3.
11 мая 2019 г., 20:57
Солнышко. По небу пробегают пушистые, словно вата, облака. Утром город — это совсем другое место. Лучи солнца отражаются в больших витринах магазинов. Хочется снять обувь и пройтись по горячему асфальту. Видно множество цветочных клумб, которые можно не заметить ночью. Одним словом, я люблю утро в нашем маленьком городке. Сегодня я прогуливалась по улицам города не просто так. У меня скоро день рождение, вот и купила себе новое платье.
— Ириска, привет, — крикнул кто-то мое детское прозвище. Я, кажется, даже знаю, кто это.
— Привет, Егор, — сказала я, улыбнувшись парню. — Я же тебя просила меня так не называть. Мы уже не дети, — мило улыбнувшись, сказала я.
— Да, мы не дети, но от этого суть не меняется. Мне нравится тебя так называть, — пожал парень плечами. — В этом ведь нет ничего такого, — улыбнувшись, сказал светловолосый. — Или у тебя появился парень и, он ревнует, когда я тебя так называю?
— Ахах, да какой там парень, Егор? — посмеялась я. — Нет у меня никого.
— В таком случае, может погуляем как-нибудь? — улыбнувшись, спросил Егор.
— Было бы неплохо, — сказала я, запнувшись. Почему бы и нет, Егор не плохой парень. Всю жизнь с ним дружили.
— Отлично, я тогда напишу тебе. До встречи, — сказал Егор и обнял меня.
— До встречи, — сказала я и обняла в ответ. Он стал уходить. Я, улыбаясь, смотрела ему вслед. «Ириска», блин. Как маленький, ей богу.
— А он вырос, — сказал знакомый голос позади меня. Я, скорчив гримасу, повернулась.
— Ага, — грубо сказала я, скрестив руки.
— Но остался все таким же подкаблучником, — смотря куда-то в даль, сказал Вадим.
— Ты не лучше, — сказала я, отрицательно покачав головой, и стала уходить в сторону дома.
— Вы с ним встречаетесь? — спросил Вадим, идя рядом со мной.
— Тебе какое дело? — я ускорила шаг.
— Да так, интересно просто. Осталась ли у вас та детская любовь или же ее и не было?
— А что, если да? — спросила я, остановившись, — осталась, — без доли насмешки сказала я.
— Не советую я тебе с ним встречаться, — сказал парень, отведя взгляд. — Он бабник, — посмотрел мне прямо в глаза.
— Хм, знаешь, сама как-нибудь разберусь, хорошо? — усмехнулась я и отодвинула парня в сторону, чтобы пройти. — И, к тому же, я с ним с детства общаюсь, — показала в сторону, где только что стоял Егор, — и он мне еще ни разу ничего плохого не сделал. А вот тебя, — тыкнула в грудь темноволосому, — я не знаю, поэтому отойдите от меня молодой человек, — сделала несколько шагов назад. — Мне родители не разрешают с незнакомцами общаться, — развернувшись, ушла.
Воспоминания. Одиннадцать лет назад.
— Ириска, ириска! — кричал маленький светловолосый мальчик, догоняя девочку.
— Что? — спросила девочка, остановившись. — За мной скоро братик придет.
— Это тебе, — сказал мальчик, протянув руку с конфеткой.
— Мне? — удивилась девочка, показав на себя.
— Да, это тебе подарок, — сказал мальчик, мило улыбнувшись.
— Спасибо, — сказала светловолосая, взяв конфету. — А почему ты меня называешь ириской?
— Потому что у тебя фамилия Ирискина. А еще, потому что я люблю ириски, — сказал мальчик, улыбнувшись.
— Вот как, — удивилась девочка. — А ты меня любишь? — заинтересовалась девочка, сощурив глаза. Мальчик улыбнулся и подошел ближе.
— Да, — сказал светловолосый и поцеловал девочку в щечку, а потом убежал. Девочка стояла на месте, покраснев.
— Ой-ей-ей, да у кого-то тут любовь, — сказал только что пришедший брат.
— Да, совсем взрослая стала, — сказал Вадим. — И кто это был, если не секрет? — спросил темноволосый, присев на корточки, чтобы быть на равне с девочкой.
— Ой, Вадим, да ты ревнуешь, — подколол друга Сережа.
— Закройся, — сквозь зубы сказал Вадим другу. А потом, снова улыбнувшись девочке, сказал, — ну, так кто это?
— Это — Егор, он мне конфетку подарил, вот, — девочка показала конфету, — а еще он меня ириской называет, — гордо сказала девочка.
— Ириской? — спросил Вадим.
— Да, потому, что у меня фамилия Ирискина и потому, что Егор любит ириски.
— Фантазия у него, конечно, не ахти, хотя… — задумался брат.
— А ты его любишь? — спросил серьезно Вадим.
— Я — его? — удивилась девочка. Парень кивнул, — а вот и не скажу, — игриво сказала девочка. — Братик, пошли домой, — сказала девочка, схватив брата за руку.
— Пошли, пошли, — сказал Сережа. — Вадик, идем.
— Ага, — сказал темноволосый и встал. — Юль, а может все-таки скажешь? — не отставал Вадим.
— Не-а, — сказала девочка, покачав головой.
— Чего не скажет? — спросил Сережа.
— Люблю я Егора или нет, — сказала девочка, прыгая.
— О-о, Вадик, все-таки ревнуешь, — улыбнувшись, сказал Сережа. Вадим лишь усмехнулся.
— А что значит ревнуешь? — спросила девочка.
— Ревность — это когда… — хотел сказать брат, но Вадим не дал ему это сделать. Сережа вопросительно посмотрел на друга. Тот покачал головой.
— Ревность — это своеобразное выражение чувств, — сказал Вадим.
— Ну ты загнул, — протянул Сережа.
— То есть, ты ко мне что-то своеобразное чувствуешь? — спросила девочка Вадима.
— Хах, — усмехнулся Сережа.
— Можно и так сказать, — неловко ответил Вадим.
— Ясно, — сказала девочка, — тогда я тоже тебя ревную.
— Посмотрим, как ты теперь это объяснять будешь, — сказал Сережа шепотом другу.
— Эм…
