тогда Роджерс в прямом смысле слова впрягся за дружка, и покатившиеся лавиной события чуть было не погребли их всех под собой. В подробности Брок не вникал, но ему представлялось, что тот инцидент был давно исчерпан. Возможно, не зная всех подводных камней, он ошибался, что и подтвердило последовавшее за этим заявление. - Потому что посчитали, что злая ведьма с удовольствием нас сожрет. - А она сожрет? – Брок поднял голову, что бы посмотреть на Баки. Слишком тот был уверен в себе. Точно с такими же сухими, металлическими нотами в голосе он сообщал о том, что занял позицию и готов к стрельбе. - Тчала нас не тронет. Если только мы не станем взрывать его пряничный домик. - Не пойми меня неправильно, я в тебя верю, ты можешь взорвать все, что угодно, но имеет ли смысл раскрываться? На хера нам самим идти к Тчале в лапы? Понятно, что с Мстителями ссориться ему не с руки, но он тот еще кошак себе на уме. Ты так в нем уверен? Ответ Броку ожидаемо не понравился. - Он знает о нас со Стиви. Думаю, и выгоды своей он не упустит. Если он нам поможет, Стив по-любому окажется ему должен. Для политической раскладки это неплохой козырь. - Стоит ли нам давать его в такие руки? Барнс глубоко вздохнул. Брок ощутил этот вздох всем собой, и это явно не был вздох облегчения. - Можно конечно попытаться выбраться по-тихому. Но рассуди сам: двое белых, увешанных оружием по самое не хочу. С какой-то целью проникли на территорию не самого дружественного Америке государства. Не сомневаюсь, действуя предельно осторожно, мы выберемся, но сколько на это уйдет времени? – Следующим Барнс озвучил то, что не давало покоя самому Броку. – Хрен с нами, мы хотя бы вдвоем, а что если и Стив в опасности? - Тогда я не завидую тому, кто все это затеял. Нетраханный Роджерс зол и раздражителен. – Брок бледно улыбнулся, прекрасно сознавая, что его показная бравада никого не обманет. Да, Капитан Америка не вчера родился, носит свое звание не только за красивые глаза и, тем более не так уж беспомощен, как ему хотелось, но сердце у Брока все равно периодически захлебывалось тревогой. – Роллинз прикроет, если что. А мы присоединимся. Когда вернемся, – добавил он уже гораздо серьезнее. - Он там один. Опять. – В интонации явственно Барнса проскочило что-то тоскливое и Брок поспешил с утешениями. - Ох, детка, не начинай. Я уже всю голову сломал. Понять не могу, кому наш сахарный дружок так сильно понадобился, что от нас попытались таким кривым способом избавиться. - Да, Стив, и, правда, сладкий, только хуй им на блюде, а не Стив. – Сервомоторы в протезе Барнса едва слышно пришли в движение. За время совместной жизни Брок почти перестал их замечать, отнеся звук к фоновым. Но сейчас в темноте, когда зрение подводило, их было слышно слишком отчетливо. Барнс явно сжал руку в кулак. – Значит, сценарий нашей сказки такой: не поднимая шума добраться до их столицы и связаться напрямую с Тчалой, может с кем-то еще из их сумасшедшей семейки. Мы тут не шпионим, нам не нужны ни их технологии, ни суперметалл. Во мне и так его больше, чем нужно. Мы хотим просто вернуться домой. А Стив исполнит роль той самой утки, которая переправит нас через океан. - Какой еще, к черту, утки? При чем тут Роджерс? – Начавший было просчет вариантов, Брок растерялся. Про утку в той сказке, которую он помнил, ни слова не было, если он, конечно, верно определил эту самую сказку. - Ладно, по-быстрому расскажу тебе, что было дальше. Ну ты помнишь, что злая ведьма собиралась сожрать малых, но вместо этого они ее наебали, пользуясь посредственными параметрами самой ведьмы. Она ведь старая уже была. Доверчивая. - Ты хоть раз видел доверчивую ведьму? Хотя, Ванда – тоже не образец проницательности. – Брок презрительно хмыкнул. Алую Ведьму он недолюбливал. Та вечно влезала куда не просят не разобравшись, стараясь доказать собственную весьма условную полезность, и чаще всего эта спешка выходила боком. - Ну, если начать рассуждать, в любой сказке всегда что-нибудь да не сходится. Сказки могут быть злые, добрые, веселые и страшные, с хорошим или плохим концом, но в основе всегда какая-нибудь мутная история, на то они и сказки, – философски заметил Барнс. - Чего не скажешь о нашем варианте. - Да. Тчалу трудно заподозрить в невнимательности. Если бы они не уделяли внимания собственной безопасности, их бы давно сожрали. Думаю, что базу вычистили сами вагандийцы. Слишком давно и тщательно там все обработано. Ваканда до сих пор изолирована, так что они дорожат любыми, попадающими к ним технологиями, материалами и сведеньями. Кстати, сестра у него зачётная. И с фантазией, – как-то невпопад закончил свой спитч Барнс. - Не отвлекайся, – подавив мутную вспышку ревности, Брок нетерпеливо пихнул его в бок. Раз уж они минимально прояснили диспозицию, то спать сразу захотелось конкретно. Брок терпеть не мог строить теории, если бы, да как бы... Чтобы спланировать что-то дельное, ему нужны были факты, которые сейчас банально неоткуда взять. А уточнить детали по их дальнейшему передвижению можно будет и завтра с утра. – Стив. Утка. - А, ага. Когда мелкота, порешив невнимательную старушку, уже направлялась домой, они вышли то ли к морю, то ли к реке-озеру. Суть в том, что им встретилось препятствие, которое требовалось преодолеть, чтобы добраться до точки возврата. Короче, добрая утка перевезла их на другой берег. - Почему утка? – вяло поинтересовался Брок «на последнем издыхании». – Ты как себе вообще это представляешь? Да на среднестатистической утке и одной ногой не устоять, не то чтобы верхами вдвоем проехаться. - Я не знаю, может лебедь. По тоннажу больше подходит. – Барнс обхватил его за плечи, устраивая поудобнее. – Это же сказка! Спи уже, вечный прагматик. Отдыхай. Нам еще разборки устраивать, кому там наш идеалист внезапно потребовался. – Последние слова, которые Брок услышал, прежде, чем отключиться, были: – Я на изнанку вывернусь, по-любому наша сказка будет счастливой.