Pain and two blows under the heart.

В ночном клубе много народу. Парень восемнадцати лет сидит за столиком возле стены, нагло наблюдая за высоким блондином за барной стойкой. Сам парень тоже высокий и накачанный, но волосы у него цвета пепла. Немного подвыпивший юноша поднимается из-за стола и идет к блондину. — Привет, — говорит он, садясь возле парня. — Не хочешь развлечься? Блондин поворачивает голову и смотрит на юношу. Очень красивого и сексуального юношу. Он сильно смущается, ведь он в этой сфере новенький. — Привет, — отвечает он. — Хочу. Как тебя зовут? — Ким Намджун. Ты? — Ким Сокджин, но можно просто Джин. — Отлично, Джинни, — говорит Намджун. — Зови меня просто Джун. — Хорошо. — Пойдем, выйдем, — протягивает руку Намджун. Джин принимает ее. Он вместе идут в ближайший переулок. — Ты сверху или снизу? — стыдливо спрашивает Джинни, когда они заходят на пустую темную улицу. — Сверху, — приторно говорит Джун. — Люблю, когда на мне скачут, — он прижимает Джина к стене и впивается в его губы сладким поцелуем. Сокджин целует неумело тогда, как Намджун наоборот — напористо, жестко, кусая почти до крови. Когда у обоих заканчивается воздух, они отрываются друг от друга. Джун надавливает на плечи блондина, заставляя упасть на колени.  — У тебя такой хороший ротик, — томно говорит он, проводя большим пальцем по нижней губе Джина. — Покажи, что он умеет. Джин тянет ручки к ремню пепельного, расстёгивает его и молнию, опуская штаны до щиколоток. Джун, затаив дыхание, ждет, когда же это чудесное создание ему отсосет. Джин снимает с него боксеры и сглатывает, смотря на достоинство парня. Берет его в руку и слышит слабый стон сверху. — Такой большой, — шепчет он и припадает губами к набухшей головке. Он лижет ее и сосет, наслаждаясь стонами Джуна. Он заглатывает всю немалую длину, сам себе удивляясь, как у него получается так хорошо, он ведь никогда этого не делал. Джун чувствует, что скоро кончит, поэтому поднимает Джина с колен и целует, смешивая свой вкус со вкусом слюны. Он снимает с парня штаны вместе с боксерами и отходит полюбоваться красотой перед собой. Достает из заднего кармана штанов смазку и презерватив. Он разворачивает Джина спиной к себе и любуется сладкой попкой блондина. Проводит по ней ладонью и легонько шлепает. Он приставляет смазанные пальцы к сжатому колечку мышц и говорит: — Потерпи немного. Будет больно. — Я готов. Я подготовился. Джун толкает сразу два пальца и не чувствует сопротивления, поэтому он добавляет еще два пальца и парень сам насаживается на них. Джин глухо стонет, когда Джун входит на всю длину, но стоит члену проехаться по простате, как с его губ вырывается полу-стон полу-крик. — Тише, малыш, ты же не хочешь, чтобы тебя кто-то услышал. Я прав? — стонет на ушко Джун. — Даааа… быстрее Моня, пожалуйста. — Как ты меня назвал? — Моня. — Повтори. — Моня. Джун переходит на бешеный темп. От которого у Джина перед глазами вселенные. Ему сносит крышу окончательно, когда Джун начинает дрочить ему в такт толчкам. У него поджимаются пальцы на ногах от приближающего освобождения.  — Я… сейчас кончу. Джуни я кончаю, — вскрикивает он, пачкая руку и стену молочной жидкостью. — Ммм… Джин, — кончая следом, стонет Джун Они молча одеваются и выходят из переулка. Им плевать, что их стоны могли услышать. Ведь это был лучший секс в их жизни.

***

На следующий день, идя по коридору старшей школы Сеула, Ким Сокджин проклинал своего вчерашнего любовника за боль в заднем проходе. Все-таки Джун перестарался. Он заходит в класс. — Здравствуйте, — громко говорит он. — Я Ким Сокджин. Ваш новый учитель корейского языка. Как только Джун услыхал этот хрипловатый голос, у него сразу встал. Он резко поднял голову и увидел свою шлюшку на ночь. Он вспомнил, как Джин вчера стонал его имя, и ему захотелось разложить своего учителя прямо на этом столе. Это он и сделает, как только закончится урок. Джин начинает перекличку и доходит до знакомого имени, но он кажется, ошибся. — Ким Намджун, — говорит он. — Здесь, — слышит знакомый голос и понимает, что попал по полной. Он поднимает голову и смотрит на пепельного. Джун подмигивает ему. Урок казался для Джина адом. Мало того, что он новый учитель, так еще и взгляд Джуна. Когда прозвенел звонок ученики как будто испарились. В классе остались только Джун и Джин. — Привет, малыш, — сладко говорит Джун, закрывая дверь на замок. — Как твоя сладкая попка? Вчера мы хорошо развлеклись, не правда ли? Может, повторим? — Нет, Намджун. Мы не можем больше этим заниматься, — строго говорит Джин, поднимаясь со своего места и выходя из-за стола. — Я — учитель, ты — ученик. Связь между нами запрещена. Поэтому уходи. Джин разворачивается к столу, чтобы убрать бумаги, но это оказывается фатальной ошибкой. В следующую секунду его прижимают к столу и резко снимают штаны. — Нет, милый, ты ошибаешься. Если я хочу чего-то, я получу это. Даже без твоего согласия, — рычит Джун и резко врывается в горячие нутро. Кабинет наполняет громкий крик боли. У Джина плывет в глазах. Он чувствует что-то теплое стекающее по бедрам. Зад отдает резкой болью. Слезы текут ручьем. Больно. Очень больно. Джун смотрит на свой член, выходящий из дырочки парня, и видит кровь. Он порвал паренька. — Упс, порвал. Извини, — говорит он и ускоряет темп. — Больно. Хватит, прошу, — хнычет, ревущий Джин, но Джун не слушает. Он трахает его жестко. Джин находится на грани потери памяти. Он чувствует горячую сперму внутри себя и ему становится противно. Из него выходят, и через минуту он слышит звук, закрывающийся двери, он одевается и идёт домой. Он хочет умереть, ибо он теперь грязная шлюха.

***

Проходят две недели, и Джин замечает, что у него немного вырос животик. Он идет в аптеку, но по пути его сильно тошнит и его вырывает прямо возле мусорного бака. В аптеке он покупает тест на беременность. Приходит домой, проверяет тест, и он показывает две полоски. Он не уволился с роботы, нет. Он взял отпуск на несколько дней. Завтра он должен явится в школу, в невыносимый ему класс. Увидеть того, кто поигрался над ним и бросил, как старую ненужную игрушку. Он хотел наложить на себя руки, но теперь это невозможно, потому что внутри него живет маленькое чудо. Хоть и от такого тирана, как Намджун.