Madeline, you are mine

      И вот, дуло револьвера подставленно к виску. Ещё мгновение и Дрейк выстрелит, оставив в память о себе лишь тело. Мэдэлин, — никого он так не любил как её, — Моя любимая Мэдэлин… ты бросила меня… оставила…       Милая Мэдэлин — именно так он её называл, а девушка, в свою очередь, всегда улыбалась ему.       Карлтон помнил каждый момент из их биографии: как они встретились, как он с трудом предложил ей встречаться, как они жили вместе, их первый поцелуй, но самым красивым в воспоминаниях был только один день — день, когда он собирался сделать ей предложение. Он купил всё, что требуется, назначил встречу, но одна маленькая оплошность разлучила их. В этот день Дрейк как назло задержался на работе, и что-то пошло не так — весь день как сговорился против него. Хорошо, но это всё она простила. Простить она не смогла то, что набирая новых работников, он начал втихую от Мэдэлин интересоваться второй особой — Эллисон Рид. И может, у них с Рид ещё что-то получилось бы, он же не зря ей предложил работать с ним, если бы не выходка её братца — Эдди Брока. Такое не прощают — это были последние слова, которые он слышал от неё, перед тем, как Мэдэлин ушла. Он страдал. В последствии, Эллисон и Мэдэлин даже сдружились. Эллисон узнала всё о случившемся с Олдер и отказалась от работы с Дрейком. Но именно Эллисон Рид снова привела Мэдэлин к нему. Она дала толчок к их новому общению.       Олдер была единственной девушкой, которой удалось довести Карлтона до конечного состояния.       — Зачем ты так со мной? — повторял и повторял мужчина, — Разве ты не знаешь, что я не могу без тебя?!       Дрейк был готов к скорой смерти. Он уже видел, как его бездыханное тело падает, кровь пятном отпечатывается на стене и на кровати, из-за громкого выстрела все начинают беспокоиться и вскоре найдут его. Будут медики, будут похороны, на которые никто не придет, а гроб с ним будет просто лежать в яме, но…       — Не смей, чёрт возьми, этого делать! — в спальню врывается забегавшаяся девушка, — Придурок! Убери револьвер! На лице мужчины заиграла улыбка. Вернулась…— промелькнуло в голове Карлтона. Мэдэлин медленно подошла, забрала револьвер, откинув его в дальний угол. Она слабо толкнула его в плечо, но он любовался ей, улыбался.  — Карлтон? Что с тобой? — в её голосе читалась тревога. Её недлинные тёмные волосы, большие яркие голубые глаза, маленький аккуратный носик, ярко выраженные скулы, пухлые губы, худощавое тело — всем он любовался, восхищался. Дрейк хотел ей что-то ответить, но дар речи категорично пропал.  — Не делай так больше! НИ-КОГ-ДА! — Олдер крепко обняла Карлтона. Господь Бог, как же долго ему этого не хватало! Тепло, доброта, любовь и забота, которые она излучала в его сторону, чувствовались в одном только объятии. Его плечо промокло. Дрейк приподнял её голову за подбородок. Она плакала. Ему не нравилось то, что такие прекрасные глаза льют слезы.  — Что случилось бы, если бы я пришла минутой позже? Ты вообще в своём уме?! — сейчас уже Мэдэлин начала не слабый наезд на него, — Что бы я делала, если бы с тобой что-то случилось?! Я бы никогда не простила себе этого! Краем глаза Олдер приметила записку, лежащую на столе. Расцепив руки, девушка взяла её в руки и принялась читать вслух: «Дорогая Мэдэлин, Я бы хотел извиниться перед тобой за то, сколько боли я принес тебе! Я понимаю, что ты меня не простишь, но я который раз попрошу у тебя прощение! Прости меня! С любовью, Карлтон» Девушка перевела взгляд на Дрейка. Она была готова сама сейчас убить, но нет… не получится… любовь зла, полюбишь и козла…       — Мэдэлин… Моя милая Мэдэлин…