Вот такая свобода...

Морбия

      По каменным стенам апартаментов Мираж бегали тени. Они исполняли безумный танец, то дрожа, то замирая на краткие мгновения. Богиня не обращала внимания на ужасные фигуры, в которые порой превращались тени. Всё её внимание было приковано к хрустальному шару. Она наблюдала, как правитель Мал-Аль-Судаба спускается в тайный Подземный Город. Она видела размер его армии мёртвых, она знала сколько ещё их покоилось под землёй, но всё равно оставалась недовольной.       — Пусть это армия мёртвых, но они не всесильны… Надо поработить ещё больше людей! И не только людей! Нужно найти способ заполучить Джина! — Мираж нетерпеливо встала, и подошла к окну. Вязкая тьма заполонила собой всю Морбию. А в этой тьме плавали куски почвы, осколки скал — разрушенный, некогда прекрасный мир… Мираж вторглась в него и посеяла здесь хаос, который так обожала. Никто из прежней Морбии не остался в живых, ничто не уцелело. Богиня очень полюбила нынешнюю Морбию. Она мечтала внести хаос и в мир людей, но слишком много божеств его охраняли. Богиня хаоса ненавидела их, но в одиночку смогла уничтожить только несколько младших божеств. — Нужно заполучить силу моих родителей. И если с отцом всё ясно, то хранителя силы моей матери придётся найти и возможно убить. Скорее всего Нефертум в Едином Мире, куда мне путь заказан… Что ж, придётся импровизировать, — богиня довольно улыбнулась, представив, какие перемены грядут для мира людей.       Из тёмного коридора появилась большая огненная кошка. Она вальяжно прошла по залу, приблизилась к хозяйке и дала себя погладить.       — Можем немного помучить Аладдина. Нужно отвлечь его внимание от нашего ненаглядного Мозенрата. Нельзя, чтобы ему мешали. Да и к тому же, пора мне с героем Аграбы познакомиться лично, — Мираж усмехнулась и вернулась к хрустальному шару. Взглянув в него, богиня увидела Аладдина и его компанию плывущими на лодке вдоль берега реки. — Отправляйтесь в мир людей, мои милые кошечки. Мамочка вас догонит, — ласково произнесла Мираж и огненная кошка поспешила скрыться в тёмном коридоре. <center>***

      Некромант сидел в обеденном зале. Стол уже был накрыт, но девица пока не появилась. Князь нетерпеливо отбивал ритм пальцами по столу, другой рукой подпирал голову и не спускал глаз с двери. Выглядел он скорее скучающим, нежели раздражённым.       — Она заставляет меня ждать… — мужчина нахмурился и уже начал планировать, как накажет свою гостью за такой проступок, но вот дверь отворилась и на пороге появилась Лейла. На ней было нежно-зелёное платье, украшенное вышивкой из золотой нити. Волосы были заплетены в виде ни то ракушки, ни то цветка… Князь не очень разбирался в этом. Единственное, что было ему понятно — девушка красива. Он чуть дёрнул головой, как бы прогоняя ненужные мысли, и сконцентрировал взгляд на лице девушки. Она чувствовала себя неловко. Это было заметно по тому, как она прикусывала нижнюю губу и руками мяла ткань платья. Мужчина ухмыльнулся.       Лейла подошла к столу и растерянно поглядела на него.       — Присаживайся там, где тебе удобно, — выпрямив спину, произнёс колдун и щёлкнул пальцами. Через мгновение в зал прибежали несколько слуг с подносами в руках. Девушка села напротив князя, положив руки на колени. Перед ней поставили блюдо и она изучающе оглядела его содержимое.       — Это кускус с перепелами под сливовым соусом, — сказал Мозенрат и приступил к трапезе. Египтянка не стала медлить и попробовала ранее неизвестную ей еду. Видимо, пища пришлась ей по вкусу, потому что вскоре тарелка опустела. Некромант был весьма удивлён такому аппетиту. Сам он едва ли осилил половину порции. Он почти не испытывал аппетита в последние дни.

