Он просил меня об одном

Он просил меня об одном … Только не лезь на рожон.       Степан пытается объяснить Настене прижимавшую к груди своего любимого медведя, на доступном и простом языке, что дяде Игоря спасать не нужно, и он там не плачет. Что ему там хорошо и кричит он во все не от боли и обиды на полковника, который называет его "Плохим мальчиком". Екатерина же потупив взгляд в окно, краснела как вареный рак и делала вид что ничего не слышит, стараясь, лишний раз не прикасаться к своему ухажеру. Конечно, она слышала о подобном, даже читала несколько книг романов об однополой любви и мама ей рассказывала о гомосексуальных расстройствах, но чтоб в живую. Бывалый боец Степан лишь еще раз обещает себе поговорить с слишком громким Князем, пока что именно он с Мельником мешали ему в личной жизни. Шумные соседи, а тем более не умеющие трахаться потихонечку, самый главный враг семейной жизни.       На закате тень Авроры отбрасывала себя прямо на соседние пути на которых стояли проржавевшие вагоны. Силуэты весенних деревьев и старых разрушенных домов проплывали так близко, что можно было представить Россию довоенного времени и насладиться сладким и нужным покоем. На небе окрашенным оранжевым и красным цветом игрались перьевые облака, где-то над головами кружила стая ворон и отбивалась от маленьких демонят. Прохлада щипала щеки, а губы обжигало тепло тлевшей самокрутки, пока тяжелый бронежилет свисал на плечах и тянул к земле сильнее, чем потеря крови, Тема наблюдал на воронами и демонами. Тяжелая дымная патока расплывается по горлу солдата, раздирая легкие в пыль похлеще радиаций в том заброшенном бункере, что они оставили позади на Волге. Кашель, выдох, и сладкая истома глубоко в груди разливается, как первый глоток свежего воздуха здесь, на свободе, на земле, на родине. Артем улыбается, Сэм похлопывает его по плечу и поправляет автомат за плечом. Жизнь действительно изменилась…       -Мужики, дайте закурить-Князев выхватывает сигарету прямо из зубов Артема и затягивается, стараясь, лишний раз не смотреть никому в глаза и скрыть свою ебливую довольную улыбку-Вух бля.       -Игорь, полковник уже не в том возрасте, пощади командира, а то останемся без головы.       С акцентом чистого американца выдал Сэм и оскалился, затягиваясь. Тема лишь прыснул и засмеялся, поглядывая на покрасневшего Игоря, с которым они только вчера вернулись от Силантия. Слишком юный для разведчика, всего двадцать два года, а уже лезет в бой как в последний раз. Камикадзе хренов, ласково прозвал его ТэТешник поглаживая по жестким черным волосам. Слишком маленький для бойца, которого все хотят защитить включая сурового полковника видавшего дерьма в этом мире. Слишком сильный для простого парнишки из глубокого Московского метро, привлекающий мутантов своим добрым и ласковым сердцем. Его никогда не хватали демоны, его никогда не грызли стражи и крысы приносили ему патроны в зубах, повелитель мутантов блядь. Игорь еще раз затянулся, выкинул окурок, показал Сэму фак и под дикий ржачь парней удалился обратно в купе.       -Мельник точно на нем подохнет, вторые сутки отрывается. Чую мы до самого Яманту не будем спать изо этого скулящего мальчика-Американец опирается спиной на теплые листы металла и буквально всем телом ощущает мощь Авроры и ее движения-В Америке с такими отношениями было проще, лояльнее, здесь парни стесняются признавать свои голод. В метро с бабами напряг, а здесь все свой, вот им башню и снесло. Я уже сам на Идиота начинаю засматриваться, знаешь какой он продуманный?       Тема лишь удивлено с улыбкой повел бровью и оглянулся к торцу паровоза, где стоял Идиот. Благо изо шума стука колёс по рельсам он не мог их услышать. А Сэм все продолжал.       -Начитанный гад, Есенина цитирует, философию знает. Умный мужик, красивый.       Тема слушал, долго и упорно с улыбкой. Все же его мир действительно менялся и люди, которых он любил и уважал, менялись тоже. Наконец-то Москва и тот образ жизни был позади, ни кто не боялся быть живым.       В Игоре есть кое-что особенное, если Токарев сидит в гараже и мастерит оружие из металла и изоленты, Идиот частенько лишь читает и цитирует умные мысли прошлого века и рассказывает о смерти, Артём ищет приключения на свою задницу и думает о будущем, то Князев же лезет в самое пекло. Он отключает мозг и инстинкт самосохранения, забывая о своих мечтах виде дочки и маленького сыночка, он не мечтает проснуться завтра, он мечтает чтоб его запомнили. Князев всегда ставит чужую жизнь превыше своей, чужие интересы и свободу в обход своей, в столь юном возрасте он не боится потерять все, что у него есть, именно эти качества искренне зацепили Мельника в их первую вылазку. Так зацепили что при листание старого порно журнала в своей маленькой комнатке, у полковника ничего не получилось. А с фантазиями о юном солдате со светлой улыбкой и бессмертным желанием бежать вперед и любить каждого всем сердцем. Он надрочил себе такой оргазм, что почувствовал себя живым даже в пасти метро. Еще при первой их вылазки по тоннелям, Миллер понял, этого парня нужно беречь. Беречь как мессию его нового мира построенного на развалинах его прошлой жизни, как веру в бога которую многие в подземке утратили, как девственность до свадьбы. Ибо без этой слепой веры в Родину, в любовь и жизнь, Мельнику ничего не нужно.       