Аромат влечения

      Бело-голубые мерцающие звёзды блуждают по тёмному небу. В тихой ночи луна щедро проливает своё яркий свечение. Чёрные железные врата легонько покачиваются на ветру, создавая вполне угнетающую атмосферу данной местности.       Полиция.       Пробудивший звонок сквозь мглу воодушевления и радости вынудил Мину досадно фыркнуть, да вот только крики и мольбы по ту сторону экрана внушали нечто смутное.       Немецкая овчарка неподалеку гавкала громким рыком. Пошатнувшись от нешуточного испуга, Мюи ощущала, как коленки знатно подкашиваются. Мигом пройдя несколько ступень, та мысленно проклинала Дэхви с его раздирающими во всё горло словами — «Друг познается в беде! Помоги мне! Не оставляй одного! Я слышал тут есть призраки!». Она же планировала нежиться в объятиях счастливых ранее воспоминаний, описывая всё до подробностей родному дневнику.       Но не тут то было.       Полицейский участок царит в бесподобном хаосе. Несносно бродившие работники что-то обговаривали друг с другом, несмотря на доминирующий шум, крики и недовольства задержанных.       Неистовое сумасшествие.       Раздался прерывистый стук подошвы. — Айгу-у, какая встре-е-еча, — инспектор невразумительно цокает, ядовито поправляя полицейскую форму. — Не уж что не помните меня? А я не забыл, я всё-ё-ё помню.       Внезапно сердце тревожно сжимается. Казалось, даже кислород перестает поступать в её легкие. Мина в недоумении оборачивается, искренне надеясь, что данные слова были адресованы кому угодно, но не ей.       Высокий, худощавый мужчина с широкими плечами и едва заросшей щетиной бросает в упор укоризненный и осуждающий взгляд.       Отрывистый отголосок не перестает нервировать болью в висках. В столь большом и многолюдном городе, она не могла вообразить, что вновь его повстречает.       С глазу на глаз… Flashback — Документы, — приподнимая брови, заявил мужчина. — У меня нет с собой, — нащупывая карманы, прошептала дрожащим голосом Мина. — Даже так? — инспектор усмехнулся, осматривая девушку. — Велосипед вы украли? — Не крала, а позаимствовала, — поправила Мина, набирая легкой смелости, ведь сейчас нужно сделать всё, чтобы не составляли этот злосчастный протокол, который впоследствии пойдет в университет. — А мне жалоба поступила совсем в другом виде. Позвонил парень девятнадцати лет, по имени Он Соньёл и заявил нам, что девушка украла у него велосипед, когда он отошел поговорить с друзьями. В итоге, с помощью датчика кода велосипеда, который был установлен заранее парнем, мы отыскали вас без проблем, — объяснял инспектор, с каждым разом надавливая на смелость девушки, заставляя оторопеть и поникнуть. — Документов подтверждение личности у вас не имеется. Так кому же мне верить? — Я… мне очень нужен был велосипед, чтобы приехать сюда. Я бы честное слово отдала его! — оправдывалась Мина. — Вам нужен был велосипед, чтобы приехать сюда и посидеть? Разве потопать ножками стройными нельзя было? — с нотками игривости спрашивал инспектор. — М…я… — что могла сказать Мюи? Она не знала, как ответить в такой глупой ситуации. Не скажет же, что поехала за парнем, чтобы втихомолку понаблюдать за возлюбленным, из-за которого готова совершить даже преступление. — Пойдемте-ка составлять протокол. — Нет! Пожалуйста! Не надо, я больше так не буду. Мне правда было очень нужно, но сказать не могу, — девушка держала мужчину за локоть, смотря печальным и умоляющим взглядом. — Знаешь, тогда мы можем с тобой договориться, — инспектор прищурил глаза, смотря по сторонам. — С тебя, пожалуй, ужин. Покормишь меня вкусно и протокол не оформляем.       