***

      — Ты странный, — задумчиво произнесла Лейла, когда они покинули обеденный зал. Некромант пожал плечами. Он вывел девушку во внутренний двор, который когда-то был красивым садом. Старый мраморный фонтан среди двора давно не функционировал, а растения и цветы погибли под палящим солнцем. В дальнем углу двора располагалась оранжерея, где некромант выращивал растения, которые могли послужить ему в приготовлении зелий и порошков.       Лейла с унылым видом оглядела мёртвый сад. Она подошла к фонтану и стала разглядывать его вдоль и поперёк. Он был украшен лепниной, но она настолько разрушилась, что нельзя было догадаться, что же там было изображено. В некоторых местах ещё сохранились отполированные участки мрамора…       — Когда-то здесь было красиво… — тихо сказал мужчина, прикрыв глаза на мгновение. Яркое и печально-радостное воспоминание промелькнуло перед глазами и тут же угасло. Казалось, он даже услышал звонкий девичий смех.       — И что же случилось? Садовник умер? — спросила девушка с улыбкой.       — Да… — безэмоционально произнёс князь, — Садовник умер…       Лейла уловила его настроение и не стала больше задавать вопросов. Мозенрат быстрым шагом направился к оранжерее. Девушка не отставала.       — Завтра уже можно будет срезать, — сказал князь, склонившийся над клумбой с цветами шафрана. Бутоны были слабо раскрыты, но уже набрали цвет. В оранжерее было ещё много растений. Были среди них вполне обычные цветы и небольшие деревца, но в отдалённом уголке росли такие растения, которые найти в обычном саду было невозможно. И всё благодаря Арбатаксу и его волшебному саду.       — Зачем тебе все эти растения? — спросила Лейла, разглядывая уже начавшие вянуть цветы жасмина, — Ты не похож на любителя собирать букеты…       Колдун пожал плечами, повернувшись к девице лицом.       — Для меня всё это, — он взглядом обвёл оранжерею, — компоненты для снадобий, ингредиенты для зелий и ядов, — увидев, каким озадаченным стало лицо египтянки, князь нахмурился. Он хотел сказать что-то ещё, но внезапно его пронзила острая боль. Она будто прошла через всё тело огромным магическим импульсом. Князь сдержал стон. Он стиснул челюсти и остановился на месте. Постепенно боль отступила. А отчаяние приблизилось ещё на шаг.       «Времени всё меньше…»        Лейла стояла рядом и наблюдала за ним. Она, должно быть, заметила, как побледнел Мозенрат, потому что взгляд её стал обеспокоенным.       — С тобой… — задать вопрос она не успела. Князь резко перебил её.        — Скажи мне честно, ты хоть немного знакома с магией? — спросил он и постарался проигнорировать недоумевающий взгляд девушки.       — Магия?.. Колдовать я не умею… — ответила она.       — Может ты умеешь исцелять людей? Или что-то в этом роде?.. — надежда некроманта погасла, когда Лейла отрицательно помотала головой.       — Отлично… спасибо рунам за столь бесполезную помощь… — проворчал князь, потерев лоб. Снова вернуться в исходную точку, снова искать что-то, что могло бы помочь…       — Тебе так необходимо, чтобы я была ведьмой? — спросила девушка, слабо улыбнувшись. Она увязалась следом за ним.       — Ты и так ведьма. Ведьма, которая не умеет колдовать… — язвительно ухмыльнулся мужчина.       — Что? Я ведьма? Откуда…       — Ксерксис почувствовал твою магию. Поэтому я тебя и забрал у Тибриза, — не дослушав очередного вопроса, ответил князь.       — Так тебе нужна моя магия? Получается, что ты всё это заранее спланировал… И привёз меня в свои земли не для того, чтобы спасти или уберечь, а чтобы я уже точно никуда не убежала, — с каждым словом лицо девушки становилось всё злее. Она нахмурила брови, сжала губы и уставила на мужчину пронизывающий взгляд. Некроманту даже стало не по себе от её смены настроения, но он мысленно похвалил такую дедукцию. Столь быстро «сложить два и два»…       — Это не похоже на благодарность… — недовольно сказал он.       — Благодарность? Ты требуешь благодарность? Позволь узнать, за что?       — Дай-ка подумать… — мужчина сделал задумчивое лицо, поглядев вверх и положив палец на подбородок, — Я заставил Тибриза выкупить тебя у работорговцев, потом забрал тебя из его гарема, защитил от твоего женишка, спас от верной смерти среди Кинжальных Скал, вернул тебе твой кулон, не бросил в пустыне, дал лучшие покои в своём дворце…       — И зачем ты всё это делал? Разве я просила спасать меня из рабства? Сама бы сбежала…       — Да уж, побеги — это твоя стезя, — усмехнулся князь. Девушка гневно глянула на него.       — Ответь, зачем ты забрал меня из бесуадского гарема?       — Я думал, что ты поможешь мне с одним делом, но я ошибся. И эта ошибка будет стоить мне…       Повисло молчание. Некромант задумчиво поглядел на девушку. В голове зародилась вполне очевидная мысль. Он не успеет найти кого-то другого. Во всей округе на многие мили от дворца он уничтожил всех, кто хоть немного знаком с магией. Это значит только одно — девчонка — его последняя надежда хоть ненадолго отсрочить смерть.       — Может стоит научить тебя парочке заклинаний? Есть маленький шанс, что ты сможешь помочь мне, — глаза князя будто загорелись новой надеждой. Египтянка снова удивлённо взглянула него.       — Зачем тебе обучать меня магии? И как я могу тебе помочь?       Мозенрат задумчиво посмотрел перед собой. Несколько секунд колебаний и он всё же ответил:       — Идём.       Они вернулись во дворец, где по прогулочному холлу дошли до широких дверей, через которые прошли в большое светлое помещение круглой формы. Лейла решила, что это храм, для поклонения богам, как в Абидосе, но она не заметила ни одной фрески, ни одного изображения, ни статуй.       — Где мы?       — Это лазарет. Здесь живёт мой личный врач, — ответил мужчина и провёл девушку в центр помещения. Из-за деревянной ширмы вышел пожилой мужчина. Он был маленького роста, с глубокими морщинами на смуглом лице. На голове его была надета белая чалма. Сам мужчина был одет в просторную арабскую одежду светлых оттенков. Он почтительно поклонился Мозенрату и скользнул взглядом по египтянке.       Ас-саля́му ‘але́йкум, Лука, — бесстрастно произнёс Мозенрат. Врач поприветствовал князя в ответ.       — Господин, — сказал он по-стариковски глухим хриплым голосом, — Всё уже готово. Прошу, присаживайтесь, — старик указал на мягкую кушетку. Возле неё стоял столик, на котором лекарь расположил свой небольшой сундучок.       — Садись рядом со мной на кушетку, — сказал князь, обращаясь к Лейле.       — Зачем? — недоумевая, спросила девушка, но всё же присела. Князь стал расстегивать кафтан.       — Сейчас всё увидишь, — сказав, он снял перчатку с правой руки и аккуратно положил её на столик рядом с лекарским сундучком. После он снял кафтан, а затем и нательную рубашку. Лейла молча за ним наблюдала, а Лука доставал из своего сундучка всякие принадлежности: ножницы, бинты, баночки с мазями.       Мозенрат между тем уже присел на кушетку по правую сторону от египтянки. Она не сразу заметила его забинтованную до самого плеча руку. Сначала взгляд девушки привлёк сам князь, точнее его обнажённый торс. Бледная кожа, рельеф мышц, шрамы на груди и плечах. Выглядело впечатляюще и пугающе одновременно.       — Куда ты смотришь? — голос князя прозвучал неожиданно. Девица вздрогнула и быстро отвела взгляд в сторону.       — Никуда, — как можно равнодушнее ответила она. Мозенрат усмехнулся.       — Значит мне просто показалось, что ты бесстыдно рассматриваешь меня, — со вздохом сказал он.       — Да, тебе показалось, — серьёзным тоном сказала Лейла и заставила себя посмотреть в лицо князю. Он, с холодной ухмылкой на лице, посмотрел ей в глаза.       — Надеюсь, мне больше не покажется.       Лейла отвела взгляд и стала наблюдать за Лукой. Старик стал разрезать бинты на руке колдуна. Мозенрат всё ещё продолжал смотреть на девушку, процесс перевязки он видел уже тысячи раз. Лейла чувствовала на себе его взгляд, но упорно продолжала наблюдать за тем, как старик убирает бинты с руки князя. Когда уже половину руки было видно, Лейла отвернулась. Она ожидала увидеть увечья, но не такие. Вся рука была покрыта незаживающими язвами. В некоторых местах даже четко видна была кость.       — Что с тобой случилось? — как можно спокойнее спросила девушка, поглядев на князя полным сочувствия взглядом. Он сидел, нахмурив брови и крепко сжав зубы. Взгляд его оставался таким же ясным и холодным и лишь напряжённые мышцы лица выдавали его. Ему больно. Невыносимо больно.       — Так, ничего особенного, — сквозь зубы ответил он слишком спокойным, даже небрежным тоном. Лейла поняла, что он сейчас не настроен на диалог и стала просто молча смотреть на лекаря, стараясь не заострять внимания на покалеченной руке. Лука аккуратно обрабатывал руку Мозенрата каким-то прозрачным настоем. После настоя, на руку лег ровный слой зеленоватой, приятно пахнущей мази. Через несколько минут, когда мазь впиталась, лекарь стал бережно забинтовывать руку, начиная с пальцев и заканчивая плечом. Когда с этим было покончено, Мозенрат встал и начал одеваться. Лейла продолжала сидеть на кушетке, а Лука собирал все свои мази и настои в сундучок.       — Завтра жду вас снова, господин, — сказал лекарь, когда Мозенрат был уже полностью одет, — состояние вашей руки ухудшается, а язвы увеличиваются. Мои мази конечно замедляют процесс, но полностью остановить хворь, увы, не могут, — старик говорил тихо, но Лейла разобрала каждое его слово, — И ещё кое-что. По всей видимости, болезнь проникла и внутрь вашего тела. Постепенно поражаются внутренние органы…       Колдун одним движением руки заставил замолчать лекаря и тот покорно опустил голову.       — Мы можем идти, — нетерпеливо сказал князь, обратившись к египтянке. Она резко встала с кушетки и направилась к выходу.