Он вернулся на Аврору живым и здоровым, за что Мельник готов Артему ноги целовать, но тот держит лицо кирпичом и лишь слабо хвалит солдат и благодарит за службу.Не сводя радостного взгляда с юного бойца, который так же старался не отходит от Миллера далеко. А завтра Игорь снимет с себя бронежилет и пренебрегая уставу, опустит свою голову ему на плечо, и сердце старого полковника пропустит удар, он скажет ему тихо на ушко, аккуратно, словно боится получить люлей от батьки.       -Ты знаешь, мы ведь уже так далеко от Москвы и тех законов-Пренебрегая званием и забываясь сексуально шепчет парень - У нас целый вагон и парни уже разобрали койки, осталась только в твоем купе свободная. Мы с Сэмом не можем определиться, кто там будет спать.       -И?       Грубое касание ладони с внутренней стороны бедра, поразили Миллера до глубины души, которая оказывается у него еще осталась. И потом их не видели, ужинать те не вышли, им лишь передали целую тарелку шашлыка и бутылку воды с самогоном. Красный и уставший Князь в трусах забрал из рук Екатерины еду и вновь закрыл дверь. Лишь чистое счастье без радиаций мелькало в его молодых влюбленных глазах. Они прикасались к себе невзначай перед парнями, не выражай свой отношения прямо открыто, словно понимали, что многих это может смутить. Да и Настя вряд ли поймёт двух целующихся мужчин, а Степана и его кулак они даже вдвоем не переживут.       И так было до самого конца, в Яманту где Князь рванул за Мельником чувствуя что-то не ладное. Сердце буквально плясало в груди и тянуло за дорогим человеком, спасти и защитить. В пустыне с нефтяниками, где Мельник отдавал ему свою последнюю воду и запрещал подниматься с койки. Князь истекал, потом и лежал красный с повышенным давлением, мужчина обдувал его самодельным веером и фанеры. Они прикрывали друг другу спину во время облавы преступников не упуская друг друга из поля зрения. Вместе таскали Настене игрушки со всех уголков мёртвого и пропитанного радиацией мира и оба ловили каиф от заботы по этой девчушки. На свадьбе потихонечку соприкасались ногами и руками, так чтоб не воровать у молодоженов их праздник и не стесняясь людей смотрели друг другу в глаза. С весельем и счастьем спутанным с добрым и рвущемся сердцем Князя в бой и строгим справедливым характером Мельника, который всегда старался держать разум в холодной расчетливости.        А потом Аня заболела, случилось страшное, Мельник закрылся в себе и искал выход из ситуаций в одиночку. Искал и рыл как слепой крот в грязи безысходности, ибо решения он просто не видел и ничего не мог сделать. Пока Катерина не нашла название того препарата «Зеленка» То, что вытащит Аню с того света. Полковник забыл о новом мире, о Москве и своих релагиях, он забыл об Авроре и Князе, все что ему было нужно, чтоб Аня выжила.       Когда Аврора стояла на Дамбе, полковник не отлипал от радиостанций и искал Артёма, искал и звал, в надежде что тот тоже ищет решение. Он вцепился в идею "Артем спас метро, Артем спас нас, Артем был прав, если кто и спасет его дочь, то это Артем". Игорь всегда был рядом, стоял позади и поддерживал, ночами прижимая к груди и поглаживая по голове пока Мельник думал, много, каждый день. Князь заметил за ним отказ от старых привычек, полковник мог не спать ночами, мог забыть поесть и пил. Много пил. Князь был рядом, укладывал в кровать и накрывал одеялом стараясь успокоить. Приносил порцию супа и чашку горячего чая. Ухаживал за Аней, когда Кате нужно было поспать. Князь бился … Но пришел в никуда.       -Я пойду с тобой! - Бьёт кулаком в грудь Князь и делает шаг в сторону своего командира-Ты не можешь мне приказывать, я хочу…       -Смирно!       Строго выдал полковник, вкладывая в свои приказ всю свою злобу на себя и счётчик Гейгера, что зашкаливает и трещит хуже сверчка. Как не странно, но Игорь слушается и замирает в солдатской стойке, ожидая дальнейших приказаний. Как собака дрессированная, как шавка, как верный своему командиру солдат, как влюбленный человек боявшийся разочаровать партнера. Игорь верен, Князь хорош, Князь молод и ему нужно жить, как и Ане…       -Я запрещаю тебе приближаться к метро и институту, ты проследуешь за Дамиром и Сэмом в музей и поможешь им! Ясно?       -Есть!       С легким уколом обиды отвечает парень и отдает честь. Но стоит, стоит и смотрит прямо в глаза, в которых уже не плещется жизнь и рвение к светлому будущему своей страны. Если не станет Ани, не станет того Мельника на которого Игорь запал и он это понимает. Он не понимает, почему ему нельзя помочь и отмазки виде «Это личное» не доходят до его молодого глупого мозга. Он должен быть рядом и защитить, должен служить, должен быть рядом. Сегодня, здесь, завтра, сейчас. -      Ты вернешься? - Тихо спрашивает Князь, легко касаясь перчаткой шлема Миллера-Ты же вернешься ко мне?       Обитые свинцом вагоны плачут, они, словно прощаются с ними, с теми, кто первые дали слабину и позволили себе дать волю эмоциям. Те, кто перешагнули через свои границы и решили жить, здесь, на поезде, дома. В Россий, которая постепенно, но всплывает из радиоактивного болота. Князь ласково касается не бритой щеки полковника и смотрит ему на губы, мечтая к ним прикоснуться и дать почувствовать всю свою ласку и заботу. Мельник убирает его руку и отводит взгляд. Он уходит молча, ничего не обещая и не оборачиваясь. Он просил меня об одном … Только не лезь на рожон. И был благодарен мне до самого Новосибирска, откуда не вернулся.