Это предложение ввело девушку в ступор. Ничего такого за все свои двадцать два года ей не предлагали. Что хуже, оформить протокол и заплатить штраф, либо пойти на свидание с инспектором, которому лет под сорок с не очень-то и хорошей внешностью? — Номерок запиши, — мужчина протянул телефон, а Мина невольно его схватила, набирая свой номер. И вот осталась последняя заветная цифра, как девушке приходит в голову дать неверный номер. Она вводит и со спокойствием на душе отдает, возлагая на свой мозг все награды. — Телефон отключился, поэтому вы не дозвонитесь, — прошептала Мина, когда увидела, что инспектор пытается позвонить. — Ладно, красотка, встретимся на свидании, — инспектор довольно ушел, хватая велосипед, а Мина осталась так и стоять, переваривая всё происходящее. — Ага разбежался, — девушка обессиленно легла на траву, моля бога, чтобы их дороги больше никогда не пересекались. Конец Flashback       Как тогда… — Вы обознались, — высокомерно и гордо изрекает Мюи. — Гражданка, — мужчина деловито прочищает охрипшее горло и выдерживает суровое молчание, — сначала вы без ведомо владельца выхватываете велосипед. Следом отказываетесь платить штраф, а на мои щедрые уступки по вашим мольбам, прошу заметить, бесцеремонно плюёте.       Он делает уверенный шаг вперёд, будто демонстрируя всем обликом, что ситуации лишь под его чутким контролем. — Вы не представляете, как усердно я ожидал нашей встречи. И вот оно чудо. Вы сами ко мне пришли, — полицейский мерзко щёлкает пальцами. В его необъяснимом взоре таится большее. Это не просто возмездие. — Мюи Мина, пришлось не сладко в поисках настоящего номера. Однако я справился. Я молодец, ха-ха!       Паника всецело охватывает тело девушки, прожигая тем самым последнюю веру на спокойствие. От пронзившего удивления, её сознание увековечивает пустоту, не позволяя пронестись стремглав ни одной мысли. — Не смейте в нашу ближайшую встречу сбегать. Больше у вас это не выйдет!       Инспектор протягивает ладонь к макушке студентки. Попытка увенчается провалом, ведь она судорожно отходит назад, тотчас сталкиваясь с каким-то крайне озлобленным и остервенелым работником, коих тут было достаточно. После тихих извинений Мины, последовал нечленораздельный мат мужчины и внезапный толчок в сторону.       Её ватные ноги подкосились вместе с покидающем сознанием.       Будто осязает в окаменелом капкане, который сжимает хватку сильнее при малейшей попытке высвободится.       Становится только паршивее… — Вам со мной не понравится, — процедила сквозь сомкнутые зубы, удручающе поглаживая ушибленное плечо. — Пожалуй, я лучше оплачу в двойном размере штраф и не буду создавать проблем. — Не-е-ет. Обычным штрафом уже не отделаться, дорогая, — мужчина насмешливо хохочет, разворачиваясь в другую степь пространство. — Ни за что!       