***

      Лейла долго не решалась что-либо сказать. То, что она увидела в лазарете… Страшно было представить, какую боль и муку испытывает Мозенрат, а ведь ни разу не поморщился. Будто научился жить с этой болью.       Некромант вёл её по прогулочному холлу и хранил молчание. А египтянка не хотела узнавать, куда они направляются. Он поймал на себе её взгляд и резко остановился. Девушке тоже.       — Не нужно меня жалеть, — вдруг произнёс мужчина. Он поднял правую руку, — Это плата за могущество.       Ответа не последовало. Хотя египтянка очень хотела сказать Мозенрату, что он идиот.       — Обычными мазями эту заразу не победить, потому что это магическое проклятие, о котором я узнал слишком поздно. Теперь мне остаётся только надеяться на твои способности, потому что сам я болезнь остановить не в силах, — некромант горько усмехнулся.       — И что я же могу сделать? — обеспокоенно спросила Лейла.       — Отправляйся в свои покои, я приду через некоторое время и попробую научить тебя элементарным приёмам в магии, — сказал некромант. Тут же к ним подошли два евнуха, выделенные для служения девушке. Над их головами крутился Ксерксис.       — Госпожа, мы проводим вас, — с поклоном произнёс один из евнухов. Князь кивнул и египтянке только и осталось пойти за скопцами. Ксерксис же «хвостиком» последовал за хозяином.

