dream in a dream

Юноша сидел на ненавистном троне, подперев лицо рукой, держа палец у виска, и провожал взглядом очередного просителя. Он не успел подметить тот момент в его жизни, когда это стало такой изматывающей рутиной. Быть принцем, на которого возложена слишком большая ответственность для его молодого ума, - утомительно. Скука. Буквально отсчитывая последние секунды, даже не стараясь следить за речью очередного бедняка, он скучающим взглядом провёл по толпе собравшихся. Одетые в чистые, но такие поношенные балахоны, все эти простолюдины вызвали в нем только безразличие. Но. Взгляд скользнул на небольшую фигурку справа от него. Тонкий невысокий стан вызывал у него куда больше сочувствия и желания, чем коленоприклонивший мужчина, что рассказывал об эпидемии, унёсшей жизнь его дочери. Принцу знаком этот силуэт. Категорично, чрезвычайно знаком. Он всё изучал взглядом чёрные как смоль волосы, что так неестественно заправлены под совершенно несуразную шапочку из темно-фиолетового бархата. Принц скривил губу, завидя этот цвет. По его мнению, куда больше бы подошёл благородный синий, которому по силам оттенить застывшую навсегда грусть в прищуренных глазах. Юноша поспешил отвести взгляд от глаз, чтобы не быть пойманным за таким пристальным изучением объекта его внимания. Он цеплялся за каждую мелочь на лице: розовые веки, слегка нахмуренные брови, малиновые губы, что были слишком сухими. Спускается чуть ниже, на мягкую линию челюсти и красивую белую шею, скрытую за воротником. И здесь он не смеет удержать ухмылки - замечает каемку того самого красивого узора, что был оставлен его губами. В глазах принца мелькают игривые огоньки, когда он отчаянно пытается вспомнить, когда именно он умудрился оставить метку в таком видном месте. Но все, что подкидывают ему воспоминания, - состояние на грани озноба - когда кидало то в жар, то в лёд, холодные пальцы, что бегали по его груди и омут темных глаз, что пугали и манили одновременно. Принц так глубоко погрузился в воспоминания, что не заметил того, как взгляд его встретил ответ в виде двух чёрных озёр, что, не моргая, глядели на него. Он буквально ощутил загривком дрожь, пронёсшуюся под шелковой рубахой, и трепетание перед силой одного взгляда, а пальцы на ногах рефлекторно поджались от накативших воспоминаний и эмоций. Малиновые губы растянулись в легкой ухмылке. Принц здесь один, и он сидит на троне. Но никто и представить не сможет какую власть имеет над принцем Он. В такие моменты невольно задумываешься о том, что обладание властью не так страшно, как осознание своей силы. А черноволосый свою власть осознавал и умел ей пользоваться. Эта ухмылка означает одно: «я обладаю тобой». Принц даже не попытался бы оспорить, эту битву он проиграл. Юноша поспешно встряхнул головой и поменял позу как ни в чем ни бывало. Но послевкусие этого манящего взгляда не отпускало его до конца приема. Король подал знак рукой глашатаю, завершая тем самым приём. В ту же секунду толпа взорвалась гудением и негодованием - многим хотелось высказаться перед Его Величеством. Но монарх лишь устало прикрыл глаза, встал с трона и сделал шаг вперёд. Под высоченными потолками Зала Приемов прогремел властный бас: -Приём закончен. По причине эпидемии, что унесла жизни пятой части населения, каждому дому будет выдан мешок риса. На этом все. Толпа простолюдин заулюлюкала, поддерживая решение монарха. Король взмахнул расшитой золотыми нитями накидкой и устремился вглубь залы в сопровождении пестрой свиты, пока писарь старательно выводил новый приказ Его Величества. Принц провожал равнодушным взглядом свиту, когда снова поймал взгляд чёрных озёр. Но сейчас они выражали лишь долг и покорность. Принца озадачивает холод любимых глаз, в его памяти в них все ещё бегают озорные огоньки, что загораются только для него. Знакомая макушка размеренным шагом