Мина провожает присвистывающего воодушевленного инспектора весьма презрительным и укоризненным взглядом. Незнание и пустота внутри неё зарождают страх. Ситуация, которой она так абсурдно пренебрегала, кровожадно дала о себе напомнить… — Бабуля, это ваш третий ложный вызов за день! Послушайте, он такой же правомерный жилец дома, не террорист! — полицейский откидывает трубку телефона в сторону и устало потирает пальцами пульсирующие от крика виски. Взглянув исподлобья на поодаль стоявшую скромно девушку, он раздражённо цокает и зажмуривает веки. — Вы сегодня все добить меня решили? Повторяю ещё раз, этого хулигана я отпущу непосредственно родителям! — Попросил бы не говорить обо мне в таком тоне! И вообще вы не имеете право так гнусно обо мне думать! Я правомерный гражданин! И, между прочим, у меня больные почки! — Дэхви трусливо прижимается щекой к холодной решётке, и намеревается что-то сказать, однако под строгим возгласом замолкает на полуслове. — Нет, конечно, я могу позвонить мисси Ли, да вот знаете… она о-очень истеричный человек. Похлеще этого, — с лукавым прищуром, она выделяет последнее слово, украдкой посматривая на задержанного друга. — А вы… — заметив неподдельный интерес в глазах мужчины, Мина невзначай оглянулась, а затем продвинулась ближе, — вы заслуживаете спокойствия и отдыха. — Долго ещё там? Мистер, у меня фобия замкнутых пространств! — Ли продолжает неугомонно вопить, вместе с тем уныло подскакивая на месте. — Айгу! Мне нужно в туалет! — Блять, ты там наконец заткнёшься или нет? В туалет он захотел, видите ли! Пометил священный памятник, пытался убежать и натоптал новые клумбы! — полицейский возмущённо откидывается на мягкое кресло, нервно постукивая ручкой по поверхности стола. Чёрные брови негодующе нахмурены, а тонкие губы задумчиво сжаты…       Прохладный ветерок обдувает макушки шелестящих в унисон деревьев. Во тьме глубокой ночи город оживает проливными яркими софитами, горящими теплотой окнами и людьми для которых сон что-то чуждое.       Мина неторопливыми шагами наступала на мелкие шуршавшие камушки под ногами и в немом восторге наблюдала за весело бродившим другом, что то и дело обнимал удивленных прохожих, целовал лепестки цветов и одаривал всех неземной улыбкой. Ничто не способно сломить его искру в сердце.       И этому действительно можно позавидовать. — Йа-а, батюшки, нет ничего лучше свободы. Жизнь прекрасна! — подобно поющему птенцу, Дэхви широко расправляет плечи и радостно присаживается на скамейку, вальяжно закидывая ногу на ногу. — Чё молчим? Не слышу извинений. Ты понимаешь, что случиться могло? Хорошо я отвлекал полицейского, не то он позвонил бы маме! Хам! — он фыркнул, непринужденно почесав затылок. — Я тут недавно совершенно случайно разбил фарфоровый сервис, из-за чего эта женщина по всему дому бежала с ремнём, прикрикивая, что я тупой криворукий лоботряс. Мы еще посмотрим, кто кого! — Подскажи, с каких пор ты перестал меня бояться? Я ведь могу донести, за какие заслуги непослушный маменькин сыночек оказался за решёткой, — Мюи недобро хмурится и по-детски показывает ему язык. — Да и в чём миссис Ли не права, ха-ха-ха? — Злыдня! Дожил до дней своих суровых. Родные люди шантажируют. Ничё-ё, я на вас, женщин, управу найду! — в театральном припадке Дэхви хватается за грудь и картинно морщится, будто от боли. — Йа-а-а, лучше расскажи, как там Ким горячий секси Тэхен? И когда ты соизволишь устроить мне встречу с ДжэБомом?       Девушка расплывается в улыбке от нахлынувших воспоминаний, а её глаза несказанно ярко блестят от волнения. — Никогда не угадаешь, что случилось… — Омо-о-о! Ты видела Тэхена голым?