***

      — Похоже, что он не придёт… — вздохнув, сказала Лейла. Солнце уже клонилось к горизонту, а девушке подали ужин прямо в комнату. Покончив с ужином, она переоделась в ночную тонкую сорочку и стала расплетать волосы, сев напротив зеркала.       — Прош-шу, — внезапно послышался хриплый голос от дверей. Испуганная египтянка обернулась на звук и увидела Ксерксиса, нервно кружащего по её покоям. — Хозяин… Нужно помочь!       Лейла поднялась с места и подбежала к змею. Он быстро нырнул в приоткрытую дверь. Девушке оставалось только следовать за ним. Босиком в одной лишь сорочке она побежала по тёмным коридорам дворца.       — Где он? — переводя дух возле главной входной двери, спросила девушка.       — Князь в своей цитадели…       — Цитадели? — с недоумением спросила девушка. Она не совсем понимала, что такое цитадель и где она находится.       — Просто следуй за мной, — прошипел зверь. Египтянка кивнула и открыла тяжёлую дверь, ведущую на улицу. Прохладный ветер ночной пустыни мурашками прокатился по её коже. Ксерксис устремился в темноту, девушка едва ли поспевала за ним. Они обогнули половину дворца и наконец Лейла увидела высокую тёмную цитадель. Она стояла совсем рядом с дворцом, мрачная, будто навевающая смерть. В ней не было окон, лишь широкий проём входа. Зверь нетерпеливо нырнул в темноту цитадели, а Лейла в нерешительности замерла перед самым входом. Тогда Ксерксис вернулся.       — Скорее!       — Да… Ладно, — вдохнув полной грудью, египтянка вошла в цитадель. — Тут так темно! Куда мне идти?       Ксерксис неожиданно лёг ей на плечи, обвив шею. Девушка испуганно дёрнулась и с трудом сдержала желание скинуть его с себя.       — Я буду говорить, куда идти, — прошипел он ей на ухо. — Пока прямо…       Так, по указаниям Ксерксиса, Лейла добралась до каменной винтовой лестницы. Дальше подъём вверх и снова навигация змея и вот египтянка упёрлась в деревянную дверь. Та со скрипом открылась и Лейла наконец увидела слабый свет, исходивший от больших голубых кристаллов в стеклянных сосудах с водой. Девушка взглядом обвела помещение и увидела Мозенрата. Он сидел в старом кресле и будто ничего вокруг не видел. В руках он держал небольшую бутылку из тёмного стекла.       — Мозенрат, — тихо позвала Лейла и поймала на себе мутный взгляд мужчины. Он нахмурился, слегка встряхнул головой и часто заморгал.       — Ты… — тихо произнёс он и сделал глоток из бутылки.       — С тобой всё…       — В порядке?! — вдруг воскликнул он и подскочил с кресла, пошатнулся и ухватился за край стола, чтобы не упасть. — Нет! Не в порядке! Я хочу спать, но эта… — он поднял правую руку и сжал кулак, — боль… Я напился… Думал, что полегчает, но-о теперь мне ещё хуже.       — Я думала, что ты тут при смерти! — крикнула девушка и возмущённо уставила руки в боки, — А ты всего лишь пьян?!       Князь замер на миг, а потом засмеялся. Бросив бутылку на пол он на непослушных ногах сделал пару шагов навстречу Лейле.       — Помоги мне дойти до кровати, — и словно нарочно, он навалился на девушку всем весом. Её ноги подкосились, но она устояла.       — Я похожа на лошадь?! — возмутилась она, но всё же подпёрла плечом колдуна.       — Нет… Ты похожа на-а-а… на неё, — нечленораздельно протянул князь, едва переставляя ноги, — Подожди! — мужчина резко выпрямился и потёр лоб, — Ты же не пота-а-щишь меня по лестницам! Сейчас, — сказал он и нацелил правую руку на стену. Одна короткая вспышка и в стене возникло странное окно в полный человеческий рост. Девушка изумлённо поглядела на него.       — Это ещё что такое?!       — П-портал в мои покои, — проговорил он и снова навалился на Лейлу. — Заходим в него и «пуф-ф!» мы окажемся в моей кровати.       — Ладно! Идём в портал… — и они вошли в магический проход.       Резко бросив князя на постель, Лейла облегчённо вздохнула. Мозенрат развалился на всю кровать и сразу уснул. Ксерксис наконец успокоился и лёг на подушку рядом с хозяином. Египтянка вышла из покоев Мозенрата.       — Так, теперь вспомнить бы, куда мне идти… — тихо произнесла девушка, поглядев в обе стороны длинного тёмного коридора, — Кажется, направо…       Вскоре коридор стал таким тёмным, что девушка не видела ничего дальше своего носа. Она шла, держась за стены и уже преодолела несколько поворотов, когда решила, что заблудилась. Света нигде не просматривалось, не попалось ни одной двери, да ещё в придачу стало холодно.       — Проклятье! — зло прошипела Лейла в темноту. Ноги её на каменном полу совсем замёрзли, тело пробирала дрожь. Поворачивать обратно смысла не было — девушка не запомнила дорогу от апартаментов князя. Оставалось только одно, — Э-э-эй!!! Кто-нибудь?!       Несколько раз девушка нарушила тишину своими криками, однако безрезультатно. Тогда она пошла дальше, не прекращая ощупывать стены, но только упёрлась в тупик. Со злости Лейла стала колотить руками по каменным стенам, а когда устала, то села на пол и расплакалась от досады. Она сидела, сжавшись в комочек, чтобы хоть немного согреться и не заметила, как кто-то подошёл.       — Эй, — раздался тихий женский голос, — Ты что тут делаешь?       Лейла моментально подскочила на ноги и в темноте разглядела силуэт.       — Я заблудилась в этих проклятых коридорах, — зло проговорила она, — Поможешь мне?       — Да, идём за мной. Но только тихо… Господина лучше не тревожить, — всё так же тихо сказала незнакомка. Она взяла египтянку за руку и повела за собой, — У тебя руки ледяные. Давно ты тут?       — Вроде нет, — ответила Лейла.       Очень скоро девушки попали в небольшую уютную комнату. Незнакомка заботливо усадила египтянку на свою кровать и закутала в мягкое тёплое одеяло. Лейла внимательно осмотрела девушку-арабку. На вид ей было не больше шестнадцати лет, хоть она и была достаточно высокого роста. Тёмно-каштановые волосы, заплетенные в косу, доставали до поясницы. Глаза почти круглые, карего цвета, обрамленные густыми чёрными, но прямыми ресницами. Нос прямой. Губы пухлые. Девушка была красива и стройна, как лань.       — Ну, рассказывай, кто такая? Как оказалась в том коридоре? — хоть девушка говорила мягко, в голосе и во взгляде её чувствовались подозрение и холодность. Египтянка чувствовала её неприязнь и мысленно усмехнулась.       — Я Лейла. Гостья князя Мозенрата. Вчера мы прибыли сюда вместе с ним, — тщательно подбирая слова, ответила Лейла.       — Гостья?.. То есть не рабыня, не наложница…       — Нет-нет-нет. Я не рабыня. Мне пришлось сюда приехать по одному важному делу, — Лейла замолчала. Незнакомка глядела на неё с нескрываемым интересом, но всё ещё с подозрением.       — Что ещё за дело?       — Этого я сказать не могу, — твёрдо сказала девушка, опасаясь, не сказала ли лишнего. Собеседница разочарованно смолкла, но Лейла мягко улыбнулась, слегка наклонив голову набок, — Кстати, ты сама мне не представилась.       — Ах, да, — девушка моментально взбодрилась, — Меня зовут Айша. Я родилась в Аравии, потом попала в гарем персидского царя. А он подарил меня князю Мозенрату, меня и ещё полсотни девушек, — Айша говорила быстро и с таким вдохновением, что казалось, будто она очень долго не болтала, — Многие из них погибли в пути от болезни. Половину тех, кто прибыл в этот дворец, господин тут же продал. Вот и осталось нас десять наложниц. Конечно, есть ещё девушки, которые были до нас, но все они говорят, что князь очень давно потерял интерес… — она томно вздохнула, а потом продолжила, — А совсем недавно господин оставлял у себя Золлу, но она вернулась совсем бледная, заплаканная. Ничего никому не сказала… А сегодня вечером её куда-то увели… — страх мелькнул в глазах девушки и она замолкла. Египтянка задумчиво глядела перед собой, пытаясь переварить полученную информацию. — А ты откуда родом? — спросила Айша, вырвав собеседницу из раздумий.       — Я из Египта. Дочь простого торговца, — коротко ответила Лейла и улыбнулась. Айша осторожно улыбнулась в ответ, — А где остальные девушки? — поинтересовалась египтянка.       — Каждая в своей комнате. Господин каждой девушке выделил по комнате, чтобы меньше ссор было. Из комнат нам можно выходить только днём. Мы гуляем по маленькому внутреннему саду или сидим в общей комнате. И всё под присмотром слуг и иногда этих… — девушка перешла на шёпот, а лицо её побледнело, — Мамелюков.       — Мамелюков? Кто это? — вкрадчиво спросила Лейла, но Айша мотнула головой и закрыла рот ладонью, давая понять, что не может об этом говорить. Египтянка понимающе кивнула и сменила тему.       Они болтали на нейтральные темы ещё какое-то время, пока не уснули.       Утром, едва только первые лучи солнца осветили пустыню, Лейлу разбудила Айша.       — Лейла, тебе нужно вернуться в свои покои. Могут быть проблемы.       — Не волнуйся. Ни мне, ни тебе ничего не грозит, — уверенно ответила египтянка и снова закрыла глаза. Она не знала, сколько прошло времени, когда её настоятельно разбудил какой-то евнух.       — Госпожа, что вы здесь делаете? — вопрошал он беспокойно.       — А что такое? Это же гарем. Вроде мне именно тут и следует жить, согласно правилам дворцов, — хмуро глядя на скопца, сказала Лейла. Рядом с ним стояла Айша, испуганно глядя перед собой.       — Здесь существуют только правила нашего господина. И он чётко приказал не впускать вас сюда, — строго сказал евнух, подавая девушке плотный халат. — Очень хорошо, что он ещё не проснулся, так что есть возможность скрыть от него этот инцидент.       — Пожалуйста, Ахмет, не говорите никому, что я причастна! — едва сдерживая слёзы, попросила Айша. Лейла сочувственно поглядела на неё.       — Не волнуйся, никто не узнает, — сказала она тихо, пока надевала халат. Айша больше ничего не сказала и неловко отводила взгляд. Египтянку это уязвило, но и она не сказала ни слова и покинула комнату в сопровождении евнуха.

