Тьма и свет

      — Магистр Йода, почему нас вызвали? На Джакку ещё остались очаги сопротивления. Ещё бы немного, и мы смогли бы выгнать Сепаратистов из системы и наладить поставки продовольствия!       Энакин был зол. После ухода Асоки из Ордена он стал мрачнее, отстранённее. Только в пылу сражения он мог отвлечься от тяжких мыслей. Ещё он волновался о Падме: она слишком много времени посвящала политике. Из-за этого они не могли поговорить уже достаточно давно. Это всё сильнее и сильнее влияло на юного Скайуокера. Ему всё больше и больше претил кодекс джедаев. Ему хотелось свободы, хоть он и понимал, что это приведёт его на тёмную сторону. Приведёт во тьму, с которой он поклялся бороться. Энакин не мог пустить под откос всё, чем дорожил. Также как и не мог отпустить все свои воспоминания, которые тащили его на тёмную сторону.       Оби-Ван, что стоял рядом с ним, лишь неодобрительно хмыкнул. Его уже давно беспокоил бывший ученик. Изменения были слишком заметны, чтобы просто игнорировать их или списывать на напряжение от бесконечных боёв. Кеноби ощущал, что с его бывшим учеником что-то творилось. Он чувствовал, как тёмная сторона Силы периодически проскакивает на светлом ореоле. Но также он помнил разговор с магистром Йодой. Ему — рыцарю джедаю, — так и не довелось отправиться на Дантуин. Ситуация на других планетах не позволила.       — Энакин, успокойся. Уверен, что на это были веские причины, так ведь, магистр? — Оби-Ван с некоторой надеждой посмотрел на зелёного карлика. Он хотел знать, что всё не напрасно.       — Прав ты, Оби-Ван. Чувствую, как тьма сгущается над Орденом нашим. Не к добру это, — сказал Йода, медленно хромая в глубину храма. — Тьма, что сильнее войны, в которую втянуты оказались.       — Что может быть хуже войны? — Скайуокер встрепенулся. — Неужели граф Дуку снова что-то замышляет?       — Нет. Это зло старее, чем Дуку. Не уверен я, но полагаю, что оно со мной вровень идёт, — Йода ненадолго замолчал, погрузившись в свои мысли. Его не торопили, но магистр чувствовал напряжение, что возникло в Энакине и игнорировать его не мог. — Юный Скайуокер, сдаётся мне, что зло это за падаваном твоим бывшим охотится, но намерения его непонятны мне.       — Что? Асока… — начал было Энакин. Договорить ему было не суждено.       Они не успели далеко отойти от главного входа в храм, поэтому не только услышали чудовищный удар по металлическим дверям храма, но и увидели, как створки гигантских ворот дрогнули. Кеноби и Скайуокер напряглись и выхватили свои световые мечи. Последовал ещё один удар. Ворота пошатнулись, но выдержали, однако, не было гарантии, что они выдержат и следующий удар. В конце концов, эти ворота не раз падали под натиском тьмы, но всегда возвращались на место. Но все присутствующие — кто хоть немного был чувствителен к Силе — понимали, что на этот раз внутрь пыталась пробиться поистине ужасающая мощь. К воротам подбежали несколько клонов в ослепительно-белой броне. Конечно, они не были «Блестящими», но несли относительно лёгкую службу, ибо никто не решался в открытую напасть на храм джедаев. До сего дня.       — Огонь не открывать! Мы не знаем, что там! — прокричал командир. Все клоны навели оружие на проход, что скрывали ворота. Ни один из них не дрогнул.       Третьего удара массивные дюрасталевые двери не выдержали. С диким лязгом обе створки слетели с петель и упали с протяжным грохотом. В них вошёл высокий человек. Длинный чёрный плащ не позволял понять, вооружён ли он, а глубокий капюшон скрывал лицо. Лицо, но не блеск кровавых глаз. Кто-то из клонов дрогнул, кто-то нервно сглотнул. Никто не был готов к появлению… Его. Тяжёлым взглядом Он обвёл всех клонов. Клонов, что были созданы для войны, а сейчас оцепенели от страха. Его взгляд задержался на одном из них. Тот чувствовал взгляд незнакомца. Чувствовал, как этот взгляд прожигает его насквозь. Липкий страх опутал и сковал его тело, а рассудок помутился. Клон дёрнулся, чтобы сбросить с себя это оцепенение. Дёрнулся и рефлекторно вдавил спусковой крючок бластера. Раздался выстрел. Затем ещё один. Клоны, как по команде, открыли огонь. Высокие своды храма эхом отразили эти выстрелы. Однако ни один из них не поразил незнакомца. Ярко-синие всполохи останавливались около него, как будто упирались в невидимую преграду. Внезапно все смолкло. Батареи бластеров израсходовали свой ресурс. Эхо выстрелов сменилось тихим жужжанием плазменных сгустков, что так и не достигли цели.       — Хм, — в голосе незнакомца были слышны нотки презрения. — И это все, на что вы способны?       — Что за?.. — удивились клоны и пара падаванов, что подошли ближе, чтобы узнать, что произошло.       