Узел

      Альбус Дамблдор был крайне озадачен. Уже вторую неделю по Хогвартсу ходили странные слухи про преподавателя Зельеварения и его воспитанника Мальчика-Который-Выжил. И все эти слухи разительно отличались друг от друга.       В одних Гарри представляли жертвой коварного профессора, что каждый вечер должен был, как домовой эльф, обслуживать своего учителя. В других — он имел полную власть над Северусом Снейпом, откуда-то прознав его «страшный секрет». Что за секрет — не уточнялось. В третьих их считали любовниками и предполагали, что те запираются в самых дальних подвалах подземелья, дабы их не раскрыли. Само собой, этот слух пустила определённая группа девочек, что славилась своими длинными языками. Они же считали своё предположение самым достоверным. Мужская и адекватная женская части населения Хогвартса предпочитали игнорировать данную глупость и строили свои теории. Естественно, большинство из них строилось на особенности Гарри Поттера и его роли в магическом мире. Кто-то предполагал, что мальчика завербовали Пожиратели Смерти, и теперь он постоянно ходит на тайные тренировки под руководством «бывшего» участника данной группировки. Особо впечатлительные личности из-за таких сплетен не только охали да ахали, но и старались обходить Гарри стороной, боясь даже взглянуть. Гриффиндорцы же были твёрдо уверены, что это не так, и это какой-то загадочный план их сокурсника, дабы наказать всех ПСов, которым удалось откупиться. Он же Герой. Он должен таким заниматься. Однако никто не спрашивал самого парня об этой ситуации напрямую. Не то из-за нехватки информации, не то из-за осторожности Поттера.       Всё это не нравилось Великому Волшебнику. И чтобы разобраться, он — после ужина, разумеется — отправился в подземелья Слизерина, непосредственно в обитель Северуса Снейпа. Комендантский час ещё не наступил, но большинство учеников уже были в своих гостиных, потому перемещению директора никто не мешал. Лёгкой походкой Дамблдор прошёл коридоры и спустился по лестницам, тщательно обдумывая построение диалога с профессором. Уже подходя к гостевой комнате преподавателя Зельеварения, Альбу услышал голоса. Один из них точно принадлежал Северусу, второй же был детским… Гарри? — Быстрее, Поттер! — неожиданно громко донеслось из-за запертой двери. От неожиданности директор сбавил шаг. — Я стараюсь, профессор, — откликнулся Гарри. — Плохо стараешься, раз можешь говорить! — огрызнулся в ответ преподаватель. — Ещё быстрее. — Да, сэр, — почти скуля, отозвался Мальчик-Который-Выжил.       Дамблдор неверяще застыл. Он, конечно, хотел подготовить Гарри ко всему в этой жизни, так сказать провести его через все круги Ада, но эта отработка была слишком жестока. Слишком агрессивная чистка котлов может морально навредить мальчику. За дверью громко айкнули. — Больно, Профессор, у меня кровь! — Это было твоё желание, Поттер! Быстрее, провокатор, — что-то тяжелое упало на пол, Дамблдор не выдержал. Мальчика надо было спасать.       Движения старого мага были резки и быстры. Заклинание вылетело быстрее, чем добрый дедушка смог осознать его. Дверь разлетелись в щепки, а маг оказался внутри комнаты. И каково же было его удивление, когда он увидел ученика и преподавателя, что сидели напротив друг друга перед камином, перебирая нечто тонкое. Северус был полностью поглощён распутыванием длинной прозрачной нити, что пытался запутать Гарри на другом её конце. Он плёл мелкие, почти невидимые узелки, что потом соединял вместе, наращивая, как снежный ком. — Эм… — слегка замялся юный волшебник, краснея по шею. — Добрый вечер профессор Дамблдор, — мальчишка никак не ожидал такой встречи. И если быть честными, даже не желал, чтобы об этом знал кто-то ещё, кроме двух его друзей. Ему отчего-то стало очень стыдно, так что он слегка замедлил своё прядение. — Не отвлекайся, Поттер. Быстрее, — чуть резче, чем до появления Альбуса, огрызнулся Снейп. — А Вы, профессор, должны мне новую дверь.       Недовольно сверкнув чёрными глазами и пнув остатки двери к перевёрнутой тумбочке, даже не повернувшись, произнёс зельевар в сторону директора. А великому магу оставалось только удивлённо хлопать глазами, когда до него дошло кто распускал его кружавчики.