И за нами облака.

Саске смотрит на Боруто и старается увидеть в нём свою первую и последнюю любовь. Такую, которая заставляла сердце биться чаще, напоминая тяжелым камнем что оно есть и что он, злосчастный нукенин, может хоть что-то чувствовать к кому-то. Но вместо этого он видит лишь в мальчишке ускользающую тень его отца. Саске смотрит и видит как Боруто опускает руки. Куда ему, мелкому и ещё зеленому, до опытных шиноби того времени, их времени? Это поколение совсем на них не похоже: гражданские все более и более наглые, а новоприбывшие маленькие будущие генины и вовсе ни на что способны: да и зачем, если война не предвидится до ближайших переворотов? Когда эти перевороты рубят ещё на корню. Саске смотрит и видит как Боруто ненавидит своего отца, всего лишь за то, что тот практически не бывает дома. Но ведь Наруто (опять же, его первая и последняя любовь) Хокаге, на его хрупких мужских плечах множество жизней и если он сделает ошибку, то погибнет не один человек. И даже не десять. Хокаге не имеет права на ошибку. Но ведь у Боруто мама и сестра под боком, любящий дом и новая одежда? В то время как у них в руках были холодные кунаи и желание продвигаться вперед, выгрызая себе путь зубами. Боруто имеет потенциал, Саске не отрицает. Но тут же жестко себе напоминает: он - не Наруто, он - это избалованный мальчик. Саске тренирует его, думая лишь о том, как бы преобразить Боруто, слепить из него прекрасного шиноби, закалив огнем суровых боёв. Он подмечает его упрямство, но через несколько попыток опускание рук. Уверенность в других, но сомнение в правильности выбранных решений. Уверенность в себе, но разочарование в незнании собственного отца. Саске закрывает глаза, сухо улыбается и вздыхает полной грудью. - Он взял все самое лучшее от нас, уссуратонкачи.