***

      [Неизвестный номер]       «Встретимся сегодня в винил баре в семь вечера.       Там подают вкусную еду и алкогольные напитки.       И не смей сбегать, я такое не прощаю:) »       Незнакомое заведение с необычайно пошлой вывеской, пожалуй, не сулит ничего хорошего. Мина прожигает открытое сообщение неподдельной ненавистью и крепко сжимает телефон в руках, мысленно намереваясь закинуть его куда подальше. За плохую весть.       Неприятное состояние внутреннего смятения подавляло её спокойствие. Чувство страха учащало пульс, а внизу живота больно покалывало. Тревога большим комком спутывала в сознании догадки, затуманивая окружающий мир иллюзией.       Кажется, она задыхается. — Только не сейчас, пожалуйста, — зажмурив веки, Мина задержала дыхание, отсчитывая про себя до десяти. Не слыша происходящего вокруг, она стискивала пальцами блузку, искренне борясь с удушающим состоянием. — Всё хорошо, всё хорошо!       Это ужасное ощущение. Оно отпустило.       Войдя в бар, она отчетливо ощутила древесный запах, пропитанный едой и едким дымом. Приглушенный тёплый свет ламп придавали бару интимную атмосферу. Заворожённо топчась на месте, Мина лицезрела на стенах старые фотографии красивых, местами обнажённых женщин. Одной их них была всеми известная Мэрилин Монро, олицетворяющая женственность и обаяние.       Виниловая мелодия то успокаивала, то заставляла унывать. Быть может, будь она тут по другому предназначению и с другим человеком — ей бы понравилось. — Здравствуйте, — сухо поздоровавшись, Мюи неохотно присела за столик. — Я тебя заждался, — широко улыбнувшись, мужчина начал вдоволь рассматривать девушку, чьё появление безумно ждал. — Сделал заказ на свой вкус, надеюсь понравится.       Мина молчала. Широко расставив ноги, тот самодовольно откинулся к спинке стула. Без полицейской формы тотчас он больше не выглядел устрашающе. Только его поведение и ядовитая ухмылка напоминали его авторитет. — Айгу-у, ты приняла правильное решение, — инспектор на мгновение умолк, ведь прервавший официант стал раскладывать еду. — Кхм, мир не справедлив. Кто знает, что могло случится у примерной студентки университета, м?       Мина напряжённо сглотнула. Потянувшись к металлическим палочкам её ладонь внезапно накрыла мужская рука. — Мы не на допросе, ты должна наслаждаться вечером и отвечать мне, — инспектор дождался тихого «Да» студентки и принялся пробовать горячую еду.       Еле-еле прожёвывая мясо, Мюи рассматривала других посетителей бара. По крайне мере, это было лучше, чем смотреть на противно хлюпающего инспектора. Зачем-то инстинктивно обернувшись, она с испугом выпучивает глаза и тут же отворачивается, проклиная свою никчёмную жизнь всеми возможными словами.       Господь несправедлив.       Тэхён, Чимин и ДжеБом направляются за официантом к ближайшему свободному столику. Те раздражённо о чём-то спорят и вовсе не обращают внимание на сидевших посетителей. — Что-то не так? — инспектор отпивает глоток соджу и в ответ слышит невнятное «Всё нормально». — Наша встреча это судьба, тебе так не кажется? Расскажи мне, у тебя были отношения? — Б-были, — Мина соврала. Нервно сглотнув, она спохватилась за свой телефон, проверяя идёт ли запись всего разговора.       Ей очень нужна помощь.       