***

      — Господин, проснитесь! — шипел Ксерксис прямо над ухом хозяина, пытаясь вытянуть его из глубоко сна. Мозенрат слышал эти слова, словно они звучали где-то далеко, — Господин, проснитесь! Уже полдень…       Наконец, Мозенрат открыл глаза и резко сел. Лоб его покрывала испарина, взгляд был затуманен.       — Как полдень? Я не мог проспать так долго! Почему ты меня не разбудил утром? — Князь посмотрел по сторонам. В его покоях царила полутьма, но лишь потому, что окна были занавешены плотной тёмной тканью.       — Я пытался разбудить вас утром, но вы спали так крепко, хозяин. Когда вы стали кричать во сне, я стал вас будить. Я долго вас будил, — зверь обвился вокруг шеи хозяина.       — Я опять видел этот сон… — мужчина погладил Ксерксиса и неторопливо встал с постели. Он немного пошатнулся и схватился за спинку кровати, — Голова кружится…        Еле переставляя ноги, Мозенрат тяжело погрузился в мягкое кресло. Он откинул голову на спинку кровати и медленно закрыл глаза. В памяти всплыли отрывки недавно увиденного сна. Там был Дестан. Его жестокий наставник. Он воспитывал Мозенрата как своего сына. Как наследника. Так говорил сам Дестан… Некромант с ужасом и ненавистью вспоминал о нём.        Дестан часто являлся Мозенрату во сне. Он угрожал, смеялся как безумец. Каждый раз в сновидении некромант становился ребенком, которого заставляли убить беззащитное существо, будь то котёнок или младенец. Так Дестан учил Мозенрата жестокости. И каждый раз Мозенрат громко, со слезами на глазах кричал «Нет!», бросая кинжал куда-то в сторону. И каждый раз наставник брал в руки плеть, а два солдата привязывали руки ребёнка к столбу. Плеть свистела, рассекая воздух, и едко прилипала к коже на спине Мозенрата, оставляя за собой глубокие кровавые следы. И каждый раз князь чувствовал эту боль, следующую за очередным поцелуем плети. Она въелась ему в память. О ней напоминают многочисленные шрамы на спине. Так наставник ломал волю своего воспитанника.        Откинув непрошенные воспоминания, князь поднялся с кресла, но почувствовал слабость.       — Не надо было мне так много пить это пойло. Я ведь должен был учить Лейлу, — со вздохом сказал он и снова присел в кресло, — Ксерксис, приведи её ко мне.       — Слушаюсь, хозяин, — с этими словами угорь легко скользнул за тёмную занавеску и вылетел в окно, оставив князя одного. Мужчина прикрыл глаза и сразу провалился в сон. На этот раз вместо Дестана он увидел египтянку, падающую в пропасть. Некромант стремительно прыгнул за девушкой и подхватил её на руки. Она крепко обхватила его шею и, затаив дыхание, пыталась рассмотреть его лицо во тьме пропасти. Князь, держа на руках девчонку, пытался взлететь выше, чтобы выбраться из пропасти, но чем больше он пытался, тем дальше становился кусочек звёздного неба.       Ну же! — воскликнул колдун и проснулся от собственного крика. Несколько секунд потребовалось, чтобы осознать где он, ещё несколько — на то, чтобы вспомнить, что он ждёт гостью, — Наверное нужно привести себя в порядок… — решил мужчина, почувствовав своё амбре.       Мозенрат быстро умылся и причесал волосы, что не очень помогло. Кудри волос всё равно непослушно торчали в разные стороны. Одежду надел более простую: светлую рубаху и темно-коричневые штаны, размером гораздо меньше шаровар, но всё ещё достаточно свободные для любых движений.       «Хозяин, мы уже близко», — сообщил Ксерксис. Мозенрат велел ему оставить девушку у дверей.       «Распорядись, чтобы в мои покои подали обед и как можно скорее».       Дверь покоев медленно открылась и князь увидел свою гостью. Она поглядела ему в глаза, едва заметно вскинула подбородок и твёрдой походкой направилась к нему. Колдун ухмыльнулся. У девицы был боевой настрой и она явно хотела что-то сказать, но Мозенрат не дал ей этого сделать.       — Спасибо, — произнёс он и девушка замерла на месте. По её нахмуренным бровям стало понятно, что она в недоумении. Князь усмехнулся, — Ты помогла мне вчера… Надеюсь, что ты никак не воспользовалась моим бессознательным состоянием.       — Ч-что? Нет! — воскликнула девушка, — Я сразу же ушла отсюда… — уже тише сказала она, но потом резко добавила, — И между прочим, я чуть не замёрзла в тёмном коридоре!       — Как это? — поинтересовался мужчина. Он указал Лейле на мягкое кресло, приглашая присесть. Девушка коротко поведала о том, как она заблудилась во дворце и как ей на выручку пришла какая-то наложница. Имя её упомянуто не было и князь догадывался, почему, — Что она тебе рассказала? — вкрадчиво поинтересовался некромант и египтянка настороженно поглядела на него.       — Ничего. Я сразу уснула, — уверенно соврала девушка, на что князь снова усмехнулся. Разговор продолжить не удалось, потому что слуги принесли обед.

