Мартлет

      Солнце только поднималось, искрилась речка, что бежала рядом с просыпающимся закрытым городом Широтсуми, пели птички, создавая общую чудесную песню, шелестела листва огромных сакур, которые должны вот-вот зацвести, теплый весенний ветер мягко перебирал изумрудную траву.Природа просыпалась, а с ней и жители этого городка.       В одном из домов с ярко-красной черепицей и круглыми окнами встала девушка, ее мятного оттенка, короткие по плечи волосы качались в такт ритмичным движениям во время зарядки, глаза юной дамы озорно блестели и так похожие на два искрящихся озера, хрупкая на вид незнакомка старалась изо всех сил превысить норму своих ежедневных упражнений, а ее пижама всячески мешала этому.       Закончив около девяти часов утра с утренней зарядкой, дева по-быстрому натянула синие бриджи, топ с закрытым горлом и молнией на груди, короткие коричневые удобные башмачки с небольшим каблучком и плащ с капюшоном из темной материи, все это составляло ее привычный наряд.        Выйдя из дома, ей открылся вид на красивейший парк, в котором росли сакуры и какие-то цветы, мимо бежала речка с интересным названием — Летучая, наверное, от того, что в ней водится исключительно рыба-крылатка, деликатес в Широтсуме, на больших ветках дерева вили гнезда множество птиц, попутно напевая какую-то мелодию. Ее окликнула старушка, которая продавала какие-то травы, да свежесваренные настойки: — Хитоми*, детка, не надо ли Теодору еще лечебных трав, после таких ранений обычно не выживают…- беспокоилась старушка, рукой указывая на плетеную корзинку с сбором растений. — Спасибо, тетушка Чиэ*, но вчера Тео стало легче и Минна уже приехала, не переживайте, все уже у нас в гильдии наладилось, — промолвила голубоглазая, косясь на свой открытый живот, где была расположена болотное перышко — метка гильдии Мартлет. — Ну, хорошо, передавай привет мастеру, Хитоми. —  Конечно, досвидание.       Мятноволосая медленно брела по каменному мосту, пиная камушек, думая о том, как быстрее найти того, кто так покалечил ее лучшего друга — Теодора, раны были глубокими и это только половина беды, пока Минна была в странствии, собирая различные травы, тетя Чиэ, давняя знакомая мастера Ши, старалась хоть чем-то облегчить его боль, но душевную заглушить могла только она — Хитоми.       Недавно в их гильдию поступил очень странный заказ — найти гробницу Окамура — древнего правителя Фиора, который захоронен где-то в черте их города, но Тео Нагаи явился через несколько дней в ужасном состоянии, утверждая что его так отделал призрак этого правителя, но Хитоми Миамото не была суеверной глупышкой и серьезно взялась за дело, но пока ее ждала неудача.       Их гильдия была небольшой, представляя из себя постройку в форме шара, который был закопан на половину в землю для удобства в использовании, светоотражающая поверхность на солнце красиво искрилась, а во время дождя звучала металлическая песнь, над дубовой дверью висела яркая красная вывиска: Мартлет, а сверху сидела черная птичка-вестник. — Всем доброе утро! — воскликнула Хитоми, снимая с головы капюшон и растрепав свои волосы, пройдя в центр круглого зала, ей почти все также приветливо ответили, народу было немного, человек пятнадцать.       На барной стойке, за которой стояла милая барменша Розетта, у нее были добрые карие глаза и бледно-розовые волосы до пят, одета девушка была в черный комбинезон с многочисленными бляшками, что активно гремели в такт ее движениям, на поясе которого был прикреплен короткий, чуть изогнутый рыбацкий клинок, сидел мужчина лет сорока, его ярко-синие волосы достигали поясницы и были убраны в хвост на старинный манер, его потускневшие, будто неживые, серые глаза излучали мудрость и насмешливость, а белые изорванные шаровары и бинты на теле говорили нам о его ранах. — Здравствуйте, мастер, — обратилась Миямото, присаживаясь рядом, кивая в ответ девушке. — Можно подняться на второй, в палату к Тэо? — Привет, — ответил он ей, балуясь пивом, — конечно, но что-то Нагаи сегодня не в духе, у него сейчас сидит Сейка. — Спасибо, мастер Ши, я пойду…       Крутая винтовая лестница из темного дуба заскрипела стоило только Хитоми сделать два шага, часть перил отсутствовала, а некоторые доски были проломлены. Второй этаж встретил девушку мягким полумраком, в галерее, которая была на ее пути, висели многочисленные портреты, пейзажи и древние карты. На широких резных ограждениях стояли розовые лютики в горшках, горело лишь пару свечей, да тусклая одинокая лампа. На полу расстилался красный ковер с грубым ворсом и золотой вышивкой по бокам. Всего было три двери, которые очевидно, вели в лазарет гильдии, кабинет мастера и библиотеку, что была баснословно богата книгами и информацией в них.       Зайдя в одну из предложенных комнат, где было очень даже светло, пахло настоями трав и лекарств, свежестью и мускатами, голубоглазая тихо вошла, обратив внимание на девушку с яркими фиолетовыми волосами, зелеными глазами и красной помадой на губах, которые растянулись в ухмылке; она была очень красивая, острые черты лица, греческий нос, глубокие глаза, большой бюст и очень тонкая талия, как у феи, но выражение лица и негативные эмоции портили весь образ Сейки в голубом, расшитом зелеными нитками, наряде, к которому была прикреплена длинная, чуть изогнутая катана в потертых, выцветших ножнах. — Давно сдохнуть пора всем вам, ничтожные, — тихо прошипела та, дабы не нарушать ту идиллию, что витала в воздухе. — Вся ваша показушная дружба очень раздражает меня. Если не состояние гильдии и всех остальных после затяжной битвы с гильдией «Рог минотавра», то давно начистила вам рожи. — И тебе хорошего дня, Сейка.       Аккуратно обойдя согильдийца, Миамото присела на край кровати, где забылся сном ее друг. У него была довольно примечательная внешность: орлиные черты лица, непослушная темная грива, хоть и короткая, но доставляющая уйму проблем, большие покатые плечи, мужественные руки, хорошо сложенный рельеф мышц, пару татуировок каких-то символов на груди и руках, яркая метка гильдии голубого цвета на правой кисти. — И что мне делать, Тэо? — спросила Хитоми у спящего парня, — Пойти в оборонную со всеми или помочь команде Арилы в поисках того, кто так изувечил тебя? — проронила она, пробежав взглядом печальных очей по бинтам, что окрасились кровью, — Поскорей бы ты вставал с постели, Теодор, мне так не хватает тебя…       Знала бы она, когда уходила вниз, как по щеке спящего пробежала одинокая слезинка, которую он украдкой смахнул.       Так началась их история, полная проблем, загадок и тайн.