Договорить им было не суждено. Раздался тихий щелчок. Все всполохи, что зависли в воздухе, полетели обратно. Это было похоже на бойню. В оплавленных доспехах, тела клонов падали на пол храма. Раскалённая броня прожигала тела мёртвых, оставляя в воздухе запах жжёного мяса. Те два падавана, что были привлечены шумом, тоже пали. Они даже не успели выхватить свои световые мечи. Их остекленевшие глаза навеки застыли, глядя в высокие своды Храма. Невзирая на боевой опыт и выдержку, рыцари-джедаи дрогнули. Энакин и Оби-Ван медленно переводили взгляд с тел на незнакомца. Даже Йода не был готов к такому.       Сжимая рукоять светового меча, Энакин старался пересилить самого себя. Ему казалось, что он даже почувствовал боль в давно потерянной руке. Страх. Страх парализовал его. А потом он вспомнил Татуин. Вид убитых клонов всколыхнул воспоминания парня. Он вспомнил поселение тускенских рейдеров, которые убили его мать и с которыми он лично расправился. Тогда Скайуокер впервые поддался искушению тёмной стороны. В дальнейшем, Энакин не раз сдавался перед эмоциями. И сейчас его опять охватила злость.       — Ублюдок! Да я тебя! — Энакин подался вперёд. Весь его вид показывал ярость. Ещё мгновение, и он бы ринулся в атаку, но Оби-Ван отвлёк его.       — Успокойся Энакин! Враг сильнее, чем ты думаешь! — Кеноби обеими руками обхватил рукоять своего светового меча и внимательным взглядом изучал противника.       — Прав ты, магистр Кеноби. Злость — плохой советчик, — магистр Йода отпустил свою трость, что с глухим стуком упала на мраморный пол. А после Силой притянул и активировал световой меч. — Нельзя атаковать слепо.       — Но что же тогда делать? — Оби-Ван не спускал взгляд с пришельца и обеспокоенно поглядывал на Скайуокера, который, казалось, готов был взорваться.       — Выдайте мне Ноат Ка`Асо! — низким властным голосом произнёс незнакомец.       — Кто это — не ведаем мы. Но поплатишься ты за столь грубое вторжение! — Йода обвёл своим мечом зал, указывая на статуи джедаев, что стояли в зале. — Вот уже несколько тысяч лет храм этот святыней и обителью нашей является.       — Обителью, которая успела пасть, — мужчина откинул капюшон и усмехнулся. Его черные волосы упали на плечи. — Обитель, в которой подвергают изгнанию. Учат подчинению. Нет эмоций — есть покой! — последние его слова являлись одним из постулатов джедаев и были сказаны жёстко, будто плевок в лицо.       — Не ситху решать, во что верить нам, — спокойно ответил ему Йода.       — Да, конечно, Сила! Вы хотите защитить слабых, но становитесь сильнее, чем они. А потом боитесь это признать! Я повторю. Отдайте мне Ноат Ка`Асо!       Последние слова ситха эхом разошлись по высоким сводам Храма. Но джедаи не шелохнулись. Они выжидали, буравя противника взглядом и пытаясь придумать хоть какую-нибудь стратегию. Никто не мог признать свое неведение. Никто не знал, что делать. Оставалось только ждать. Первым не выдержал Энакин. Резко сорвавшись с места, он за секунду приблизился к противнику вплотную и занёс меч для удара. Однако его опередили. Ситх молниеносно выхватил из-за пояса свой меч и заблокировал удар. Синее лезвие встретилось с красным.       — Ты ничего от нас не получишь! — вскричал Энакин, занося меч для очередного удара, который тоже был заблокирован.       — Если вы хотите битвы, то вы её получите! — улыбаясь, взревел незнакомец, отбрасывая Скайуокера волной Силы к ногам Оби-Вана. — И знайте, против вас выступил Дарт Висен!       Он откинул плащ и отпустил меч, который остался висеть в воздухе. Дико улыбаясь, ситх сделал два шага вперёд и вскинул руки. Вокруг него появилось ещё шесть рукоятей, которые через мгновение активировались и заплясали смертельным красным танцем вокруг хозяина. Изредка по рукояткам мечей пробегали синие искры молний Силы, показывая, насколько ситх силён. Джедаи молча наблюдали за этим действом. Оби-Ван ещё не сталкивался с подобным противником, и мог лишь поражено наблюдать, пытаясь придумать план. Энакин, кое-как поднявшись, тоже замер в ступоре. Только Йода едва заметно качнул головой.       — Великую мощь в тебе ощущаю, владыка Висен. Не пристало юным джедаям жизни отдавать свои в битве, выиграть не смогут которую. С тобой я сражусь!       Но ответ Йода услышать не успел. За спиной ситха промелькнула несколько десантных кораблей, а в следующую минуту всю посадочную площадку и упавшие ворота заняли клоны. Они вскинули оружие и взяли ситха на прицел. Тот даже не шелохнулся. Мечи окружали своего владельца смертоносным красным танцем. Внезапно, один из них остановился и полетел в сторону клонов. Клоны открыли огонь, но ни один из выпущенных зарядов не достиг цели. Все были отбиты шестью алыми мечами… А седьмой достиг своей цели, и сейчас только рукоять торчала из груди клона.       — Не пытайтесь убить того, кого боитесь настолько, что даже не понимаете природу страха, — тихо, но отчётливо проговорил ситх. — Вы не сможете меня одолеть. А я вас убью!