***

      Последующие несколько дней Мозенрат обучал Лейлу элементарным магическим приёмам: зажечь и погасить свечу, собрать воду в кувшин, вырастить из семени росток… Сначала ничего не происходило и когда колдун уже отчаялся, девушка наконец проявила магическую силу. Её всего-то на всего нужно было разозлить. Так, стоя над свечой несколько часов подряд, Лейла вдруг моментально расплавила свечу. Но самое сложное было впереди. Магию нужно было обуздать, подчинить, ведь от её импульсивности толку никакого. Дни проходили за занятиями и разучиванием заклинаний.       — Сегодня ты хорошо постаралась, — одобрительно кивнул Мозенрат, — Завтра дам тебе поспать подольше.       Лейла не помнила, как дошла до покоев, как переоделась и легла в постель. Казалось, будто прошло не больше минуты прежде чем она снова открыла глаза. Но уже было светло, наступил другой день.       — Наконец-то вы проснулись. Уже время обеда, — произнесла служанка, как только увидела, что Лейла поднялась с постели. Она сразу же позвала помощницу и они помогли египтянке надеть яркий парчовый костюм, состоящий из красной рубахи, зелёных шаровар, оранжевой туники и зелёного пояса. Пояс и туника были украшены золотой вышивкой. Девушке заплели волосы и на голову повязали тюрбан из белого платка, а к нему прикололи большую брошь с изумрудом. Она с изумлением разглядывала своё отражение.       Лейла редко видела такую роскошь у себя на родине. Там все одевались проще. Правда один раз она видела наложницу, которую визирь вёз в дар для какого-то султана. Та наложница была вся замотана в шелка, и лицо её было скрыто за вуалью. И вся она была увешана золотыми украшениями. Она ехала верхом на верблюде, а маленькие дети ремесленников и торговцев бежали рядом, восхищённо крича и показывая на наложницу. Один мальчик коснулся её ноги. Увидев это, стражники визиря бросились разгонять толпу детей.       Все девушки восхищались той наложницей. Каждая мечтала оказаться на её месте. Попасть во дворец, целый день развлекаться, слушать музыку и петь. Каждая простая небогатая девушка мечтала о такой судьбе, а некоторые даже пытались попасть в гарем фараона. Но не Лейла.       — Да, она вся в золоте, в шелках, но она РАБЫНЯ! Она попадёт в красивый дворец, но будет там не более, чем игрушкой для потехи султана, — говорила она своим подругам. Однако, те с недоумением глядели на неё. Томно вздыхая, каждая из них говорила: «Лучше быть рабыней во дворце, чем свободной нищенкой на улице».       Вспомнив об этом, Лейла в уме посмеялась над собой.       «И что в итоге?»       Вскоре ей принесли обед и на время трапезы оставили её одну. Лейла быстро поела и решила найти колдуна самостоятельно, а заодно и прогуляться. Уже несколько дней она сидела в этом мрачном дворце.

***

      — Сколько можно спать… — проворчал мужчина, когда в очередной раз евнух сообщил ему, что Лейла ещё не проснулась, — Ладно. Не тревожьте её.       Некромант вышел во двор. Ему необходимо было отвлечься, а в этом князю помогали физические нагрузки. Но, увы, бойцов для боя не было, и колдун решил занять себя метанием ножей.       Во внутреннем дворе находилась личная оружейная Мозенрата. Много места она не занимала, однако в ней находилось немало ценных вещей со всего мира. Поэтому даже оружейная была под защитой нескольких заклинаний, которые должны были подействовать на любого, кто решит обокрасть князя.       Мозенрат вошёл в оружейную и зажёг все лампы. Он прошёл мимо стены, на которой были развешаны луки и колчаны со стрелами. Каждый лук был уникален и второго такого было не найти.       Колдун прошёл и мимо других интересных вещиц: копий, сабель, арбалетов. Он остановился возле полок, на которых стояли разные футляры и взял один из них. Это был скорее не футляр, а серебряная шкатулка. Мозенрат сразу ощутил её немалый вес. Он открыл шкатулку: внутри лежало четыре метательных ножа. Железные лезвия сияли холодным блеском.       Выйдя из оружейной, князь прошёл на середину двора и стал оглядываться вокруг в поисках мишени, но потом решил использовать своих бессмертных воинов. Мужчина провел правой рукой снизу вверх. Из земли, точнее из внезапно возникнувшего черного песка поднялось шесть мамелюков. Когда они крепко встали на ноги, черный песок исчез так же, как появился.       — Ну, что встали? — прикрикнул князь на мертвецов и те начали ходить из стороны в сторону. Двигались они достаточно быстро для мертвецов, да и выглядели не так уж и плохо, но это скорее всего потому, что они были ещё совсем свежими.       Мозенрат метнул нож и тот угодил одному мамелюку прямо в горло. Мертвец сдавленно прохрипел, вынул нож и понёс его хозяину. Когда он приблизился к Мозенрату, князь узнал в нём Амута. Мертвец мутными глазами уставился на своего хозяина.       — Не смотри так на меня. Ты сам встал у меня на пути, — тихо произнёс Мозенрат, забирая нож из его рук. Лезвие ножа покрывала тёмная дурно пахнущая жижа, которая не так давно была кровью. Некромант вытер лезвие ножа об одежду Амута и тот побрёл на противоположную сторону двора к другим мертвецам.

