Трещины

Now it seems you're leaving Теперь кажется, что ты уходишь, But we've only just begun Но мы ведь только что начали, and you've still got nowhere left to go И тебе все еще некуда идти, So I wait for you to Так что я жду, что ты будешь Take me all the way, Владеть мной постоянно, Take me all the way Владеть мной постоянно Push me under Толкни меня вниз, Pull me further Тяни меня дальше, Take me all the way Владей мной постоянно, Take me all the way Владей мной постоянно Three Days Grace - Take Me under Алек разложил Тристана прямо на полу коридора. Его интересовало сейчас только одно - рана. Оборотень принялся сосредоточенно разрывать рубашку на теле мужчины. Нужно было понять степень свалившегося на него кошмара. Но все оказалась не так страшно, как выглядело со стороны. Рана была скорее длинная и широкая, чем глубокая и рваная. Так, с этим можно было работать. Алек вылижет Тристана, как новорожденного котенка. Широкими мазками оборотень принялся водить языком по животу мужчины. Это вам не костяшки пальцев! Фронт работ предстоял большой. Нужно было сначала слизать кровь, а потом избавиться от инфекции. Никакого нагноения, неа! А кровь сама остановится. Алек фыркнул. Не понимал оборотень каннибалов наподобие Рональда. Ничего особенного в крови Тристана не было. Солененькая, как и у них самих... Видимо, кровожадность должна идти изнутри. Это не приобретенное. Тристан, Слава Богу, не пытался болтать или сопротивляться. Только со скукой смотрел в потолок и думал неизвестно о чем. Смеяться он перестал, выглядя так, будто решал в уме сложнейшие математические задачи. Мужчина словно был не в курсе, что его вылизывает оборотень, что, разумеется, было на руку Алеку. Александр обработал кожу по краям раны и принялся за самое опасное - виднеющийся разрыв тканей. Язык оборотня действовал мягко и осторожно. Кровь почти перестала течь. Алек был горд собой. Он молодец. Все затянется со временем. Оборотень почесал лицо - оно было перемазано в крови - и продолжил активно смачивать своей слюной рану. На этом самом моменте их и обнаружили надзиратели. Ситуация не внушала доверия - Тристан в намокшей робе лежал на полу, а над ним склонился Алек с окровавленной мордой. Один из надзирателей шепнул в рацию: - У нас тут оборотень жрет человека... Алек застыл, словно олень в свете фар. Вот черт! Никому же не объяснишь, что он просто хотел помочь! И тут, наконец, очнулся Тристан. Палач выступил с очень неожиданным заявлением. Мужчина приподнялся на локтях и уверенно хмыкнул: - Не жрет он меня. Мы трахаемся. Надзиратели застыли. Замер и Алек. - Что?! - хотелось вскричать оборотню. Похожие мысли роились и в голове у надзирателей. Ладно, оставим условности, но каким боком это все на секс было похоже?! Кто в это проверит? Что за врачи Тристана на вменяемость проверяли? Наверное, дипломы себе в ближайшей подворотне купили! Один из надзирателей открыл было рот, но Тристан не дал ему и слова вставить. - Люблю, когда жестко, - хмыкнул мужчина и, схватив Алека за шею, резко притянул его к себе. Не успел оборотень сориентироваться, как рот накрыли холодные и тонкие губы Тристана. Алек вытаращил глаза. Не смотря на ранение, силы в мужчине скопилось немерено. В железной хватке Палача невозможно было и шевельнуться. Тристан сжал плечи Алека и перевернул его на спину, придавливая оборотня своим костлявым телом. Сейчас Палач казался очень тяжелым... Мужчина целовал Александра так, будто оборотень всегда принадлежал ему по праву. Крепко, уверенно, неумолимо... Просто раздвинул своим языком губы Алека и скользнул внутрь, его стальные пальцы сдавили шею волка. Нет, Тристан не целовал, он трахал. Мужчина кусал оборотня, нисколько его не жалея, а язык Палача совершал такие движения, задевая аж гланды, что Алек вспыхнул от смущения, как спичка. Так его ни разу в жизни никто не целовал. Оборотень не знал, что делать, раскинув руки в стороны и выпучив глаза, но как только он решился ответить, робко шевельнув языком, Тристан мгновенно оторвался от его губ. Мужчина