Заранее отправленное сообщение было успешно прочитано Дэхви, посему девушка тревожно стучала ногой, ожидая хоть какого-то спасения. — А секс? — услышав это студентка побледнела, а её губы едва заметно задрожали. Инспектор же раскрепощенно хохотнул, вновь делая глоток рюмки соджу. — Вспомнил. Я учился в пансионате для мальчиков, мне было лет пятнадцать. Тогда я тайком пробрался в женский пансионат, он находился неподалеку, — инспектор хмыкнул, погружаясь в свои воспоминания. — Нравилась мне девочка и это было взаимно. Мы ночью заперлись в маленькой комнатушке и изучали тела друг друга почти всю ночь. Она тоже была девственницей. Мы были неловкими, но нам было безумно хорошо. Тогда я впервые услышал стоны не из как-нибудь кассет, а под собой.       Мина не дышала. Она вовсе позабыла про всех. Лишь ощущала надвигающуюся опасность, осознавая, какую непоправимую ошибку совершила. — Айгу-у, ты не стесняйся. Обычные разговоры взрослых людей, — инспектор хищно сверкнул зубами, не сводя с глаз девушку. — Потребность в сексе есть у всех людей. Её нельзя избегать. Расскажу ещё историю…       Виниловая пластинка сменилась на сборник французской эстрады. В дивный голос певицы вслушивались не многие, поскольку бурные дискуссии заглушали превосходную композицию. — Йа-а, да говорю вам, эта ставка сработает, вот увидите! — не переставал твердить ДжеБом, постукивая кулаком по деревянному трясшемуся столу. — Да ты и в прошлый раз так сказал! — обиженно выпятив губы, Чимин толкнул друга, искоса поглядывая на счет в его смартфоне. — Какой итог, мы тогда профукали деньги! — ДжеБома-а, ты же знаешь, что я с тобой сделаю, если мы снова проиграем, — Тэхён недоверчиво прищуривается, играя с железной зажигалкой. — Не подведи.       В свете тусклых ламп лицо Чимина вмиг приобрело некое подозрение. Из-за плохого зрения парень не мог ясно видеть лицо той девушки, которая почему-то ему кого-то напоминала. Неоднозначно почесав затылок, юноша с сомнением поглядел на равнодушных друзей.       «Нет, это не она. Я явно снова обознался…»       А он видел в ней воспоминание тех коротких вьющихся темных волос. Видел в ней свой грех.       «Она умерла из-за меня. Это я её убил…»       Чимин поник. Он во всех видит её. Он всю жизнь будет винить себя. Только себя.       Дэхви хватило первого слово — «Помоги». Юноша выдернул мокрый фартук и на прощание что-то невнятное прикрикнул матери, слыша за спиной очередные вопли и угрозы. Несомненно, не отругай его Миссис Ли, тот поражённо бы встал, проверяя точно ли всё в порядке с этой несносной женщиной.       Юноше никогда не живётся спокойно. Размеренная жизнь ему не нравится. Он не готов скучать, сидеть в тишине и жить по установленным кем-то правилом. Ли никогда таким не был. Оттого смотря на скинутую геолокацию, он взлетал от счастья.       Ли Дэхви за любой кипишь.       Запыхавшись, тот останавливается уже внутри бара, опираясь ладонями о свои коленки. Сквозь приоткрытую щель он осматривал обстановку и пытался придумать план. — Кого я ви-ижу, красавчик ДжеБом, это мой шанс! — подправив причёску у зеркало, он вошел в бар. — Айгу-у, что за старпёрская музыка? Даже не станцуешь!       Тихонько посвистывая, Дэхви приметил насупившуюся Мину и высокого худущего мужчину с бородой. Что-то он рассказывал и объяснял руками, изредка засовывая в рот закуски. Зрелище неистовое.       В кармане завибрировал телефон. Открыв сообщение, Дэхви озадаченно приподнял брови, меняя ракурс придуманного плана.       [Злючка Ми]       «Быстрее! Он рассказывает мне про… секс.       