10. Эффект проекции.
30 июля 2019 г., 21:49
— Лёв, как скоро мы придем? — Миша изнывал от нетерпения, постоянно спотыкаясь о всякий мусор, в огромном множестве валяющийся на земле.
— По словам того парня, нам осталось немного, — напряженно ответил черноволосый, — Если он нам конечно не соврал.
— Вряд ли он бы стал так делать, — беззаботно откликнулся Миша, — Ему наверняка нужна помощь.
— Я вот думаю, — чуть тише начал Лева, слегка нахмурившись, — Он нас отправил в новый дом. Нас там наверное примут, мы станем частью новой группировки, а потом… Потом мы фактически предадим их? Это неправильно… — парень замедлил шаг.
— Это… — светло-русый задумался, — Да, но что нам мешает не помогать ему, в таком случае?
— Мне стыдно это признавать, — вздохнул зеленоглазый, — Но он не из тех парней, что просто так это оставят. Мы заключили сделку, опираясь на честность и правдивость друг друга. И для него это был риск, но раз он на это пошел, он сможет, по его словам, устроить нам сладкую жизнь.
— Я как-то и не подумал… — поежившись, сказал Миша.
— А вот я да, — Лева сурово взглянул вперед, — С одной стороны, я не хочу предавать этих людей, но и рисковать нашими жизнями для меня не вариант.
Миша испуганно оглянулся, словно боясь увидеть зловещего наемника за их спинами, прожигающего парней взглядом.
— Ладно, — выдохнул черноволосый, — Раз уж так получилось, пусть так будет. Пошли, — он, не глядя, взял парня за руку, ускоряя шаг.
— Лёв, — дрожащим голосом произнес Миша, резко остановившись, — Там, сзади… — он дрожащим пальцем указал на темный двор.
— Че… Черт! — зеленоглазый отдернул русого назад, всматриваясь в темные то ли волчьи, то ли собачьи силуэты, то и дело мелькающие ровно на том месте, где парни были несколько минут назад, — Да откуда тут эти гребаные стаи?!
— Бежим! — с неожиданной решимостью сказал Миша, беспокойно дергая руку Лёвы, — Успеем до группировки!
— Только если успеем… — выдохнул зеленоглазый, но спорить не стал. Оба рванули вперед.
***
В это же время Дима ушел от здания лагеря. Он уверенно шел вперед, словно взял немного своего прежнего характера из прошлого — дело, по которому был заключен контракт, было одним из самых любимых, и блондин, разумеется, хорошо его помнил. Он также хорошо помнил и заказчика — третьего главу группировки Фаза. Цель — первый глава группировки, в которой сейчас находится Дима — Сергей из Айоса. По этой причине он решил умолчать об этом перед товарищами, что бы и без того гнетущая атмосфера в лагере не стала еще тяжелее. Пусть это и было еще тогда, когда парень не знал Пашу, но Фаза по-прежнему остается их соседом. Сначала Дима был немного удивлен названием группировки. Обычно название происходит от местности, возможно от каких-то особых монументов, которые находятся на территории группировки. Например, у Фазы в центре города стоят какие-то абстрактные фигуры, от которых сейчас правда почти ничего не осталось, и под ними есть таблички. Название полного монумента было Фаза, отсюда и это и пошло. Но Айос? Уже потом глава объяснил ему, что это слово происходит от греческого άγιος, что обозначает «святой». «И то, — вспоминал он слова сероглазого, — Это сокращенное имя. Полностью — άγιος άθεος άνθρωπος, типа святой безбожник.». «Забавно, — улыбнулся блондин, — Символичное название. А ты что, греческий учил?». «Ага, было дело, — хмыкнул тот, — Это пошло от местной легенды, но больше и я сам не знаю. Я решил ограничится святым — Айос,» — легкий смешок. «Иногда и Святым безбожникам нужна помощь,» — думал парень по дороге. В его голове мешались темные мысли, чего не скажешь по внешнему виду. «Стаи, наемник… Какой тут, к черту, Айос? Тут уж должен быть неудачник, черт его знает как он называется на этом еврейском наречии…». Впереди уже маячило здание завода, и блондин стал чуть внимательнее присматриваться к табличкам с адресами. «Странно, что могло завести ночной дозор так далеко? — задумчиво рассуждал Дима, — Может кто заблудился? Так сегодня вроде некому, все новички на койках валяются. Странно, очень странно. Что могло привести их сюда?.». Но вот на глаза попалось желаемое сочетание слов — Верхний переулок. Правда это был не седьмой, двадцать шестой дом, но нужная улица — уже повод для радости. Оставалось лишь перейти дорогу и вести путь вперед, изредка прислушиваясь к зловещей тишине, которая была тут всевластной хозяйкой, и не стремилась радушно принимать нежданного гостя. «Интересно, — продолжал думать Дима, — Даты на бумажке нет, но выглядит довольно свежей. Может… Может это контракт того самого наемника?.. — парень