приподнялся с тела оборотня и пошло облизнулся. Все лицо Палача было покрыто его же кровью. Выглядело жутко, но почему-то у Алека странно кольнуло сердце. Оно будто что-то кричало, но оборотень не мог разобрать его слов. Тристан вытер губы, перемазанные кровью, и ухмыльнулся адским оскалом. - Хотите остаться и посмотреть? - с сарказмом обратился Палач к надзирателям. Мужчин как ветром сдуло. Они только что-то шепнули в рацию, прежде чем исчезнуть. Тристан рассмеялся, но тут же поморщился, - рана вновь начала кровоточить. Алек сразу забыл о поцелуе. - Вам надо в медблок! - с ужасом спохватился оборотень. Тристан покачал головой. - Там сейчас такая очередь, что на всех врачей не хватит, - фыркнул Палач, - И у меня не самое страшное ранение, поверь. Мне там делать нечего. Лучше сами перевяжем. После этих слов Тристан действительно стянул с себя остатки рубашки и крепко перетянул живот тканью. - Надо регулярно зализывать, - ворчливо пробормотал Алек, - По-другому не заживет. Тристан лишь улыбнулся уголком губ. Тех самых губ, которые... Александр мучительно покраснел. Мужчина расплылся в наглой ухмылке. А потом Алек спохватился: - Если вы не пойдете в медблок, то где вы будете спать? Разве в вашем корпусе не опасно? Тристан развеселился еще больше. Через минуту Алек уже тащил его в свою камеру. Рональд встретил их с отвисшей челюстью. - Что он здесь делает? - завопил несчастный светлый оборотень. - Он теперь здесь живет! - прокричал в ответ Алек, а потом ехидно добавил, толкая Тристана на койку, - Мы же с ним трахаемся! Зачем далеко ходить?! Прямо при тебе совокупляться будем! Рональд надулся, как мышь на крупу. Тристан, в отличие от него, оживился, привставая с койки. - Трахаемся? - заинтересованно протянул он, мгновенно превращаясь из холодной глыбы в ленивого и уверенного в себе дикого кота, - А почему я не знаю об этом, волк? Алек сморщился, умоляя Палача всеми чертами своего лица заткнуться. Ну... Тристан замолчал. Правда, он перешел к действиям - схватил оборотня за задницу и резко потянул его на себя. - Ой-ей, - подумал Алек, падая на Палача и чувствуя, как в отверстие между его ягодиц сквозь слои ткани упирается что-то твердое. - Сволочи, - протявкал Рональд с соседней койки, закрывая ладонями уши и отворачиваясь к стене. У Тристана глаза загорелись адским, жадным светом. - Расслабься, - посоветовал он Алеку, - Я не буду тебя трахать. Пока. Я лишь немного поиграю. - В смысле? - не понял оборотень, - Ты, вообще, ранен... Как у тебя встало... Он не договорил. Тристан стянул с себя штаны. Алек поежился. Под робой белья не оказалось. Член Тристана был длинным и крепким, с крупной розовой головкой. Оборотень уже в который раз за сегодня вспыхнул от стыда. - Ты можешь даже не снимать штанишки, - подмигнул ему Тристан. Член Палача вновь начал упираться в его отверстие. А потом мужчина принялся двигать бедрами. Очень плавно и осторожно. Его член неторопливо елозил между ягодицами оборотня. Алек то краснел, то бледнел, а Тристан ухмылялся. Некоторое время ничего не менялось. Смеющиеся глаза мужчины не отрывались от лица оборотня, а тот упорно отводил взгляд, стараясь смотреть куда угодно, лишь бы не на Палача. А затем Тристан стал двигаться резче и более отрывисто, пока его сперма не выплеснулась наружу, пачкая штаны Алека. - Вот, блять! - со странной дрожью подумал оборотень. - Вот, блять! - в ужасе воскликнул Рональд, не вовремя решивший повернуться и тут же возвратившийся в исходное положение. - Вот, блять! - удовлетворенно и сыто протянул Тристан, потягиваясь. Алек уставился в одну точку, не зная, как на это все реагировать. Мужчина решил эту дилемму за него, потянув оборотня на себя и прижав его к своему боку. Александр с все еще круглыми глазами смотрел в потолок. Тристан рядом начал сопеть, засыпая, и только тогда мозг Алека разродился, выдавая вполне однозначную реакцию. Мамочки, у него, что, встало? Господи, вот просто за что?! Тристан рядом как-то странно всхрапнул. Как будто бы насмешливо. Показалось, наверное.