Мне очень страшно…» — Мина-я-я! — шумно окликнув на весь бар, Дэхви взмахнул ладонями над головой. — Мина-я-я привет!       Люди стали озираться по сторонам в поиске источника шума. Чимин вопросительно ткнул локтем в друзей, осознавая, что тому всё-таки не показалось. И там она. — Омо-о, здравствуйте, дяденька! — Дэхви невозмутимо отобрал у соседнего столика свободный стул и присел рядом с немного расслабившейся Миной. — Прошу прошения, я вас прервал? Вы продолжайте, мне как раз не с кем было покушать.       Инспектор сердито норовит чего-то сказать, однако тому удаётся лишь крепко сомкнуть зубы, поскольку воодушевлённый актерским мастерством Ли его перебивает. — Подожди-ка, это разве не твои друзья с курса? — Дэхви многозначительно улыбается и просит подождать, вскочив с места. Мюи поражённо замирает. Юноша присел рядом с ДжеБомом. Не прошло и нескольких минут, как к ним надвигаются парни, схватив с собой свои стулья. — В весёлой компании всегда лучше, чем в одиночку, не так ли дяденька?       Тэхён аккуратно присаживается и приобнимет за плечи Мину. Аромат чёрной смородины и бергамота нежно обволакивают тело, позволяя вздохнуть полной грудью. Он шепчет ей на ухо успокаивающее и нужное — «Мы рядом».       Неугомонный Дэхви умудряется сесть между Чимином и ДжеБомом. Поистине он счастлив. Счастлив, как никогда. — Кхм, вот так жалость, мы уже собираемся уходить, — инспектор деловито прочищает горло, щелкая пальцем официанту принести счёт. — У нас с Миной есть очень важное дело. Наедине. А вам молодые люди приятных посиделок. — Куда же это вы убегаете? — ДжеБом хватает полупустую бутылку соджу и наливает ещё одну партию мужчине. — Садитесь, выпейте с нами. — Какие такие у вас срочные дела? Садитесь, — Тэхён указывает ироничным взглядом на его место и едва заметно приподнимает уголок рта, — любите «секс на пляже»? Не волнуйтесь, мы попросим, вам организуют. — Какую там дают статью за то, что инспектор полиции превысил свои полномочия? — ДжеБом заинтересованно и показушно набирает номер диспетчера полиции, с интересом наблюдая за изменившемся лицом мужчины. — Не торопитесь с выводами, — Чимин окинул друзей хмурым взглядом. — Быть может, он преподаёт уроки сексуального образование. Вы рассказываете про пестики и тычинки? — Мы не нуждаемся в вашем преподавании, мистер, — Тэхён презрительно фыркает. — Про пестики и тычинки, пожалуй, я сам смогу ей рассказать. — Мюи Мина, — инспектор сквозь сомкнутые зубы нечленораздельно прошипел, сморщив свой узкий нос, — я предупреждал! Да вы понятнее не имеете, кто перед вами, сосунки! — Я записывала весь наш разговор… — наконец вмешалась в разговор Мюи, выпрямив со вздохом спину. — Айгу-у, дяденька, а ваша жена в курсе, чем вы на работе занимаетесь?! — Дэхви незаметно присаживается к ДжеБому поближе, якобы случайно соприкасаясь с его рукой. — Или под кого вы подстилались, раз такого человека как вы, взяли на эту должность? Вы несёте обществу большую угрозу.       Инспектор небрежно встал и схватил ключи от машины, прокручивая вальяжно вокруг пальца. Говорить ничего не стал, только грозно бормотал себе под нос и в последний раз обвёл сидящих испепеляющим взором. Ночь не удалась. — Ты в порядке? — не убирая руки с её хрупких плеч интересуется Тэхен.