остановился, тупо глядя вперед, — Да нет, он же вроде… Торопился? Он не выглядел так, словно ему дали крупное поручение. Хотя… Если… Он же не может повторить мое задание? Нет…». Он мотнул головой, избавляясь от этой мысли. Почему Фазе может быть нужна эта смерть? Но… А почему нужна была в прошлый раз? «Тяжело быть бывшим наемником, — грустно подумал блондин, продолжая идти, — Раньше не задавался такими вопросами. Теперь и сам висишь на крючке… Хотя нет. Я практически полностью уверен в этом…». Он прервал свою мысль, когда на табличке мелькнула желанная цифра. — Что ж, — прошептал Дима, стараясь говорить лишь громче тишины, — Пора разобраться в том, что тут творится, — с этими словами он бросил взгляд на темное здание, возвышающееся перед ним, и вступил на его порог.***
— Да гори оно все голубым пламенем! — в сотый раз шепотом чертыхнулся Шурик, осторожно, но зло ударив по безмолвной дверце белого шкафа, — Аптеке резко урезали финансирование? Спустя час безуспешных поисков, парень обессиленно опустился на пол. Он смог найти даже новую банку йода, хотя она не была основным предметом его поисков, и новый бинт. Ночью пришлось использовать последние мотки — изрезанная во время ночного похода нога давала о себе знать, ежесекундно пронзаясь острой болью. Теперь же еще и запах собственного тела становился невыносимым, но все полки, на которых, казалось бы, имелся намек на нужный препарат, были пусты. На улице серые тучи уже начали собираться в тяжелые, почти черные громадины, которые, того и гляди, готовы были разразиться громом. Вся надежда была на дождь — может он ненадолго скроет беспомощное тело парня от посторонних. Но ведь рассудок он не выправит… «Вот же ж черт, — со злой улыбкой подумал Шурик, — Похоже мы в тупике, парниша.». Он начал ощущать слабость, которая медленно перетекала в приятную истому, полностью лишая руки и ноги силы. «Лучше отрубиться, — стиснул зубы Саша, — Первый же альфа — я за себя не отвечаю.». Внезапно его темнеющий взгляд наткнулся на пыльную коробку, стоящую на самом верху одного из шкафчиков, под самым трехметровым потолком. На ней были черным маркером криво выведены буквы: «Успокоительное», и в скобках следом шла пометка: «Для течных представителей пассивных классов». — Блять, — с запоздалой радостью проговорил парень, пытаясь встать, — Ну вот что ты именно там забыла? На дрожащих ногах он поднялся, оглядывая помещение в поисках чего-то, что помогло бы ему добраться до заветной коробки, из-за которой он почти все утро торчал в этой проклятой аптеке. Однако в прошлом весь персонал был видимо недюжинного роста, потому что ничего, что могло помочь дотянуться парню до цели, не было. Во всяком случае, он не смог ничего найти. «Может, я смогу толкнуть этот шкаф? Он упадет, и тогда… — парень задумался, но затем сам же себя перебил, — И тогда сюда явится вся агрессивная живность в округе. Гениальный план!». Правда, спустя еще около пяти минут, Шурик был вынужден признать, что ничуть не преувеличил гениальность собственного плана, так как других способов достать желаемое не было. Как бы он ни пытался, время было на исходе. Дышать было почти невозможно, тело с каждым движением все отчетливее говорило: «Нет.». «У меня должно быть около десяти минут после этого шума, — выдохнул Саша, — Надеюсь, таблетка успеет подействовать. Если тут поблизости пасется стая псин, то мне конец.». Парень неуверенно положил руки на белую, местами подгнившую доску. Еще раз прислушавшись, он не смог различить ничего, кроме стука в собственных ушах, и, нервно выдохнув, с силой толкнул шкаф. Раздавшийся грохот наверняка был бы услышан и в группировке, если кто-нибудь оттуда ждал его и заранее обратил свое внимание в сторону старой аптеки. Он, разумеется, не был бы столь оглушительным, но тихий звук скорее всего долетел бы до уха внимательного слушателя. Звон разбитого стекла, глухой удар дерева о ламинат, шуршание посыпавшихся упаковок и — самое заветное — стук коробки о пол. Может был и более легкий способ достать таблетки, но в голову отчаявшегося Шурика даже теоретически не могла прийти лучшая идея, чем привлечь к себе внимание всего городка. А если учитывать то, что почти весь его контингент был недоброжелательно настроен по отношению к нему, эта идея кажется еще более сомнительной. В любом случае, ошарашенный парень уже откопал коробку среди обломков и осколков, и теперь скрылся в темной подсобке, приходя в себя в окружении пыльных коробок, закрытых на замки шкафов, каких-то контейнеров и прочих вещей, принадлежащих, в основном, обслуживающему