приблизилась к трону, где восседал принц, паж вежливо склонил голову. Он никогда не кланялся в пояс, да от него это и не требовалось - никто на дворе не сомневался в преданности пажа принцу. Но кухарки, солдаты, даже сам король не мог представить, что сам принц буквально принадлежит этому невысокому брюнету. Он смотрел прямо в глаза принцу, а губы обнажили острые зубы: -Приём окончен, Ваше Высочество. Мне велено сопроводить Вас в покои, - на дне чёрных озёр блеснул далекий огонёк. Принц выпрямился в троне и потянулся, вытягивая руку одну за другой и зевая, широко раскрыв рот. Шелковая рубаха оживилась на гибком и крепком теле принца, струясь по бокам. После чего он плюхнулся обратно в ненавистное кресло и уставился прямо в глаза: -Это был долгий и крайне скучный день. Я был бы признателен вам, Юнги, если бы вы набрали мне ванну, -ухмылка сверкнула на королевских устах. *** За окном медленно разгорался закат, а в королевском саду стоял стрекот цикад. В покоях принца зажигались длинными пальцами пажа лампады, что отбрасывали незамысловатые тени на стены. Ванна была наполнена почти горячей водой - роскошь в чистом виде, доступная только королевскому двору, где не велась каждодневная борьба за выживание. Воздух пропитался паром, от чего волосы Юнги завились, а лицо увлажнилось. Когда со светом было покончено, он подошёл к балкону и одернул легкий тюль, впуская красные лучи умирающего солнца. Открылась дверь и скрипнули половицы - Юнги обернулся и не сдержал судорожного вздоха. Мягкой поступью босые ноги вышагивали по направлению к нему. Взгляд скользнул выше к острым коленкам, что показывались жадному взору при каждом шаге принца. Его поступь сопровождалась шелестом шелкового халата, небрежно перевязанного на тонкой талии. Юнги не отрывал глаз от прекрасного лица своего принца - влажных чуть приоткрытых губ, маленькой родинки на кончике носа - ее не было видно в сумерках комнаты, но он точно знал, что она там есть, от кошачьих глаз, что не сводили с него взгляда. Юнги прочистил горло, слегка склонил голову и выдохнул: -Ваше Высочество. Принц подошёл вплотную и улыбнулся уголками губ. Длинные пальцы скользнули к подбородку пажа и мягко приподняли голову, пересекая взгляды: -Здесь никого нет, к чему формальности, Юнги? - взгляд скользнул выше, а рука переместилась с подбородка на щеку, а затем зарылась в волосы, скидывая шапочку прямо на мокрый пол, - дурацкий цвет, тебе не идёт, - принц снова скривил губы, а в ответ услышал хриплый смех, - а кудряшки так смягчают твои черты лица. Юнги встряхнул головой и убрал руки принца от своего лица: -Вам помочь снять это, Ваше Высочество?- руки зависли на уровне пояса. Принц театрально закатил глаза: -Ты серьезно? Бля, не беси, Юнги. Вчера ты не спрашивал, - носик презрительно вздернулся, - и перестань меня так называть, меня это не радует. Ты можешь обижаться на судьбу, что я действительно выше тебя, но не сейчас и не ... Легкая истерика была прервана требовательным движением тонких рук. Пояс оказался на полу. Полы халата мягко раскинулись в стороны, как занавес театра, представляя взору нагое тело принца. Тот судорожно втянул воздух сквозь зубы. -Так лучше, Тэхен~и? - руки продолжили свой путь выше по полам халата, пальцы скользнули под него, обжигаясь об горячую смуглую кожу. Мягким движением Юнги скинул одежду с широких плеч своего принца. Халат с легким шумом упал к ногам. Тэхен прикрыл глаза и наслаждался ощущениями, создаваемыми холодом пальцев. Ладони переместились на грудь и мягко, но требовательно надавили, увеличивая дистанцию. Тэхен не смеет ослушаться и делает шаг назад, чуть не спотыкаясь о брошенный халат. Юнги отводит взгляд и устремляется к выходу, но не успевает сделать и пары шагов, как его тонкое запястье оказывается в плену крепких ладоней принца: -Останься. Побудь со мной. Юнги не откажет своему принцу.