***

      Золотистые лучи палящего солнца изредка прячутся за пушистыми белыми облаками, на мгновение оттеняя холодком землю. Мирно восседая на скощенной траве в укромном от всяких студентов местечке, она придерживала на голых острых коленках личный дневник и с долей тоски пыталась улыбаться.       «Дорогой дневник, говорят старания человека никогда не напрасны. Говорят счастье само тебя находит. Они много говорят. Почему же в мою сторону данные слова не действенны? Почему приходится много страдать, так долго ждать? Ведь ничего не меняется. Ничего, кроме боли…»       Вместе с тем, она любовалась красотой и запахом природы, периодически прикрывая тяжелые веки. Это помогает держать на плаву баланс психического здоровья. Это помогает ей существовать.       «Дорогой дневник, путь к счастью тернистый и сложный. Хотела бы я быть другой. Весёлой, как Дэхви. Инфантильной, как… ХанБин. Не переживать по поводу оценок. Делать, что хочется. Жить, как хочется, а не как можется…». — Мадам Мюи, не почтите за наглость у вас спросить, — откуда-то сверху слышится грубоватый и охриплый голос. Растеряно обернувшись через плечо, девушка видит по-хулигански взлохмаченного главу бездарной шайки. — С каких это пор я заделался инфантильный придурком? Вы что же полагаете, мне живётся сладко, потому что я не блещу умом? — Нельзя подкрадываться так тихо, вас не учили? Тем более читать чужие личные записи, — Мина угрюмо сводит брови и отрицательно качает головой, пытаясь не выдать своё затаённое в груди волнение. Дневник она незаметно прячет в рюкзак. Знать о нём никто не должен. Там вся жизнь.       Там её дыхание. — Не увиливайте. Вы о-очень мою персону недооцениваете, — юноша вынимает из кармана покрытые незначительными ранами руки, а затем подтягивает почти поношенные джинсы и присаживается на корточки. Прочесть его взгляд тяжело. Там веет пустотой и азартом. — Я знаете ли, обидеться могу. Прикажу своим пацанам прилюдно казнить вас или молить о пощаде. — Хо-хо, ваше высочество, прошу преблагородно простить. Негоже так дерзить, — чуткое обоняние Мины отчетливо улавливает горький запах пепла, в котором юноша тонет миллисекундами, словно вовсе позабывая о чистом кислороде. — Миледи, такого импозантного красавчика нигде не найти. Ваша грусть понятна. Моей будущей женщине не понравится ваша озабоченность. Будьте сдержаннее, — ХанБин брюзгливо плюёт в сторону и подправляет на макушке чёрную кепку с каким-то английским названием бренда. — С вами мы заклятые враги.       Холодным кончиком пальца он поучительно ткнул ей в лоб. Ядовито исказив гримасу, тот мелодично свистел какую-то знакомую лишь ему песню. — Господи помилуй! Меня, знаете ли, возбуждает ум мужчины, а вы явно не входите в их число, — в голову Мины наглухо ударяют излишние воспоминание о Тэхёне, посему в животе приятно начало покалывать, а на ранее бледном лице проявляется алый румянец. — Кстати, а куда делась та… с кажется длинным языком и полуметровыми когтями ведьмы? — Наши пути разошлись, когда мы с одной горя-я-ячей особой провели ночь, — ХанБин в порыве невольной усмешке задумчиво потирает подбородок и без всякого стыда облизывает кончиком языка свои пересохшие губы. — Она старше, предрассудков боится, вот и бегает, как девчонка. — Не стоит посвящать меня в свою интимные истории, — в притворном ужасе студентка поёжилась и округлила глаза, поправляя на переносице вечно спадающие очки. — Признаюсь, вы сегодня удивляете. Вы что же… альфонс получается? — Спасительница хлебушка, опасно раскидываться такими словами, за это и прилететь может, — он некоторое время молчаливо смотрит на Мюи, но прозвеневший по всей площади звонок заставляет отвлечься.