персоналу. Он зажал изрезанную стеклом ногу рукой. Благо бинт, завязанный ранним утром, сдерживал обновившееся кровотечение. «Нужно уходить, пока не поздно,» — пронеслось в трезвеющей голове Шурика. Но его тело все еще не пришло в себя после такого наглого нарушения его приятной расслабленности, и парню пришлось уступить себе самому. Он бросил рюкзак под спину, вытащив из него пистолет. Однако привычная тяжесть оружия куда-то пропала. «Что за?..» — Шурик недоумевающе осмотрел пистолет. Так снаружи ничего не вызывало подозрений, у него в голове возникла единственная мысль. «Куда мог деться магазин? — с удивлением подумал он, — Я ни разу не спустил курок. Может он выпал? Но как?». Быстро поглощающая его темнота дала довольно внятный ответ парню. Он ненадолго потерял сознание, бессильно выронив из руки абсолютно нормальный пистолет.***
Переступив порог таинственного дома, Диму охватила темнота. Чертыхнувшись, парень начал рыться в, казалось бы, бесконечных карманах штанов. Наконец, он вытащил оттуда фонарик. Щелкнул выключатель. Узкая полоса света неровно легла на засоренный пол. Если не брать во внимание обветшавшие стены и штукатурку, то это можно было бы назвать обычным подъездом жилого дома, построенном при заводе в качестве общежития для рабочих. Блондин аккуратно осмотрел первый этаж — пустые квартиры, подсобка, мусоропровод, выходящий к давно переполненному баку. Окурки, жвачки, обрывки бумажек, пластмассовые части от зажигалок и осколки от бутылок — все это в великом множестве валялось прямо под ногами. «Это будет сложнее, чем я думал, — ухмыльнулся Дима, открывая новую квартиру, — Но и интереснее.». Зайдя внутрь он потянул носом воздух. «Его тут не было, — со вздохом переходя к следующему помещению, подумал блондин, — Хотя… Может там осталось чем поживиться?». Эту мысль поддержало урчание живота, ясно говорящего о том, что действительно пора позавтракать. Десяти минут не прошло, как парень с хрустом уплетал упаковку сухой лапши. К сожалению, все остальное было покрыто толстым слоем плесени и пыли. И только бессмертные леденцы на века оставались лежать в плоских круглых коробках. Вода, что удивительно, так же быстро нашлась. Дима уже хотел винить себя в непредусмотрительности, что, мол, забыл воду в лагере, но по счастливой случайности она оказалась прямо на кухне. Отбросив порванную упаковку в сторону и набрав в небольшую бутылку воды, блондин потянулся и продолжил свое исследование. Теперь он уже практически полностью положился на обоняние, словно ищейка, ищущая преступника. В здании было четыре этажа, и, зная привычку наемника, после второго этажа Дима сразу пошел на последний. Предположение оказалось верным — в воздухе слабо витал тот самый запах. В одной из квартир парень нашел неряшливо скомканный бинт и разбитую банку из-под йода. «Еще оправляется видимо, — подумал блондин, подняв бинт, — Кровь уже засохла, запах слабый… Либо он тут был давно, либо недолго.». Парень поднялся на ноги. Он внимательнее оглядел потрепанную двушку. Дима удивился, почему он раньше этого не заметил. Все, что было видно на свету из заколоченных окон, было распахнуто, перевернуто. Его предположение подтвердил луч света от фонаря. «Он что-то искал…» — проведя рукой по тумбочке, подумал блондин. Парень неторопливо спускался по лестнице. «Если бы я знал, когда он это делал… — рука непроизвольно сжалась в кулак, — А может… Может он в спешке собирался, потому что заметил патруль? Но тот же вопрос: что тут забыли ребята? А может он пришел позже, когда обнаружил пропажу контракта… Как же сложно! — он ударил по перилам, — Сколько времени он тут пробыл? Но зачем он решил сменить повязку? Стоп…» — Дима резко развернулся и остановился. Затем он быстро, на сколько это ему могла позволить болящая нога, вернулся в квартиру. Верно. Рядом с местом, где блондин нашел бинт, обнаружились осколки чего-то, мелкие железки. Все в засохшей крови. Подняв внимательный взгляд, парень увидел целую «дорожку» из снесенных и разбитых острых предметов, словно кто-то прошел по этому месту, задев каждый из них. «Не хило ему должно быть досталось,» — подтвердив свою догадку, хмыкнул блондин. Только в жуткой спешке можно было таким грубым образом снести все на своем пути, не щадя ног. «Видно ему не просто кожу оцарапало, — с непонятным беспокойством подумал Дима, — Раз сразу за бинт взялся. Наверное боялся если что след кровавый оставить.». На улице громыхнуло. «Пора уходить,» — блондин поднялся на ноги и, окинув последним взглядом квартиру, вышел из нее. Здесь ему делать больше нечего.