***

      Лейла, наконец, вышла наружу и на мгновение остановилась, чтобы перевести дух. Она так спешила покинуть стены дворца до того, как её заметили бы слуги, что совсем запыхалась. Солнечный свет ударил в глаза и девушка зажмурилась. Воздух был горяч, но Лейла всё равно обрадовалась — она наконец-то оказалась на улице и в одиночестве. Она быстро огляделась вокруг. Ничего. Только просторный пустой двор с разветвлением каменных дорожек, да высокие стены по периметру. Должно быть, она попала в наружний двор.       Наконец Лейла заметила фигуру князя. Он стоял на месте и делал какие-то движения руками. Лейла поспешила к нему, а немного приблизившись, поняла, чем он занимался. Ловким движением руки князь метнул маленький нож куда-то в сторону. Спустя несколько мгновений к Мозенрату подошёл человек и отдал нож в руки. И вот Лейла была уже так близко, что могла разглядеть и колдуна и человека, принесшего нож. И когда она это сделала, ужас пробрал её до костей. Это был Амут! Сердце девушки пропустило удар, но она заметила, что что-то не так. На шее Амута было несколько порезов, из них сочилась тёмная жидкость, едва ли похожая на кровь. Взгляд Амута был каким-то замутнённым и безучастным, будто…       «Он МЁРТВ!!!» — поняла Лейла. По телу прошла дрожь, а к горлу подступила тошнота.       Князь метнул ещё один нож и обратно его принёс ЕЩЁ ОДИН МЕРТВЕЦ!       Лейла с ужасом наблюдала за ними. Она не могла вымолвить и слова.       Мозенрат, словно почувствовав на себе взгляд девушки, повернулся к ней. Сразу несколько эмоций выразило его лицо: сначала удивление, потом недовольство, раздражение и, после тяжёлого вздоха — покорность воле случая. Он как-то устало глянул на Лейлу и подошёл к ней.       — Да, это мертвецы. Мамелюки. Мои бессмертные рабы, — ответил Мозенрат на немой вопрос Лейлы, указывая рукой на своих мамелюков. В его голосе четко были слышны нотки гордости, — Твой бывший жених и его люди заплатили за то, что бросили мне вызов.       Египтянка посмотрела в чёрные глаза князя и увидела в них усмешку. Она хотела что-нибудь ответить, но не могла подобрать слов. Лейла ещё раз поглядела на тех мертвецов и волна страха, смешанного с отвращением, пробежала по её телу. Но было что-то ещё… Когда она смотрела на Амута, она почувствовала ликование. Ей нравилось видеть то, чем стал её бывший жених и когда она это осознала, то испытала ещё больший страх.       — Ну, и зачем пожаловала? — спросил мужчина, однако, увидев оцепенение, в котором пребывала девушка, сказал, — Ладно, думаю ты не настроена вести диалог в такой атмосфере.       Лейла молчала. Мозенрат ушёл в сторону оружейной, где аккуратно уложил метательные ножи обратно в шкатулку, а её вернул на место. Через несколько минут он вернулся к египтянке. Всё время, пока его не было, Лейла молча наблюдала за мамелюками, которые стояли как вкопанные. По телу девушки то и дело, пробегали мурашки. Желудок беспокойно сжался.       Князь ухмыльнулся, провёл рукой сверху вниз и под мамелюками появился черный песок, который втянул их под землю. Лейла ошеломлённо наблюдала за всем происходящим.       Мозенрат поглядел на девушку и едва сдержал смех. Она показалась ему такой забавной в этот момент. Широко распахнутые глаза выражали полнейшее непонимание. Рот приоткрыт, брови просто полезли на лоб.       — Куда они делись? — всё-таки спросила девушка.       — Под землю. Разве это не очевидно? — язвительно сказал князь.       — Но что там под землёй?       — Ничего, что имело бы к тебе отношение, — ещё язвительнее ответил Мозенрат и это совсем не понравилось Лейле. Она взяла себя в руки и сказала:       — Ты мог бы быть и повежливее…       — Послушай, милая, — притворно ласковым тоном сказал мужчина, — Я могу вести себя так, как посчитаю нужным. Могу грубить, могу ударить. Я мог бы быть повежливее, но я не хочу, — Мозенрат вплотную подошёл к девушке и в упор сверху вниз поглядел на неё, — Ты пришла сюда без моего дозволения и увидела то, что я не собирался тебе показывать. Может быть я имею право быть немного грубым?       Лейла не нашлась, что ответить и просто молча смотрела на Мозенрата. Они простояли так не больше полуминуты, а потом князь развернулся и направился в сторону дворца. Египтянка, помедлив, последовала за ним. По пути она осмотрелась и её взгляд сразу задержался на высоком строении из тёмного камня.       — Это ведь непростая башня? — спросила она.       — Это моя магическая цитадель. Там я работаю, провожу опыты… — монотонно ответил князь, а потом добавил, — Никогда не входи туда без меня, если не хочешь умереть.       — Но ведь тогда…       — Тогда с тобой был Ксерксис. Он тебя провёл мимо всех опасностей, — Мозенрат быстро отвечал на вопросы, не дослушивая их до конца. Лейла замечала это достаточно часто и мысленно задавалась вопросом, неужели для колдуна всегда всё очевидно?       Наконец, они вошли во дворец. Тут же перед колдуном возник Ксерксис. Он поглядел на хозяина, перевёл змеиный взгляд на египтянку и прошипел:       — Ты сбежала от слуг… Мы недовольны.       — Кто это мы? — нахмурившись, поинтересовалась девушка.       — Я и Ксерксис, — ответил Мозенрат с ухмылкой. Египтянка наградила его ещё более озадаченным взглядом. Зверь крутанулся в воздухе и полетел вперёд.       — Кто он? — задала Лейла очередной вопрос. Некромант повернулся к девушке с задумчивым выражением лица. — Он мой фамильяр. Служит мне верой и правдой. Я вижу всё, что видит он, слышу всё, что слышит он… Мой разум связан с ним. Он знает, чего я хочу, знает, о чём я думаю, — произнёс он негромко, но Лейла всё услышала и не стала более задавать вопросов.       «Насколько же большой этот дворец?» — задавалась вопросом девушка пока они проходили через большие залы, анфилады и коридоры.       Проходя через некоторые залы, она восхищённо вздыхала. Стены были украшены стеклянной мозаикой, изображающей красивые узоры. Своды потолков были слишком высокими, чтобы разглядеть, что изображено на них. Роскошная мебель, красивые ковры… В таких залах было не так жутко и неуютно, как в большинстве помещений дворца.       Достаточно долго Лейла и Мозенрат шли по дворцу в полном молчании. На миг девушка подумала, что князь сам мог заблудиться в многочисленных коридорах. Однако, он, наконец-то, остановился у деревянной резной двери. Помедлив, мужчина толкнул дверь и сделал приглашающий жест.       — Входи, — коротко бросил он притворно любезным тоном. Лейла вошла и огляделась.       Светлые стены украшал синий узор. Пол устлали мягкими узорчатыми коврами. Напротив входа был камин. Вдоль стен размещались мягкие невысокие диваны, возле которых стояли круглые столики, а на них золотым огнём горели позолоченные лампы. И главное — тут были окна, и даже выход на террасу.       — Уютно, — констатировала девушка, сохраняя лицо невозмутимо спокойным.       — Идём, — Мозенрат прошёл мимо неё и вышел на террасу. Девушка вышла следом. Она подошла к мраморному ограждению террасы и увидела, что за стенами дворца царит пустыня. Не было ни оазиса, ни единого домишки. Одни только песчаные дюны.       — Твой дворец стоит среди пустыни, — сказала Лейла.       — Действительно? Как это я раньше не заметил? — тут же сострил мужчина.       — Где твой народ?       — Держится отсюда подальше… Не все хотят жить рядом с дворцом жуткого колдуна-некроманта и его армией мертвецов, — ответил Мозенрат и Лейла понимающе кивнула. Князь смотрел вдаль на горизонт, будто пытался что-то разглядеть. Девушка проследила за его взглядом и заметила вдалеке движение. Это караван шёл прямо к дворцу.       — Прогуляемся? — спросил князь, улыбнувшись.       — Я могу отказать? — девушка тоже улыбнулась.       — Разумеется нет. Не зря же я велел нарядить тебя в это, — колдун окинул девушку взглядом. Лейла смущённо отвернулась, — Ближе к закату будь готова.       Мужчина повёл девушку в её покои.       — Как ты… оживляешь… мёртвых? — нерешительно спросила она.       — С помощью ритуала. Единственное важное условие — наличие души или внутренней энергии человека. Из этого следует, что цель не обязательно должна быть мёртвой, — ответил Мозенрат.       — То есть ты и живого человека можешь превратить в…       — Мамелюка, — договорил князь, — Да. А если ты не поможешь мне, то и тебя превращу, — угрожающе сказал он и, обернувшись, насмешливо поглядел на египтянку.       — Нет, не превратишь.       Они остановились.       — Почему же? Я могу делать всё, что хочу. Захочу — и ты станешь одной из них, — в глазах князя сверкнул огонёк. Лейла вскинула голову.       — Нет, Мозенрат, не стану. Я не твоя собственность, и ты не можешь распоряжаться моей жизнью, — она дерзко смотрела в чёрные глаза некроманта. Сначала по его лицу прошла волна недовольства, но вдруг он мягко улыбнулся.       — Вообще-то ты именно моя собственность. Не так давно тебя продавали на невольничьем рынке и если бы не я, развлекала бы ты сейчас какого-нибудь старого толстяка, — он говорил спокойно, — Конечно, любовь к вольной жизни я у тебя забрать не смогу, но саму вольную жизнь… Ах да! Она уже тебе не принадлежит… Но в моей власти всё исправить, — холодное самодовольное лицо едва ли смягчала улыбка. Лейла недовольно поглядела на него.       — Тебе смешно? Забавит то, что ты можешь играть чужими жизнями? — как можно спокойнее спросила она.       — Мне это безумно нравится, — ответил Мозенрат.       — Ты совсем не отличаешься от работорговца, у которого меня купил, — холодно произнесла девушка и пошла дальше одна. Улыбка с лица некроманта исчезла. Он поглядел вслед египтянке, взлохматил волосы и пошёл в другую сторону.       «Отлично! Подшутил… И что дальше? Она вполне может послать меня к чёрту и никакими угрозами я не заставлю её помогать мне…» — подумал Мозенрат и остановился.       — Лейла?! Постой! — крикнул он и побежал за девушкой. Она ушла уже достаточно далеко, но остановилась, услышав оклик некроманта. Когда он подошёл к ней, она поглядела на него с неприязнью.       — Что? Хочешь ещё что-то добавить? Надеть на меня ошейник? Я же невольница…       — Замолчи. Или я надену на тебя не только ошейник, а ещё и кляпом рот заткну, — произнёс князь и невольно представил себе эту картину. Воображение быстро добавляло новые детали: связанные руки и ноги девушки, её сдавленные стоны, кожа, покрытая капельками пота.       «Зачем?! Зачем я это сказал?!» — пронеслось в голове.       — Просто забудь, что я тебе наговорил, — невозмутимо сказал князь. — Ты не моя рабыня, но я не отпущу тебя, пока ты не исцелишь меня.       — Ладно, — девушка отвела взгляд. По ней было видно, что обида никуда не исчезла, — Тебе ведь всё равно не понять, каково это, когда твоя жизнь в чужих руках.       Взгляд колдуна застыл. Уж он-то как никто другой знал, что значит быть невольником…       — Да, мне не понять… — повторил он за девушкой и натянуто улыбнулся.       — Я тебя исцелю. Вот только проклятие ведь никуда не денется… — сказала Лейла. Её взгляд невольно упал на его правую руку. Снова сострадание и жалость мелькнули в глазах.       — С проклятьем я разберусь сам, но мне нужно ещё время.       — То есть ты знаешь, как избавиться от него?       — Нет, но скоро узнаю, — Мозенрат и сам с трудом верил в свои слова. Годы поисков ничего не дали… — А какое тебе дело до моих проблем?       — Не знаю, — девушка пожала плечами, — Не хочется, чтобы мои труды пропали зря.       — Ты ещё не исцелила меня, — мужчина вскинул бровь и усмехнулся.       — Скоро исцелю. Не сомневайся. Я даю тебе слово, — она коротко улыбнулась и взглянула на некроманта. Он глядел в её лицо и будто видел знакомые черты. Она смущённо отводила глаза, но урывками поглядывала на него, не понимая, почему он смотрит на неё так пристально, — Что?       Её вопрос вытянул Мозенрата из раздумий. Он моргнул несколько раз и поглядел по сторонам.       — Ничего. Просто задумался… Идём, провожу тебя до твоей комнаты.       Они продолжили путь в полном молчании. Каждый думал о чём-то своём и в то же время об одном и том же…

***

      — Я что, нравлюсь ему?! — очень тихо озвучила Лейла свой вопрос, стоило ей остаться одной в своих покоях, — Так смотрел… Ну уж нет! Сбежать от одного мерзкого типа и попасть в лапы другого, ещё более мерзкого?! Да мне везёт…       Лейла иронично посмеялась над собой.

***

      — Почему у меня такое ощущение… — задумчиво произнёс колдун, сидя в своём рабочем кабинете, — будто я что-то к ней испытываю?.. Нет! — он помотал головой. — Это всё простые потребности… Мне просто нужно их удовлетворить.       «Ксерксис, вели Ахмету привести в мои покои наложницу».