***

      Пустующие коридоры университета пугают своим оглушительным эхом. Пустота сдавливает грудь и когда-то уверенные шаги замедляется. Необъяснимое беспокойство охватывает её душу вместе с тревожными мыслями, вертевшимися, как вне себя.       Она задыхается.       Сердце столь сильно колотится, словно отбивает каждые стуки посланием о смерти. Вот оно ощущение. Оно вновь за ней пришло. Не ощущая под ногами земли, Мина слепо отворяет первую попавшуюся дверь и попадает в закравшуюся темнотой кладовую, где хранится спортивный инвентарь. Бессильно оседает на колени и безостановочно плачет.       Она боится умирать.       Ей очень страшно.       Трясущимися руками Мюи вынимает из рюкзака горсть таблеток и кое-как запихивает в себя, кулаком невыносимо постукивая по груди. Сейчас ничего не слышно. Сейчас ничего не видно. Сейчас только уныние и боль, которые сжигают невинные очи горькими слезами…       Сквозь пелену панической атаки, она возвращается в реальность, постепенно усмиряя в глубоком одиночестве участившееся дыхание. Как ей казалось.       Впрочем, он всё видел. Хотел подойти и помочь, но остался лишь наблюдать, остерегаясь спугнуть девчонку в тяжелом состоянии. — Мюи Мина-а, — внезапно в беспроглядной тьме зазвучал бархатистый мужской голос. Дотоль знакомый и желанный. То ли она бредит, то ли сходит вовсе с ума из-за выпивших таблеток.       Глухую тишину вдруг нарушает трескучие искры огня зажигалки. Мерцание синевато-оранжевого пламени едва освещало лица, не говоря уж про стены помещения. Теперь она изумлённо примечала в его черных зрачках тусклые крошечные огоньки. — Т-ты? — Мина ошарашенно замирает. Определённо происходящего она не могла вообразить даже в своих запредельных мечтаниях.       «Это точно не сон?»       Тэхён исподлобья погладывает на растерянную однокурсницу. Молчит. Измученный взгляд красных глаз и заметные следы слез заставляли его сердце содрогнуться.       «Отчего даже так она для меня красива?» — Когда ты стала волновать моё сердце? — Ким с долей грусти протягивает холодные пальцы к заалевшим щекам и нежно начал поглаживать. В его непринужденно грубом голосе слышатся нотки досады. — Ответь, почему мне тяжело смотреть на твои страдания?       Вдруг в стеклянных глазах Мюи отчаянно что-то защипало, а сердце колотилось быстро-быстро, эхом отдаваясь и в груди, и в горле, и даже в ушах — как вой пожарной сирены. Усиленно моргая, она всё старалась сдержать очередное стадо пытливых слёз, вот только те упрямо потекли по лицу, плавно сползая к сухим искусанным устам. — Ты мне нравишься, холодная принцесса, — следует долгое напряженное молчание, которое, очевидно, сквозит чем-то романтичным, волшебным и сказочным.       Он стал её личной тенью и увидел Мюи Мину. Настоящую. Ту, у которая безумно красивая улыбка. — Ты… — впиваясь острыми ногтями в голые коленки, Мина утопает в его томном дыхании. Минувшая агония поглощает сказанное до беспамятство. Нет-нет. До безрассудство, — ты мне тоже.       Она долго ждала. Она так долго чёрт возьми страдала. — Девочка моя, что же делать с тобой? — Тэхён непреклонно придерживает зажигалку у её лица, не отрывая тем самым зрительного контакта от заинтересованный и порядком негодующей Мюи. — Л-любить, — всё это так не правдоподобно, постыдно и порицаемо. Скованное тело покрывается ледяным холодком, а капельки пота выступают на шее, спускаясь к выступающим ключицам.       Безо всяких предисловий, Тэхён задувает огонь и откидывает зажигалку куда-то позади себя. Он осторожно отодвигает прядь женских волос за ухо, принуждая как искусителю биться женское сердце в неведении. Убийственная улыбка вырисовывается вместе с лукавой ухмылкой.       Во тьме бездны им суждено было воссоздать то долгожданное лунное затмение.       Поглаживая пальцем подбородок, он трепетно касается столь манящих, мягких и соблазнительных губ, сливаясь в почти полном забытье нежного поцелуя. Мюи неумело раскрыла губы и робко ответила на поцелуй, побаиваясь вопреки всему даже дышать.       Никогда раньше Мина не ощущала подобного. Кровавая битва внутри неё сменилась притаившимся счастьем, заживляя огнестрельные раны райскими садами, в которых текут священные реки.       «Пожалуйста, ежели это сон — я не хочу просыпаться. Мне страшно и невыносимо хорошо. Мне так страшно упасть в пропасть…» — Любить, как в твоих эротических книгах? — Тэхён неспешно отрывается от её губ и издаёт саркастичный смешок. — Ну же, не стесняйся меня, я ведь всё чувствую даже в этой темноте.       И он вновь оставляет легкий поцелуй на её губах.